Страница 49 из 114
Глава 18 Праздник фонарей
Письмо сестры было именно таким, каким Мин Сянь ожидала его найти. Ее в меру сухой, в меру добрый тон сообщал последние новости и заранее поздравлял с Праздником фонарей. Дочитав письмо, императрица сожгла его в жаровне и улеглась спать, не став просматривать свитки. В голове немного шумело от выпитого, но в целом она ощущала себя на редкость живой – словно этот мальчишка ворвался во дворец и разорвал порочный круг ее жизни.
Так и оказалось – принц был энергичен, весел, юн и вскоре покорил весь дворец. Служанки бегали по его поручениям, евнухи заискивали, видя благосклонность императрицы к племяннику, а сама Мин Сянь с удовольствием потакала ребенку.
Цзи Хэ был умен, несмотря на возраст, почтителен там, где это необходимо, и вскоре даже вдовствующая императрица была им покорена.
— А-Хэ хороший ребенок, – сказала она, сидя рядом с дочерью в открытой беседке. Сегодня вдовствующая императрица пожелала полюбоваться зимней сливой, и потому слуги накрыли им возле пруда. Было морозно, и Мин Сянь с головы до ног была укутана в накидку – сегодня белую, ту самую, что подарила ей матушка. Они вдвоем наблюдали, как Цзи Хэ играет в саду между деревьев. Юный принц вовлек в свою забаву дворцовых евнухов, и теперь они все вместе носились, растеряв свой привычный степенный вид.
Старшие сидели в беседке и пили чай. Тонкие пальцы Мин Сянь плотно сжимали пиалу с чаем.
— Да, матушка, – произнесла она, щурясь от солнца. Стояла отличная погода, и, если бы не на редкость морозный денек, можно было бы подумать, что уже весна. Снег почти сошел, но земля была голая и замерзшая. – Цзи Хэ очень энергичный. – По правде сказать, тот был таким энергичным, что меланхоличная императрица чувствовала себя рядом с ним глубокой старухой.
— Это точно, – согласилась бывшая наложница Вэй. – На днях он был у меня, но не смог усидеть на месте и все перетрогал – все безделушки. Мне пришлось расстаться с той чашей, что подарила мне ты.
— Надеюсь, матушка не сильно расстроилась, Мы подарим вам еще одну, – тут же отозвалась Мин Сянь. Казалось, с приездом Цзи Хэ между ними наступил редкий момент мира и близости.
— Ваше Величество, тетушка-императрица! – К ним подбежал запыхавшийся, раскрасневшийся принц. – Это вам! – Он всунул в руки Мин Сянь ветку со сливовыми цветами. – Я сам сорвал ее, Ши Тао помог мне.
Ши Тао звали личного слугу принца – того самого, что никогда не находился на людях без маски. На вопрос вдовствующей императрицы, по какой причине, Цзи Хэ ответил, что лицо его слуги было обезображено во время несчастного случая, и с тех пор он ходит в маске, скрывая уродство. «Отец-император хотел приставить ко мне нового слугу, но я отказался. Ши Тао со мной сколько себя помню, он верен мне», – добавил принц, тем самым пресекая все дальнейшие расспросы. Ши Тао был очень молчалив. Он лишь периодически одергивал Его Высочество, тяня за рукав или что-то тихо говоря на ухо, и принц казался совершенно послушным.
Вдовствующая императрица хмурилась, глядя на подобную преданность – но не слуги господину, а господина слуге, однако Цзи Хэ твердо отверг все ее подозрения. И вопрос оказался закрыт. Однако Вэй Жуи все же не могла спокойно смотреть на этого странного слугу, и потому не удержалась сейчас от того, чтобы поджать губы.
Глядя на нее, Мин Сянь неожиданно вспомнила, как матушка была против ее дружбы с Шан Юем, однако в конечном итоге то было дозволение покойного императора, и она не могла возражать открыто. Правда, молодому господину Шану все равно перепадало холода от наложницы Вэй. Воспоминания заставили ее усмехнуться и бросить взгляд на сливовую ветку.
— Спасибо, Цзи Хэ, – поблагодарила она, передавая ветку Чжоу Су. – Поставь в кабинете, – наказала девушка.
Принц просиял, поклонился и вернулся к своим забавам.
— А-Цюй, – неожиданно сказала вдовствующая императрица. – Ты раздумываешь о браке?
Мин Сянь повернулась к ней и заметила, что она наблюдает за юным принцем.
— Отчего матушка неожиданно подняла эту тему? – спросила она, хотя понимала: вид юного принца и ей самой напоминал о том, как она одинока. Матушка, должно быть, мечтает, как и все чиновники при дворе, чтобы она поскорее вышла замуж и родила наследника. Продолжение рода – это долг императорской семьи. Она сталкивалась с подобными заявлениями примерно раз в месяц при дворе.
— Цзи Хэ, конечно, мой внук, но мне бы хотелось, чтобы дворец был наполнен внуками, которые не уедут обратно в свою империю, – задумчиво произнесла Вэй Жуи. Мин Сянь поджала губы. Она не собиралась выходить замуж, чтобы доставить удовольствие матушке.
— Ваша дочь еще молода, и матушка молода, вы еще успеете понянчить и правнуков, – произнесла она вежливо. Дальше продолжать эту тему она не хотела.
— Жаль, что Цзи Хэ еще молод. Мы могли бы подобрать ему невесту из Северной Сунь, это бы укрепило отношения между странами, – вздохнула вдовствующая императрица.
— Да, матушка, действительно жаль, – совершенно равнодушно отозвалась девушка.
Она снова уставилась на Цзи Хэ и на миг представила, что в саду играют ее собственные дети. Однако эта мысль принесла ее душе нестерпимую боль – она не хотела, чтобы и ее дети теснились в этих стенах, строили козни друг против друга и в конечном итоге.. кто-нибудь из них остался бы в одиночестве. Императрица вздохнула, беря со стола пиалу со свежим чаем.
Нет, она не выйдет замуж. И не потому, что боится междоусобиц в императорской семье, а потому, что не смогла бы врать самой себе всю жизнь.
* * *
С приездом принца как будто весна очнулась и решила, что пора. Очень быстро сошли остатки снега, и вот уже вскоре Мин Сянь увидела, как из черной земли пробиваются зеленые ростки. В столице наступал Праздник фонарей. В честь гостя Министерство обрядов с позволения императрицы решило провести грандиозный фестиваль, чтобы продемонстрировать иностранной делегации размах Северной Сунь. Мин Сянь, не глядя, одобрила все планы в докладе и забыла про это.
Однако, проснувшись поутру пятнадцатого числа, она получила на завтрак юаньсяо и узнала от Чжоу Су, что Линьань украшен фонарями, равно как и весь дворец. Только тогда она оценила масштабы замысла Цао Юаня.
— Тогда Мы хотим прогуляться с принцем вечером по столице, – сказала она, вылавливая одну клецку.