Страница 17 из 19
Он лихо перепрыгнул через забор и с обезьяньей ловкостью вскарабкался на дерево. Кошечка с благодарностью прыгнула ему в руки, он осторожно спустился с ней вниз и выпустил её на зелёный газон. Благодарно лизнув ему руку, маленькая Лотти умчалась прочь.
Гафф! Я был впечатлён! Дора тоже.
– Вот это да! – прошептала моя хозяйка.
Только Кая ничего не говорила. Правда, она смотрела уже не так сердито, и мне даже показалось, что пару раз она устремила на Тома восхищённый взгляд, но, по-моему, всё ещё немного на него дуясь.
Хе-хе, значит, такса должна это исправить. Пора мне вмешаться. В конце концов, Том любит не только кошек, но и собак. Особенно такс. Спорим?
– Гафф-гафф, – пролаял я и потёрся мордой о ногу Тома.
– Том, ты нравишься Паулю, – улыбнулась Дора.
Я бросил взгляд на Каю. Ну как, она уже поняла, что если Том нравится животным, то ему можно доверять?
– Пойдём скорее, – буркнула Кая, ничуть не смягчившись. – Иначе я опоздаю в школу.
– Да-да, – спохватился Том и торопливо пошёл с Каей дальше.
Проклятье, девчонка и впрямь крепкий орешек! Я просто не понимал, почему Минке почудилось, что Кая ужасно страдает из-за Тома, когда всё как раз наоборот.
Что ж, пора переходить к серьёзным мерам.
Стойте! Жалобно подвывая, я рванулся вперёд, причём так неожиданно, что выдернул поводок из рук Доры. Я догнал Тома с Каей, бросился к нему и, прижавшись к его ногам, одарил его своим самым умильным взглядом.
Я часто дышал и повизгивал, изображая восторг. Кая точно должна была понять: Том добрый, любит животных, и он лучший отчим, о котором можно только мечтать.
– Маленький озорник, – ласково сказал Том и погладил меня по голове и спине. – Но я не смог бы тебя взять, даже если бы очень хотел. Ведь у тебя уже есть хозяева.
Ну, об этом я и не прошу.
– Ты правда согласился бы оставить его у себя, если бы мог? – услышал я внезапно тихий голос Каи.
Том был удивлён не меньше, чем я.
– Я… я… ну да, мне давно хочется завести собаку, – проговорил он. – Я очень люблю животных. Вот только я целый день провожу на работе, и собаке будет скучно.
Кая задумчиво кивнула.
– А если бы в это время о собаке заботился кто-нибудь ещё? – прошептала она.
Том улыбнулся:
– Ты имеешь в виду кого-то конкретно?
Кая пожала плечами. И потом, словно солнышко выглянуло из-за туч, на её лице появилась улыбка:
– Я могла бы взять это на себя…
Ох, я был тронут, честное слово. Но больше всего меня поразил Том – он улыбнулся Кае так по-доброму, что я понял: он будет классным хозяином для собаки. Таким же, как мои любимые Швенке.
– Но Пауля мы не отдадим, – вмешалась в их разговор Дора. Она прибежала следом и энергично подхватила меня с асфальта. – Билле с Фипсом никогда мне этого не простят.
Том покачал головой:
– Конечно. Мы найдём в приюте маленькую собачку, которая отчаянно мечтает о новой семье. – Том осторожно взял Каю за руку. – Как ты думаешь, Кая, ты сможешь сходить со мной в собачий приют, когда я вернусь с работы?
– Если мама разрешит, – прошептала Кая, улыбнувшись.
– Я уверен, что она разрешит, – заверил её Том.
– Было бы здорово, – тихо сказала Кая.
И они пошли дальше, кажется, теперь уже перестав быть друг другу чужими людьми.
А на другой стороне улицы радостно завывали кошки, я совершенно точно это слышал.
Впрочем, я надеялся, что они поняли, кто настоящий герой. Его зовут Пауль фон Таксенвальд.
Гафф-гафф!
Глава 15
Жизненно важные разговоры
В последнее время Дора была слишком поглощена своими мыслями и совершенно забыла, что запретила мне выходить в сад, пока не починили забор. Дверь на террасу оставалась распахнутой, и я без проблем бегал туда-сюда.
Святая варёная колбаса, как мне это нравилось!
И я не сумасшедший, чтобы рисковать вновь обретённой свободой, поэтому никуда не убегал. Но мне было необходимо поговорить со Сникерсом. Жизненно важно!
В общем, я помчался в сад и сел прямо у забора. Я сидел и тихо скулил, надеясь, что толстяк Сникерс меня услышит. Обычно в это время он спал. Я точно знаю. Но моё пронзительное повизгивание… яауууль-яауууль… должно было когда-нибудь добраться до его ушей. Во всяком случае, я на это рассчитывал.
Но время шло и шло. Несколько раз я видел Дору, проходившую мимо двери на террасу, и думал: проклятье, сейчас она вспомнит, что запретила мне выходить в сад, и заставит вернуться домой.
Но Дора была занята. Она разговаривала по телефону с разными людьми, расхаживала как заведённая по дому, и ей было не до меня.
Мои внутренние часы подсказали мне, что скоро из школы вернутся Билле с Фипсом, и если я сейчас не разбужу Сникерса, то уже не смогу с ним поговорить.
ЯААУУУЛЬ-ЯААУУУЛЬ-ЯААУУУЛЬ!
– ШШШШШ! – послышалось над моей головой с балкона второго этажа. – Пауль, что ты всё время так нервно завываешь, а?! – сердито спросил Сникерс.
Слава собачьему богу! Наконец-то Сникерс проснулся. Правда, я удивился, что он делает на балконе Шлютеров. Впрочем, чего удивляться, если речь идёт о Сникерсе.
– Сникерс, нам надо поговорить. Немедленно! – гавкнул я.
Он лениво облизал левую лапу, а у меня мгновенно подскочило давление:
– Сникерс, это важно!
– Если ты имеешь в виду ваш переезд, то сегодня вечером я поговорю об этом с остальными. Обещаю.
Рррав! Я нервно глотнул воздух.
– Нет, не вечером – днём, в парке. – Я задумался. Когда Билле с Фипсом вернутся из школы, сначала они пообедают, а между обедом и домашними заданиями кто-то из них пойдёт со мной гулять. – Примерно часа через два.
Сникерс вытаращил на меня глаза:
– Что ты имеешь в виду, малыш?
АРРРГ! Какой я ему малыш?! Я, между прочим, уже почти не щенок, я нахожусь в замечательной фазе взросления. Но сейчас мне некогда было ему это объяснять.
– Через два часа мы встретимся на экстренном собрании ККСД в парке. Между двумя большими ивами, прямо в кустах!
– Да? – спросил Сникерс. – И кто тебе это сказал?
Я выпятил грудь и набрал в неё как можно больше воздуха.
– Я, такса! – заявил я очень громко и решительно.
Сникерс расхохотался:
– Пауль, по-моему, ты…