Страница 32 из 150
Евдокия Семеновна Н. немного говорит по-английски. У нее ряд старческих болезней — артрит, слабое сердце, забывчивость. После революции попала в Константинополь, потом в Тегеран. Была замужем за персом. Как она очутилась в Америке, старушка рассказать не может: она все еще находится в состоянии шока после нескольких дней блуждания по улицам.
— Как я сюда попала? Где я?
— Вы заблудились, милая, и вас полиция привезла в госпиталь.
— Боже мой! Какой ужас! — Старушка начинает плакать.—Что теперь со мной будет?
— Мы вас устроим, не огорчайтесь,—говорю я.—Все будет хорошо. Вы ни о чем не должны волноваться, думайте только о своем здоровье.
— Хорошо, спасибо,—лепечет старушка.
— Что вам принести? — спрашиваю я, утирая ей слезы.—Сдобных булочек? Печенья?
Старушка цепко, как ребенок, держит меня за руку.
— Ничего не приносите, спасибо. Побудьте еще со мной! Не уходите!
— Милая Евдокия Семеновна, мы вас никогда не покинем. Вы будете жить в чистой, уютной комнате, вам будет тепло. Никто вас не обидит, ведь на свете не только одни злые, есть и добрые! Вы познакомитесь с людьми своего возраста, не будете так одиноки.
Бедная старушка понемногу успокаивается; на лице ее появляется тень улыбки.
— А вы еще придете ко мне?
— Приду, милая.
Мы нежно прощаемся.
Кажется, я смогу устроить мою старушку во Флашинге, где у меня имеется маленькое русское «гнездо». А до тех пор я навещаю Евдокию Семеновну; она совсем пришла в себя и щебечет о своей прежней счастливой жизни в Персии.
Которая из этих забытых женщин была его Н.? Ее ли искал Костя Найдич? И нашел ли?..