Страница 105 из 109
Я успеваю несколько раз ударить его по рёбрам и один раз в челюсть. Каким-то образом мне удаётся встать между ним и Рэд, и я клянусь богами, что с этого места больше не сдвинусь. За спиной слышу её и звон удерживающих её цепей. Рискую на мгновение оглянуться, чтобы увидеть, что делает Рэд, и тут же расплачиваюсь за ошибку.
Адисиус бьёт меня в висок. На секунду зрение плывёт, зубы клацают. Хрен ему, а не преимущество. Я снова бросаюсь вперёд, намереваясь повалить его на пол. Врезаюсь плечом ему в живот и обхватываю за корпус. Здоровой ладонью хватаю сломанное запястье, и по руке простреливает такой болью, будто в неё бьют молнии, но хватку я не ослабляю. В падении разворачиваю нас. Лучше было бы приземлиться сверху, но я берегу сломанную руку от удара о твёрдый пол. Мы валимся на бетон боком, и я тут же пытаюсь перекатить нас.
Он удивляется, когда я перекатываю его поверх себя, но под его телом оказалась зажата моя здоровая рука. К счастью, инерции хватает, чтобы продолжить движение, и в итоге уже я оказываюсь сверху, а рука свободна.
Я несколько раз подряд бью его кулаком в лицо, подбирая колени под себя, пока наконец не усаживаюсь верхом ему на грудь. Он яростно извивается, почти сбрасывая меня, но я обхватываю его горло и сжимаю, перекрывая воздух. Одной рукой делать это тяжело, но силы постепенно покидают его, пока я полностью не сминаю трахею.
— Тай, пожалуйста. — Рыдания Авроры наконец пробиваются сквозь ярость, и я рискую на секунду посмотреть на неё. Пытаясь вырваться, она до мяса раздирает запястья.
— Рэд, не калечь себя. Дай мне ещё минуту, — рычу я ей.
Пальцы ещё сильнее сжимаются на горле Адисиуса. Я перекрыл ему воздух и теперь лишь удерживаю, пока он не потеряет сознание. Наконец его тело обмякает подо мной, но рисковать и верить, что он не притворяется, я не собираюсь. Резко наклоняюсь и единственным целым клыком вместе с оставшимся обломком второго разрываю ему сонную артерию. Он всё равно восстановится, но теперь это займёт гораздо больше времени.
Как только убеждаюсь, что он действительно без сознания, сразу оказываюсь рядом с Рэд. Подтягиваю боксеры, застрявшие у неё на щиколотках, чтобы прикрыть её, а затем прижимаю к груди. Несмотря на кровь и пот на моём теле, её слёзы обжигают кожу даже сквозь рубашку. Она вжимается в меня настолько, насколько позволяют всё ещё поднятые и скованные наручниками руки. Кончики пальцев у неё разбиты и окровавлены.
Она не ранена смертельно, — приходится напоминать себе.
Я глажу её по затылку и на секунду вдыхаю запах. Он всё ещё полностью её, а значит, Адисиус не успел завершить связь. Но это ещё не значит, что он не зашёл слишком далеко, поэтому я заставляю себя спросить.
— Он… — Слова застревают в горле. — Он успел войти в тебя?
Секунда, которая требуется ей на ответ, кажется самой долгой в моей жизни.
— Нет, — выдыхает она сквозь новый всхлип и качает головой.
Я с облегчением втягиваю воздух полной грудью. Я успел.
Осторожно поднимаю руку к её волосам, пропускаю пальцы сквозь пряди и мягко отстраняю её, чтобы посмотреть в лицо. Глаза красные и полны слёз, по правой щеке размазана кровь. Я наклоняюсь и целую её в лоб, снова вдыхая знакомый запах, чтобы хоть немного прийти в себя.
— Я достану ключи. Почти уверен, они у Адисиуса, — говорю ей.
Она начинает рыдать ещё сильнее.
— Не надо, не уходи. Пожалуйста, не оставляй меня, — с трудом разбираю её мольбу.
— Я не ухожу. Мне нужно только отойти туда и забрать ключи, хорошо? А потом я тебя освобожу.
Когда я отступаю, по её лицу снова текут слёзы, а в глазах возвращается паника. Я продолжаю тихо успокаивать её, пока иду обратно к Адисиусу. Нужно вытащить её отсюда. Времени почти нет — уверен, скоро кто-нибудь придёт их искать. Я вообще удивлён, что нас до сих пор не засекли. Эти подвальные камеры звукоизолированы даже для вампирского слуха, но кто-то из стаи наверняка спустится проверить Адисиуса и Ронана, если они задержатся здесь надолго.
Меня накрывает ещё одна волна облегчения, когда догадка подтверждается: в кармане джинсов Адисиуса лежит ключ. Я быстро вытаскиваю его и возвращаюсь к Рэд.
С одной рукой приходится дольше, чем хотелось бы, возиться с замками, но первый наручник всё-таки поддаётся, а затем Рэд выхватывает у меня ключ и сама открывает второй. Как только руки свободны, она по-настоящему бросается мне в объятия. Цепляется за меня так, будто я её единственная связь с жизнью. А мне больше всего на свете хочется никогда её не отпускать.