Страница 9 из 81
Глава 4
– В библиотеку, – решительно заявила я и, поймав удивленный взгляд горничной, добавила с легкой неуверенностью: – Если такая, конечно, у нас есть.
– Есть, госпожа, – Кассандра на мгновение замерла, словно не веря своим ушам. – И даже считается одной из лучших в королевстве. Только…
– Только что? – я нетерпеливо подалась вперед.
– Только вы ее никогда не посещали, – тихо закончила она, опустив глаза. – Даже не спрашивали никогда.
Равнодушно пожала плечами. Конечно, «прошлая я» ее не посещала. Я вообще здесь впервые.
– Мне кажется, это место как раз поможет мне освежить воспоминания. Кажется, дома… в прошлом… я много читала.
– Воля ваша, госпожа, – с готовностью кивнула Кассандра. – Я только предупрежу вашу охрану. Мне велено сообщать обо всех ваших передвижениях, чтобы кто-то всегда дежурил рядом. Хотя, по правде говоря, стража и так повсюду.
Как выяснилось, даже для прогулки по замку мне требовалось переодеться. Я совсем забыла, что после лазарета так и осталась в простом, почти больничном платье.
И только сняв его, я по-настоящему осознала, в каком теле нахожусь.
Кайра была не просто стройной – она была худой, почти тощей. Ребра можно было легко пересчитать. Это что, местная мода на хрупкость? Или она от природы была такой? Хотя… судя по тому, как свободно сидели на ней платья, которые принесла Кассандра, эта худоба была приобретенной, и совсем недавно. Еще немного, и наряды просто свалились бы с нее.
Сами фасоны платьев не подчеркивали ее красоту.
И вот это было странно. Кассандра говорила, что Кайра пыталась завоевать расположение мужа, и, по логике, она должна была стараться выглядеть желанной и соблазнительной.
Пока я размышляла, горничная уже помогала мне уложить волосы в простую, но элегантную прическу.
– Я буду вам подсказывать, госпожа, – мягко проговорила она, орудуя гребнем. – Между прочим, это большая честь – прислуживать герцогине. Еще большая, наверное, только у Мистрис.
– Мистрис? – переспросила я, зацепившись за незнакомое слово.
– Это главная женщина в замке или имении. Она заведует… всеми внутренними делами. У нас это леди Августа София Коль. Ваша свекровь. Чаще всего Мистрис становится супруга лорда, но бывает, что и мать, как в нашем случае. Она переехала сюда как раз перед вашей свадьбой.
Какое облегчение, что управление замком не на мне. Я бы точно не справилась, особенно сейчас.
Моя недолгая прогулка до библиотеки это лишь подтвердила. Замок был огромен. Настоящий лабиринт из бесчисленных коридоров, залов, галерей и винтовых лестниц. Есть что поизучать… И это я еще на улице не была!
Спустя несколько лестничных пролетов и пересечений коридоров, где я бы заблудилась за минуту, мы оказались у массивной резной двери из темного дерева. Она и вела в библиотеку.
Я уже прикидывала, как бы вежливо отослать Кассандру – совсем не хотелось, чтобы кто-то видел, какие книги меня интересуют, – но девушка опередила:
– Госпожа, надеюсь, вы не против, если я вас покину? Если что-то понадобится, вы всегда можете позвать стражника у двери.
– Конечно, иди, – кивнула я, стараясь, чтобы мое облегчение не слишком отразилось на лице.
Она поклонилась и почти бегом скрылась в коридоре. Такое ощущение, что Кассандра очень куда-то торопилась. Может, сообщить кому-то о моем странном поведении? Или все проще, и у горничной просто по горло работы?
Отбросив подозрения, я с усилием толкнула тяжелую дверь. Она поддалась со скрипом, и я, шагнув внутрь, замерла и обомлела.
Это была не библиотека. Это был храм знаний. Бескрайнее море шкафов от пола до потолка, забитых книгами. Они образовывали целый лабиринт, уходящий вглубь и, как я заметила, вверх – библиотека занимала несколько этажей, соединенных винтовыми лестницами.
Между стеллажами притаились уютные диванчики и столики с лампами для чтения. Боже, мне бы сюда еще чашку горячего кофе и что-нибудь съестное, и я готова остаться здесь жить.
Шкафы, как и положено, были подписаны. «Целительство». «Животноводство». «Нечисть». «Нежить». И… «Художественная литература». Хм, интересно, насколько их любовные романы отличаются от наших? Жаль, что сейчас не до них. На повестке дня стояли куда более важные для выживания вопросы.
Надеюсь, я быстро найду то, что нужно
Интересно, а библиотекарь здесь есть?
Взгляд наткнулся на массивную стойку, за которой обычно они и располагаются. Пусто.
– Герцогиня Коль, добро пожаловать, – раздался вдруг мужской голос, казалось, из самого воздуха. – Вам нужна помощь? Найти какую-нибудь книгу?
Я вздрогнула и огляделась.
Никого.
– Да, – тихо сказала я.
Прямо на моих глазах на полированной поверхности стойки из воздуха соткалась и легла белая карточка. Подойдя ближе, я увидела на ней изящную надпись: Кайра Коль.
Но рядом по-прежнему не было ни души. Невидимый призрак-библиотекарь? Впрочем, чего еще ожидать в замке некроманта.
– Какую книгу вы ищете? – вновь прошелестел голос.
Я сглотнула, собираясь с духом.
– Мне нужен магический брачный кодекс.
Как говорила моя лучшая подруга Света, в любой непонятной ситуации – читай законы.
Я бы добавила, что это особенно важно, когда ты замужем за местным темным властелином.
Через несколько мгновений на стойке с глухим стуком материализовалась книга. Вернее, целый фолиант в толстом кожаном переплете.
Я-то ожидала тоненькую книжечку, вроде нашего Семейного кодекса.
Поскольку книга была огромной, я решила не тратить время на предисловия и сразу заглянуть в самый важный для меня раздел. Пальцы с легким трепетом перелистывали плотные, пожелтевшие страницы, пока я не нашла оглавление. Так... "Заключение союза", "Обязанности супругов", "Имущественные вопросы"... Ага, вот оно: "Основания для расторжения брачного союза".
Я погрузилась в чтение, и чем дальше, тем больше мрачнела. Развода по собственному желанию, как в моем мире, здесь не существовало. Никаких "не сошлись характерами". Зато имелся четкий перечень причин, и каждая из них была серьезнее предыдущей: Измена одного из супругов, доказанная и подтвержденная. жестокое обращение, угрожающее жизни или здоровью, Совершение тяжкого преступления и последующее заключение, смерть.
Что ж, по крайней мере, один положительный момент: закон не заставлял женщин терпеть предательство. "Понять и простить" – это было явно не про здешние суровые нравы. И это радовало.