Страница 42 из 82
– Чудны дела твои, Господи, – пробормотала я. – Вместо того чтобы выгнать эту развратницу Фоксит, старая лицемерка взъелась на тебя.
Каролина разрыдалась.
– Прости, что соврала тебе. Мне было так стыдно! Так стыдно признаться, что я… что я целую неделю была… проституткой! Ты была так добра ко мне, а я… Я тебе сразу соврала!
– Решила, что если я узнаю, то тоже выгоню?
Она кивнула и закрыла лицо руками, будто пытаясь спрятаться от моего взгляда, от всего мира. Я подошла к ней вплотную и, не говоря ни слова, просто обняла ее. Каролина сначала замерла, а потом вцепилась в меня, ища поддержки и защиты.
– Прости, прости, прости, – бормотала она.
– Тихо, тихо, успокойся, – говорила я, гладя ее по спине, как испуганного ребенка. – Все уже позади. Я тебя не осуждаю. Понимаешь? Мне все равно, что ты делала тогда, чтобы выжить. Ты была одна, тебе было страшно. Я не знаю, что было бы со мной, окажись я на твоем месте… – Я замолчала, не зная, что бы я сделала. Спасибо судьбе, что мне не пришлось делать такой выбор. – Мне важно только одно. Чтобы ты мне не лгала. Больше никогда не лгала, хорошо?
Каролина выпустила мои плечи, за которые цеплялась, и, заглянув в глаза, пообещала:
– Клянусь! Больше никаких тайн. Никакой лжи. Ты единственный человек, который по-настоящему помог мне. Я никогда…
– Хорошо, – я мягко прервала ее, улыбнувшись. – Тогда и ладно. Забудем. Теперь мы знаем, с кем имеем дело. И будем держаться вместе.
Она кивнула, смахивая последние слезинки тыльной стороной ладони, и на ее лице впервые за этот разговор появилось что-то похожее на облегчение.
Я села к столу, а Каролина вернулась к готовке.
– Так к тебе приходила Камелия? – спросила я.
– Нет, ее помощницы. Они сказали, что заберут меня к себе… насмехались надо мной и угрожали тебе… Что же нам делать, Сильвана?
– Не знаю, но обязательно придумаю, – ответила я, задумавшись.