Кошачий секрет

Через несколько минут машина остановилась, и Торстен вышел из неё, хлопнув дверцей. Я ждал, что он наконец заберёт сумку, однако этого не случилось.

Эй, Торстен! Пожалуйста, открой заднюю дверцу и забери сумку!

Я навострил свои чуткие уши – насколько это получилось под майкой, тренировочными штанами и кроссовками – и через некоторое время понял, что Торстен ушёл! Без спортивной сумки. И без меня!

Ну и дела! И что теперь? Как он мог забыть свою сумку?! Нельзя же быть таким рассеянным! В чём же он будет теперь заниматься фитнесом?

Я ворочался в сумке – мне постепенно становилось душно. Кроме того, Дора вот-вот поймёт, что я сбежал. Я ведь собирался попасть на работу к Торстену, собрать нужные доказательства и быстро вернуться домой. Проклятые тапки, ну почему Торстен забыл в машине свою дурацкую сумку?! Нельзя же так…

Дверца открылась, и сумка взлетела в воздух.

– Дурная голова ногам покоя не даёт, – услышал я голос Торстена.

Уф, всё в порядке! Дело сдвинулось!

Глава 8

Новый план

Постепенно сидеть в спортивной сумке становилось всё тяжелее. Я давно уже не слышал рядом с собой голосов и шагов – значит, все куда-то ушли.

Я стал открывать передними лапами молнию.

Признаться, получилось не сразу, а только тогда, когда я понял, что для этого лучше всего годятся мои когти.

Свежий воздух! Ооох, как хорошо!

Кроссовки Торстена воняли ещё хуже, чем новый шампунь для такс, который недавно притащила домой Дора.

Я огляделся по сторонам: никого! Отлично!

Я торопливо стал обнюхивать офис Торстена. Тут было много очень интересных запахов – вот только я понятия не имел, что именно искать.

ГАФФ-ГАФФ! Пауль, напряги мозги – тебе нужны доказательства, которые можно потрогать лапой. Только так кошки тебе поверят!

И тут я понял, что мой план никуда не годится и я зря пробрался в офис в надежде найти какие-то доказательства. Нужно просто сделать так, чтобы Сникерс сам услышал, как Торстен говорит о переезде. Сегодня вечером Торстен и Дора как раз собирались сообщить детям о переезде в далёкий Мюнхен. Значит, Сникерс должен присутствовать при этом, а потом рассказать остальным кошкам, что моя ситуация серьёзная и что они обязаны мне помочь. Клянусь любимой резиновой косточкой, наконец-то я придумал действительно хороший план!

Жаль, я не додумался до этого раньше. Теперь я сидел в офисе Торстена, а дверь была закрыта. Кто знает, когда он вернётся и как мне выскочить отсюда незамеченным.

И вдруг дверь стремительно распахнулась, и в кабинет вошёл мой хозяин. Он держал в руке листок бумаги и смотрел на него с огорчённым видом.

– Ещё два месяца, два месяца, – бормотал он.

И тут я понял, что пока он смотрит на этот листок, я успею улизнуть! Незаметно выскользнув из комнаты, я помчался по длинному коридору и очутился в очень большом помещении с множеством письменных столов.

– Смотрите, щенок! – воскликнул женский голос.

– Маленькая такса, какая миленькая! – добавила другая женщина.

– Чья же она? – удивилась третья.

Проклятье! Как теперь мне выйти отсюда?

– Я выгляну на улицу и посмотрю, не ищет ли её кто-нибудь, – негромко сказала одна из сотрудниц в туфлях на высоких каблуках. – Может, она заблудилась.

На улицу! Выход!

Я во всю прыть помчался за женщиной. Вот он, путь к свободе! Дверь открылась, и я выбежал из здания.

– Эй, малыш, не убегай! – крикнула женщина.

– Гафф-гафф-гафф! – отозвался я, в надежде, что она поймёт – это я сердечно поблагодарил её за помощь.

Я галопом помчался по тротуару, радуясь, что у Билле недавно возникла замечательная идея зайти к Торстену вместе со мной и Фипсом.

– Чтобы Пауль знал, где работает папа, – объяснила она.

Разумеется, Фипс тут же её высмеял:

– Билле, ты с ума сошла! Зачем это нужно?

– Если он когда-нибудь заблудится, у него будет два места, куда он сможет прибежать – к нам домой и к папе в офис, – возразила Билле.

В ответ Фипс покрутил пальцем у виска, а Билле показала ему язык и заявила, что он может и не ходить с нами. Но Фипс всё равно увязался за нами, и мы втроём пришли к большому белому зданию, в котором Торстен «зарабатывал на хлеб», как он всегда утверждал. Впрочем, я никогда не видел, чтобы Торстен приносил с работы хлеб, но что поделать – люди иногда говорят бессмыслицу. Я уже привык к этому и давно ничему не удивляюсь.

ГАФФ-ГАФФ!

Именно благодаря Билле я теперь быстро и без проблем нашёл дорогу домой.

Возле дома стояла Дора. Вид у неё был очень взволнованный, щёки раскраснелись.

– Пауль! – воскликнула она, увидев меня. – Я тебя обыскалась!

Ого, кажется, я заставил её не на шутку испугаться. Мне стало стыдно.

Дора взяла меня на руки и крепко прижала к себе:

– Больше никогда так не делай, слышишь, Пауль?! Никогда не убегай! – Тут я почувствовал, что моя шерсть намокла. Дора плакала, а мне было так грустно, что я даже заскулил.

Несколько часов Дора не спускала с меня глаз. А что ещё хуже – она закрыла дверь на террасу.

Обычно она так не делала, и я сам мог решить, где хочу быть – дома или в саду. Но тут Дора, вероятно, испугалась, что я снова куда-нибудь смоюсь – и теперь я мог только мечтать о прежней свободе. Вот невезение!

Сердце Доры не смягчило даже моё настойчивое повизгивание, когда я торчал у двери и смотрел на неё так, словно хотел загипнотизировать.

– Нет, Пауль, извини, я не могу выпустить тебя в сад. Сначала Торстен должен починить забор.

Проклятье! Как же я тогда уговорю Сникерса, чтобы он появился у нас сегодня вечером и послушал, о чём будут говорить Торстен и Дора?

Вскоре из школы вернулись Билле и Фипс – и сразу поняли, что в доме новые порядки.

– Почему Паулю нельзя выходить в сад? – спросила Билле.

Дора тяжело вздохнула:

– Он убежал сегодня утром. Я уже раз пять говорила папе, чтобы он починил забор.

– Убежал? – удивилась Билле. – Это на него не похоже. Он всегда такой послушный.

– Я искала его два часа, обежала весь квартал, спрашивала всех в парке, не видели ли его, – пожаловалась им Дора.

– Вот это да! – Фипс вытаращил на меня глаза. – Я всегда думал, что Пауль слишком трусливый, чтобы отправиться куда-то одному.