Страница 77 из 87
Глава 30
Воришка Пик Нифф
Караул, обокрали!
— А-а-а-а! Украли! Как у последнего лошары, маг хренов! — метался я по своей опочивальне на втором этаже дома.
Абсолютно голый! Без какой-либо тряпочки на теле. А потому что, воры все их унесли!
Моя опочивальня… Она раньше принадлежала повешенному за коррупцию хозяину. Большая дубовая кровать с двумя пуховыми подушками и хорошо взбитым одеялом. На самом деле подушек и подушечек на этой кровати было огромное количество. Просто вчера вечером, расстилая эту грандиозную конструкцию, я побросал их в шкаф, вместе с покрывалом. Ничего, горничная найдет и всё застелит, как надо!
Окна в моей опочивальне смотрят на запад, поэтому, здесь нельзя проснуться от того, что луч восходящего солнца дерзко и навязчиво будет светить тебе прямо в глаз. Одно окно открыто всегда. Можно было, конечно, с вечера его закрывать и опускать шторы. Но это значило лишать себя бодрящей утренней прохлады, под завязку наполненной озоном и пением ранних птиц. Ужики, опять же, любили ночами гулять и окно для них лучше было держать открытым всегда.
На мои вопли сбежалась и сползлась вся моя маленькая армия. Опочивальня барича Заи была недалеко от моей, а заспанный Речи прибежал из своего флигеля, так громко я орал. Только ужикам никуда не надо было ломиться, выползли из своей коробки на комод да и всё — понять, в чём, собственно, дело?
И завёрнутый в одеяло, как римский консул, я продолжал стенать:
— Ох-х, да как же это так⁈ Ай-й, да что здесь такое творится⁈
Пояснения
На меня смотрели. Мне искренне хотели помочь, я слышал мысли. Однако требовались пояснения. И я их дал:
Проснулся я сегодня рано. Едва-едва первые лучи солнца вытянулись из-за горизонта и стали деловито раскрашивать в розовое немногочисленные облачка.
В своём мире я очень любил дачу. У нас всегда была дача. И время на ней, когда всё ещё спали, было самым подходящим для того, что бы просто пройтись по своим владениям, чем-то полюбоваться, что-то обдумать и что-то наметить. А другого времени на даче для этого у меня никогда не было. Такое впечатление, что все домашние просыпались лишь для того, что бы мне сказать:
— А давай сегодня сделаем то, и давай это!
И не просто сказать, а потом ещё и проверить, сделал ли я это или нет. И если не сделал, напомнить. А вечером обязательно приходили соседи, или мы шли к ним — шашлык, баня, песни. Так что время на даче только для себя, было одно, рано-рано утром, пока все спали.
* * *
Вот и сегодня, рано утром, когда все ещё спали, я пошел обходить свою новую усадьбу. М-да, такой дачи у меня не было никогда. Хороша была усадьба, как есть хороша! Заплаченных за неё денег она стоила однозначно и ещё много сверх того.
Большой, больше акра, прямоугольный земельный участок. Одна граница этого участка была чуть скошена, но это его не портило. Забор пять метров высотой, затянутый широколистными вьющимися растениями, выглядел зелёной стеной. Но странные были здесь заборы — прожилинами наружу. И служили они не для того, что бы останавливать злодеев, ведь, по этим прожилинам любой мог залезть наверх.
А что бы не смотрели! Вот зачем. Чужой взгляд — он в магическом мире был гораздо опаснее кинжала-ронделя листригона. Сглаз, порча, озева, призор, пагуба, несчастие, тля — вот только небольшой список предлагаемых услуг здешними магами, скрытно практиковавшими «чёрную» магию и отчасти оправдывающих всеобщий запрет на магию, неподконтрольную государству.
Парадный въезд на усадьбу был с улицы. Кованые двухстворчатые ворота с калиткой и вензелем в виде большой стилизованной буквой Б. Видимо с неё начиналась фамилия бывшего владельца усадьбы — казнённого за взятки чиновника. Надо же какое совпадение! Б — Бести, и пусть так остаётся!
Двор был выложен цветной плиткой. С круговым движением карет вокруг декоративного пруда. Очень удобно для приёма гостей. Кучер высаживал своих хозяев у входа в дом и ехал на выезд, в ближайший кабачок. Бдить! Пока хозяева не нагуляются у соседей и не пришлют за ним. Иногда ведь и до утра бдить приходилось, и за это время кучер успевал три раза напиться и протрезветь.
Хозяйский дом словно бы сошел со страниц волшебных сказок. Дворец! Сравнительно небольшой по площади, дом вмещал в себя все необходимое: зало, дортуар, кухмистерскую, поварню, опочивальни с гардеробными, лаунджи, пьяццу, небольшой имплювий и мыльню. Фасад был оштукатурен и покрашен в розовый цвет. Вокруг окон — лепнина. Входная дубовая дверь. На крыше — настоящая глиняная черепица.
Хвойный парк был великолепен. Вечнозелёные пиньи, чосонские пихты, коники, ягодные тиссы, горные сосны, голубые ели, кедры, сосны-веймутовы, можжевельники, туи, кипарисы… И цветы, цветы, цветы — рододендроны, лапчатка, герань, лилии, розы. Много роз.
В саду традиционно росли яблони, вишни, груши, смородина, крыжовник и малина у забора.
Сзади дома находился флигель Речи и дорожка из мелкой щебёнки, которая упиралась в скромную белую калитку — выход на озеро! Вышел и через пятьдесят метров вот оно! Почему через пятьдесят метров? А по закону! Нельзя было прижиматься своими заборами к воде ближе, чем на пятьдесят метров, пляжи в Союзе были общими.
Озеро «Красавица»
Это озеро так и называлось — Красавица. Вернее оно называлось как-то по-другому, но все его называли Красавицей. А так оно и было! Озеро было великолепно. Золотой песчаный пляж окаймлял его берега. Спуск на глубину был плавный, песчаный, без камней и обрывов. Вода такая прозрачная, что дно было видно везде. И рыбу тоже было видно. И рыбы было много. Рыбачь, купайся, не хочу. Полив опять же, что немаловажно. Красота!
Засмотревшись на озеро я заметил… Кое-где усадьбы всё-таки прижимались заборами к воде. Хозяева этих усадеб были или «платиновые» маги, не желающие делиться своим счастьем топтать собственный пляж ни с кем, или крупные великокняжеские чиновники, которым как и «платиновым» магам закон был не писан. Я всегда им удивлялся. Они как вставали на должности, сразу же начинали проверять законы на прогиб, в том числе и прижимая свои заборы к общей воде. Так и остались они в памяти «Двапроцентами» и «Золотыми батонами». А ведь могли на этих должностях стать великими реформаторами, народными кумирами. Куда там, свои заборы у общей воды им были важнее.
Я посмотрел влево, на километр не было никого. Посмотрел вправо, то же самое. На берегу озера я был один, рано ещё пляжникам с их корзинками, зонтиками и лежаками.
* * *