Страница 83 из 87
Глава 32
Улица Немытые рожки, дом 6
Убежал!
— Экола, оу, йоу!
— Оу, йоу, Лидса! Ну надо же!
И кто бы мог подумать, что путая следы в переулках Паралического Аверса на окраине Мана с ужиками за пазухой можно было вот так запросто буквально налететь на своего закадычного дружка-одноклассника по «Алхимозе-Занозе» Лидсу Немм!
Наверное я всё-таки убежал от погони. А гнались за мною вообще? Похоже, что нет, хотя…
Ага! Вот и особнячок семьи Лидсы, в котором я раньше был не раз и не два. В прошлом году, когда отец Лидсы вместе с сыном забирал меня в увольнение из вихары «Алхимозы» к себе на выходные. Отца Лидсы звали барич Сол, я это помнил! А ещё у Лидсы была младшая сестрёнка Ани, забавная и весёлая девчонка, постоянный партнёр в наших с Лидсой играх и занятиях. И торговая лавочка «Весёлый Алхимик» на первом этаже их особнячка, она тоже была семьи Лидсы. Там же располагалась и лаборатория барича Сола. И как он занимался с нами я помнил, и не только весёлыми фокусами, он серьёзный алхимик этот барич Сол. Как и мой дед Сим, только помоложе.
Лидса и Ани Немм
— Экола! Как я рад, что встретил тебя живого и здорового! Какими судьбами? — тараторил обрадованный встречей Лидса, — Куда ты бежишь как сумасшедший⁈ Уже все знают, что случилось с твоей семьёй, какое горе. А ты знаешь, что какие-то люди искали тебя в вихаре и самой «Алхимозе»? Пошли в дом, я тебе всё расскажу. Ани будет тебе рада! Помнишь Ани? Она уже так выросла…
С радостным визгом на мне повисла выбежавшая из дверей лавочки Ани! Конечно я её узнал! Однако она действительно здорово похорошела и расцвела с нашей последней встречи. Это уже была не забавная девчонка, а вполне себе сформировавшаяся милая и стройная девушка. Золотые кудри, огромные глаза, тонкая талия, перехваченная красивым ремешком, волнующая линия девичьей груди. О, Тот, кто Имя, как же она была хороша! И как же она была похожа на мою маму Ани в юности, я видел её на портрете.
Судьбу не обманешь
Мы сидели в небольшой, но по-домашнему очень уютной гостиной и пили мой любимый чай Lipton с бергамотом. Пакетики с чаем я достал из своего рюкзачка, который, — о, слава китайским рюкзачкам! — чуть помятый, но так и остался в целости и сохранности висеть у меня за спиной, несмотря на все передряги сегодняшнего дня. Кстати ещё не окончившегося, а находящегося в районе обеда. Чай ребятам понравился. Они никогда не пили такого. И мы болтали ни о чём и обо всём сразу. И что интересно, прекрасно понимали друг-друга.
На мою и ужиков радость в доме отыскалась старая шляпная коробка, оставшаяся ещё от сбежавшей мамаши ребят. Раззз! И два небольших отверстия в этой коробке были готовы! Ребята были немного удивлены, но двух симпатичных ужиков вдруг выползших у меня из за пазухи и тут же спрятавшихся в коробке не испугались и спокойно приняли.
— Да, вот такие у меня теперь друзья — ужики! — засмеялся я, — Чтобы вы знали, одного из них зовут братец Щус, а другого — сестрица Уси. Смотрите не перепутайте, они обижаются, а-ха-ха! А ещё у меня теперь есть барич Заи — он мудрый, и возничий Речи — он сильный и очень любит буйволов, а ещё есть сами буйволы, фургон-конфекцион, а теперь уже и усадьба в Окуме Йётселькя, и мы с вами будем туда ездить по выходным. А где же ваш отец барич Сол? Я так хочу его обнять. И можно мы у вас с ужиками немного поживём?
И через десять минут я уже знал всё, а пожить у них с ужиками конечно было можно хоть сколько, комната отца свободна.
«Судьбу не обманешь, — подумал я, — Ведёт меня как буйвола на привязи! И здесь эта милая семейка Герр отметилась на пару с макером Ганом. И к моему счёту им добавилось! Ненавижу! И новая фабрика, вот она откуда взялась. Бедные ребята, бедный барич Сол, простая душа, земля ему пухом!».
И вдруг…
Чиновный
Дверь под ударом тяжёлого боевого меча в ножнах распахнулась и в гостиную вступили двое.
«По мою душу⁈ — пронеслось в голове и рука сама потянулась за пистолетом, — Но нет, не похоже»
Один вступивший в дом был явно чиновного вида, с бумажным свитком в руках. Другой — свитский в полной выкладке и при оружии. Ясно, это охрана чиновного.
— Лидса и Ани Немм⁈ — проревел чиновный.
— Да-а, — испуганно отозвались ребята.
— Слушать сюда! — чиновный развернул свиток и начал громко зачитывать написанное в нём:
Конклюзией
(решением)
возглавителя алкальдьи «Паралический Аверс» человейника Ман Окумы Герр и на фундации (основании) Уклада Союза Свободных Окум «О доменоименьицах» (о домовладениях), за невзнос каждогоднего тягла (налога) в пяточек (пять) сребряных герр на доменоименьице №6 по задверью (улице) Немытые рожки, сие доменоименьеце, собинное (собственность) Лидсы Немм, у него выморачивается (изымается) в были континуации (по причине продолжения) невзноса до средонощия (до полуночи) зачитки ему сей конклюзии. Жительствующим на адресине Лидсе и Ани Немм отженить (покинуть) вказанное доменоименьице вборзи (немедленно). В были отрека (отказа), употребить догробную силишку (нелетальную силу).
Дата — сегодня. Подпись. Печать.
Налог
— Но нам же сказали, что налог нужно заплатить до конца года! — чуть не плакал Лидса.
У него не было пяти серебрянных герр. И увы даже одного.
— Кто сказал? — нарочито удивился чиновный и положил свиток на стол, — Вот бумага, получил и давай…- те, выметывайтесь поскорее, нам некогда! А бумагу себе на память оставьте!
«Конечно, гад, тебе некогда, — подумал я, слушая мысли чиновного, — Твоя деревенская золовка продала двух буйволов тебе на взятку, что бы заиметь в Мане небольшой особнячок с магазинчиком, где она собирается жить с мужем и детьми и торговать сметаной и творогом, за грошики скупаемые у соседей. А ты сегодня тоже за небольшое подношение через подельника в районной канцелярии подписал у Главы района это дикое распоряжение. И ещё одно, о передаче этого особнячка своей золовке как нуждающейся погорелице с детьми по липовой справке о липовом пожаре».
Убить чиновного прямо сейчас⁈ Шум, гам. А свитского? Он хоть и свитский, но его-то за что?
Тогда я встал, полез в рюкзачок и выложил на стол на всеобщее обозрение монету — один золотой герр.
— Как и предписано в только что оглашённом распоряжении Главы района «Паралический Аверс», — торжественно заявил я, — Вношу ежегодный налог на домовладение. Причём «…до полуночи дня его оглашения», а не до конца года, как по закону!
Немая сцена!