Страница 108 из 114
— У нас все прекрасно. Он уехал, чтобы.. не смущать своим присутствием столичных чиновников, – пояснила Мин Сянь с улыбкой.
В покои постучался Чжоу Су, с поклоном извещая о том, что все чиновники уже собрались в главном зале поместья и ждут императора.
— Ох, надеюсь, мы еще успеем поболтать вечером. – Цзи Хэ схватил тетю за руки и крепко сжал. – Нам о стольком надо вам рассказать! А сейчас – долг зовет!
Под смех Мин Сянь они вышли из покоев. Пир был ужасно скучным, как и все пиры до него, когда приходится сидеть рядом с людьми, которых не слишком любишь и которым абсолютно не доверяешь. Мин Сянь была бы счастлива поболтать с императором и Ши Гуанем наедине, но, к сожалению, для чиновников приезд Его Величества был самым значимым событием последних лет десяти. Бесконечно звучали тосты за здравие и долгую жизнь императора, попытки пожаловаться на нелегкую судьбу и бесконечные – и нуднейшие – рассказы о том, как то плохо, то хорошо живется в Вэньчжоу.
Мин Сянь сидела в одиночестве по левую руку от императора, пытаясь побороть зевоту и потягивая вино. Иногда она переглядывалась с императором, который еле сдерживал хихиканье из-за какого-нибудь старого чиновника, рассказывающего про приезд очередной легендарной личности в Вэньчжоу. Ей было неимоверно скучно и, что ж греха таить, немного одиноко. Она не видела Шан Юя уже несколько дней, и это был самый долгий срок, на который они разлучались за последние два года.
Только когда разговор зашел об Императорской академии Цилинь, Цюйцинь оживилась и принялась с жаром рассказывать, что на завтра назначены вступительные экзамены, где она сама планирует отобрать и несколько личных учеников.
— Тетушка следует своей мечте пополнить ряды величайших художников Нашей империи, – с усмешкой сказал молодой император.
— Что вы, Ваше Величество, – от неожиданности та даже закашлялась. – Эта подданная лишь хочет, чтобы империя процветала, а искусство – неотъемлемая часть культурной жизни любой страны.
— Что верно, то верно, – кивнул Цзи Хэ. – Что ж, посмотрим, какие дарования приехали в Вэньчжоу для поступления в Академию Цилинь.
Мин Сянь согласно кивнула. Она отставила вино, осознав, что выпила уже слишком много.
Когда все посетители наконец разошлись и она проводила императора до покоев и вернулась в свою комнату, Цюйцинь устало повалилась на кровать, чувствуя себя совершенно без сил. Она даже не разделась – уснула прямо так, уткнувшись в подушку, которая все еще пахла Сюином.