Страница 73 из 87
Глава 28
Чайная партия с «платиновым» магом
И снова Сулойская дорога
И снова было утро! И снова была Сулойская дорога! Я сидел на облуче рядом с Речи, управляющим буйволинной упряжкой. Барич Заи и ужики ещё спали, они никогда не вставали так рано. Пусть! В общем всё было как всегда. Солнце вот-вот взойдёт, буйволы чухали своими большими кожаными носами. И я тоже клевал носом, толком ещё не проснулся. Замечательное летнее утро!
Вспомнил! Такая прелесть эти маленькие двух-трёхмесячные гигантские четырёхрогие геррские буйволятки! Мы вчера видели их на зооферме. Вторая пара рожек у них пробивалась не сразу и пока на местах этих рожек были, просто, шишки.
Сначала буйволята жались к огромной мамаше-буйволице, но явно были не прочь поиграть. Вот тогда-то Речи и выкупил их белой булкой. Мамаша была не против или ей было всё равно и они все вместе с ревом «бааааа-оооцккк» с полчаса носились по выгону, брыкались, валялись, быстро меняли направление, наскакивали друг-на-друга. В общем было очень весело!
Здесь дорога немного поворачивала. И сразу за поворотом…
Макер Ган
Это было дежавю — ощущение, будто определенное событие уже случалось, но при этом человек не мог вспомнить, когда и как. Или это было не дежавю — я же прекрасно всё помнил про вчерашний день и кто меня тогда ждал за поворотом. Просто на этот раз это был не великий демон Адольф Систель…
Прямо посередине дороги стоял крепкий немолодой мужчина с усами и бородкой. Внимательный взгляд серых глаз. Одет, как городской барич. Но не барич, и не городской, точно. Ровный загар на руках. Может местный плантатор? Хотя какие плантации в лесах и на болотах Окумы Буу? Стоял, ноги на ширине плеч, руки за спиной, ладони в замке.
Вот он поднял левую руку, просил нас остановится. На запястье тускло блеснул благородный металл — платина! Да это же самый настоящий «платиновый» маг! Мне рассказывали родные, что когда маг хотел показать отсутствие агрессивных намерений в отношении равного по силе или более сильного собеседника, он вставал именно в такую позу — руки за спину, ноги на ширине плеч, лицо открыто и не скрывалось под балахоном. А если бы буквально полшага вперёд и руки из-за спины, то всё, поза превращалась в боевую стойку и маг мог быть атакован собеседником. Помню я тогда ещё спросил:
«А если собеседник слабее тебя?»
«Тогда стой как хочешь, он же слабее», — был ответ.
И я дал команду Речи, мол, давай тормози.
«Деяния Эколы Бести»
— Ясно! — подумал я. — Скорее всего это «платиновый» маг — макер Ган Глоо, и он тоже хочет договариваться. Ох-х опасно всё это! Один раз он врежет по нам своим «воздушным кулаком» и только мокрое место от нас останется. Но скорее всего не врежет, если так стоит. Придётся ему подыгрывать…
Ведь именно он придумал, что я — это Инферно, вернее, я — это я, а Инферно, якобы, в меня вселилось. И такой вывод он сделал по результатам собственного тщательного обследования мест происшествий, связанных со мною — побоища в кабаке гостиницы «У тётушки Бло», пришествия Тени отца князя Миха из Преисподней, забоя лесного скота на постоялом дворе Рына Бона, изгнания Железного Дракона из Преисподней за Сулойские горы, гекатомбы четырехсот свитских в Золотом ущелье…
А хорошо уже так подвигов у меня поднакопилось, пора книжку писать. А что… назвать её «Деяния Эколы Бести» и продавать, а-ха-ха! Но разговаривать с «платиновым» магом — это не тупого демона по башке пинать, опасно, очень опасно! Но делать нечего, не убегать же? На крайний случай есть у меня аргумент и против «платинового» мага — одноразовый реактивный танковый гранатомёт и моя маленькая армия с «Утёсом», снайперкой и гранатами. Авось, отобьёмся, если что пойдёт не так?
Приглашение к разговору
— Кто вы и что вам нужно? — проорал я с облуча, усиливая и добавляя магией нотки брутальности в свой голос, как это делал мой дед Сим, беседуя с толпой религиозных фанатиков с балкона нашего дома в «Кровавый понедельник».
Человек на дороге коротко кивнул головой, в знак того, что услышал и понял вопрос, и ответствовал:
— Я есть «платиновый» маг Ган Глоо, но сейчас я говорю от имени и по поручению великого князя Союза Свободных Окум Гула IV из рода Герр и секретного лефа «платиновых и дважды платиновых» магов, макером-меламедом которого я имею честь состоять. Не будет ли властным, уважаемое изначальное… э-э-э… уважаемый князь Экола Бести, выслушать меня? У нас есть к нему казистые и взрачные квесетивы
(предложения)
.
Значит я не ошибся, всё так и есть — маг, предложения…
— А не тот ли вы макер Ган — душегубец на частной службе у великокняжеского рода Герр? — строго спросил я у мага.
— Тот, тот! — радостно закивал маг, будучи узнанным, — Только куда мне до вас в душегубстве! К тому же я уже изгнан со службы, изгнан и рассчитан.
— Это за что же вас так? — недоумевал я, — Кого-то не так убили⁈
— Не так! Не так! — искренне обрадовался маг. — Отказался убивать! Вас…
— Меня⁈ Отказался убивать⁈ — и я указал в тень фургона, — Ну тогда присаживайтесь, макер Ган, рассказывайте, с чем пожаловали.
Предложение
Вот просто золотой товарищ у меня — барич Заи! Пока мы коротко беседовали с магом, он успел проснуться, привести себя в порядок, сверкнуть в оконце фургона оптическим прицелом своей снайперки, а увидев моё «нет!» глазами… заварить пару пакетиков чая Lipton с бергамотом в глиняном чайничке, поставил в тенёчке раскладной столик, чашки и пару кресел. Как почувствовал, что прямо сейчас это может быть кстати. Может тоже мысли слышал, а-ха-ха?
Чёрный чай Lipton с бергамотом из супермаркета города Бозмен, штат Монтана, США, «платиновому» магу явно пришёлся по вкусу… Он бесконечно нюхал чайничек, цокал языком, делал малюсенькие глоточки и закатывал глаза от удовольствия. И вознаградился мною подарком — целой большой коробкой чая — 250 пакетиков! Да плевать, одной легендой больше, одной меньше. И за чаем, он выдал мне множество интересной информации, а именно:
Что лично он был против любых встреч и разговоров со мною в дороге, полагая, что со мною нужно разговаривать уже в Мане, во дворце. Не нападать, это бесполезно, а договариваться! За что и пострадал, его выгнали со службы. А теперь пострадали и те, кто его выгнал! После истории с разрушением паромной переправы, князь Гул рвал и метал!