Страница 56 из 97
Маша расслабленно смотрела на море и лишь заметила:
— Ну, кайзер же по глупости отдал тебе в сферу влияния весь Ближний Восток, а ты и рад стараться.
Киваю.
— Конечно. Ещё бы я не старался!
Андра урчит под ласками хозяйки.
— А там и вправду столько нефти?
Усмехаюсь.
— О, да! Нефти там чуть меньше, чем песка. Персия, Ирак, Кувейт, Оман, Аравийский полуостров – это один сплошной нефтеносный район. Именно поэтому я согласился на претензии Германии относительно Африки. Контролируя нефтепромыслы России и Ближнего Востока, я фактически буду диктовать цены на нефть в мире.
Андра под пальцами императрицы урчала так, как будто изображала из себя трансформатор.
— Отправил телеграмму о вкусняшке Волконскому?
— Конечно. Мы неплохо поднимемся на биржах, пока новость не получила распространение.
Отпив сок, императрица заметила:
— Сэру Гюльбенкяну за сохранение своих позиций придется хорошо потрудиться.
Смеюсь. Да уж, мистеру «пять процентов» Галусту Гюльбенкяну, уроженцу Константинополя, а ныне британскому промышленнику, финансисту и нефтяному магнату, имеющему свой широкий интерес в этом регионе, нужно будет вписываться в новую реальность.
— Дорогая, хочу отметить тонкое политическое и финансовое чутьё господина Гюльбенкяна. Галуст Саркисович уже наводил справки о возможности возвращения в родной Город и о принятии ромейского подданства. Думаю, что пока рано так резко дёргаться, на благо исторического Отечества он ещё может послужить и в своём нынешнем качестве.
Маша пожала плечами.
— Тебе виднее. Но раз он у нас такой известный филантроп, то пусть заодно и позаботится о расширении экспозиции Константинопольского музея.
Киваю. Да уж, помнится, в моей истории данный персонаж активно выкупал у Советской власти сокровища Эрмитажа. Думаю, что скоро придет пора выкупать сокровища Британского музея.
ИМПЕРСКОЕ ЕДИНСТВО РОССИИ И РОМЕИ. РОМЕЙСКАЯ ИМПЕРИЯ. МРАМОРНОЕ МОРЕ. МРАМОРНЫЙ ОСТРОВ. ПРИСТАНЬ. 21 апреля 1920 года
— Господа, рад приветствовать вас в Ромее. Дорогая, позволь рекомендовать тебе наших сегодняшних гостей. Принц Доменико Паллавичини.
Маша милостиво протянула руку и улыбнулась. Тот галантно склонился и коснулся губами руки императрицы.
— Ваше величество, это честь для меня.
Кивок.
— Рада видеть вас, принц.
Второе представление.
— Позволь рекомендовать тебе: принц Фуггер-Бабенхаузен Карл Пятый.
Склоненная голова.
— Ваше величество.
Светское:
— Принц.
Новый обмен церемониями. Что ж, пришла пора представить третьего персонажа.
— Дорогая, позволь представить тебе нашего заокеанского гостя мистера Сайлинга Баруха, известного сторонника демократии и республиканских идей.
Тот лишь усмехнулся.
— В первую очередь, ваше всевеличие, я – финансист и банкир, а уж потом всё остальное. Счастлив быть представленным вашему величеству.
Он, ничуть не тушуясь, поцеловал руку императрицы. Та приветливо улыбнулась:
— Рада знакомству с вами, мистер Барух. Удалось ли осмотреть остров?
— Да, ваше величество, благодарю вас. Остров прекрасен. Чувствуется рука настоящей хозяйки.
Вновь обмен улыбками и знаками вежливости.
Делаю приглашающей жест.
— Господа, приглашаю вас на обед, после чего мы сможем перейти к деловой части нашей встречи.
ТЕКСТ ВИТАЛИЯ СЕРГЕЕВА
Григол Серхио Орджани-и-Тавзара, координатор команды Мексиканского Олимпийского комитета по медицинской части. Из воспоминаний. Перевод с испанского. М., 1960
В среду 21 апреля с полудня была экскурсия по старой и Новой Москве. Провезли по набережной вдоль Кремля, мимо Сухаревской и Шуховской башен. Странно здесь сочетается дремучее средневековье и прогресс. Но среди людей всюду заметно воодушевление и подъем. Говорят, что перед Олимпиадой город от нищих и воров почистили. Но работников на улицах и стройках много – и угрюмых мы среди них не видели.
Новая Москва – одна сплошная стройка. Обедали в новомодных здесь «Кафе самообслуживания». Кормили сытно, недорого, хотя и стол был рыбный, день постный. Там и повстречали Варю. Она была со своим новым знакомым. Адольф приехал на Олимпиаду из Веймара, где учился в Байхаусе. Варю от Строгановского училища прикрепили «в няньки» немецкой художественной команды на Олимпиаде. Там они с немцем и сошлись на «разности взглядов по авангардизму». Парень не прост, немного младше меня, тоже прошел две войны. Под Арадом в прошлом году получил второе ранение. Закрыл собой командира – наследника Зальцсбурга, чей отец дал ему титул эдлера и шанс получить желанную профессию. Говорит после ранения отрывисто, тихо. Русского не понимает и смотрит влюбленно на «фрайин Вьэра». Да и наша баронессочка явно симпатизирует своему цугсфюреру. У него пока, со слов Вари, в голове «приправленная освобожденчеством каша из Лассаля, Моска, Морраса, Ницше и Чемберлена», но она работает над «спасением этого блюда». Передал «молодым» посылки и продублировал через Варю вчерашнее сообщение. Теперь можно быть уверенным, что не основной, так запасной вариант связи сработает.
Вечер среды и весь четверг плотно были заняты родственниками. А в пятницу я погрузился в дела команды. Пришлось отстаивать нашего капитана и надежду Эжена Гризо от нападок бывших его соотечественников – французов. Те просили его арестовать как участника Парижской коммуны. Но российская сторона отказала – Орлеан не представил ни единого доказательства виновности нашего жестянщика.
В субботу все пошли на осмотр. Здесь просто драконовские меры против «американки». Ещё перед посадкой в дирижабль всех опросили и осмотрели, потом при вселении. Каждую неделю здесь будут осматривать. Притом, что за пределы нашей Деревни спортсменов выпускают только организованно, даже бордели для спортсменов обоего пола тоже «на территории».. У меня, конечно, поводок подлинней, и, как ответственный по медицинской части, я эти меры даже понимаю, но чувствую себя прямо как «на поселении». Но моим «мексиканцам» нравится.
Вот и сегодня привел своих подопечных к нашей участковой докторессе «сеньоре Вере». Дамы прошли уже осмотр вчера, а сегодня был «мужской день». Мои орлы делали грудь колесом, пели соловьями и прятали стволы своих пистолетов. Сегодня было без потерь. А вот бегунью на эстафету олимпийского огня нам придется поменять, надеюсь, Лючия поправится к своим соревнованиям.