Страница 30 из 37
Когда Тхэгён начал разворачивать фантик леденца, Чхансу шикнул на него и сказал, чтобы тот вел себя тихо. Тхэгён заворчал в ответ и спрятал конфету в задний карман штанов.
И тут откуда-то послышались звуки, словно кто-то что-то жевал.
– Ням-ням… Ням… Ням…
– Появился!
– Где? Где?
Чхансу указал на экран телефона, который все еще записывал видео. Рисоварка сильно затряслась, а затем с глухим стуком рухнула набок. Рис, высыпавшись на стол, исчезал горсть за горстью.
– Вы видели? Видели?! Рис пропал!
– Тихо! Он может нас заметить!
Еще одна горсть риса исчезла со стола. А потом еще одна. Рис растворялся, как будто кто-то ел его руками.
– Его сейчас ест призрак?
– Похоже на то. Но его не видно.
Тут рисовые лепешки, которые принес Минук, тоже начали двигаться и исчезать одна за другой.
– Но где же призрак? Где этот Обжора? Где он?
Когда Тхэгён высунулся из-за кухонной стойки и взглянул на стол с едой, он увидел маленькую худую руку. Не обращая внимания на ребят, пытавшихся его остановить, он вышел из-за стойки и приблизился к столу, чтобы рассмотреть призрака. Сначала он все так же видел руку, но, подойдя ближе, заметил босые ноги. А когда он подошел еще ближе, увидел худенького мальчика, который, скорчившись под столом, протягивал руки вверх и брал еду.
«Этот мальчик – Обжора? Но он совсем не похож на иллюстрацию, которую показала Фео».
– Так это призрак ребенка, который умер от голода.
Фео вдруг оказалась рядом с Тхэгёном, и теперь его сердце быстро заколотилось: он еще никогда не стоял к ней так близко. Тхэгён кашлянул, боясь, что Фео услышит биение его сердца, и жевавший Обжора, услышав это, взглянул в их сторону. Ребята вздрогнули и быстро пригнулись. Похоже, призрак все-таки их не заметил и снова принялся за еду. Вдруг он вскочил и стал загребать еду со стола – видимо, есть на корточках под столом было неудобно.
– Кажется, он очень голоден. Бедняжка. Взгляни на его одежду! Такие лохмотья!
Чхансу внимательно осмотрел изношенный и порванный наряд призрака. Несмотря на его внешний вид, ребята с легкостью распознали чогори
[4]
[Чогори (кор. 저고리) – основной элемент корейского национального наряда ханбока, похожий на блузку или жакет.]
и штаны.
– Как я и думал. Кажется, Обжора жил в эпоху Чосон. Посмотрите на его одежду и прическу.
Волосы Обжоры растрепались, но явно были заплетены в косичку. Услышав слова Чхансу о том, что в школе появился призрак ребенка, умершего от голода в эпоху Чосон, Джонгю и Минук в один голос закричали:
– Кладбище! Он пришел с кладбища? Так ведь?
Тут призрак посмотрел туда, где сидели Чхансу, Джонгю и Минук. Ребята вздрогнули и прикрыли рты ладонями, но Обжора уже их заметил.
– Беда! Он их увидел!
Тхэгён тут же выскочил из укрытия. Стоило ему это сделать, как Обжора повернул голову в его сторону. Исхудавший призрак ребенка, чье тело походило на скелет, глядел на ребят впалыми глазами. Его рассредоточенный взгляд пугал еще больше. Пусть это и призрак ребенка, ребята поняли, что нельзя терять бдительности.
– Он ведь не станет на нас нападать?
Тхэгён, Фео и остальные ребята с беспокойством посмотрели на Обжору. Но того, похоже, они совсем не заботили – он снова принялся за еду.
– Видимо, не зря говорят, что призраки людей, умерших от голода, интересуются исключительно едой. Он только ест и не обращает на нас никакого внимания.
Фео, на миг сильно напрягшаяся, расслабилась, когда увидела, что Обжора никак на них не реагирует.
– Похоже, все может легко решиться! Как только Обжора все доест, он тут же насытится и исчезнет. А мы наконец сможем снова есть школьную еду, верно?
Тхэгён обрадовался от мысли, что снова сможет есть в школьном кафетерии. В последнее время ребятам приходилось покупать еду в магазине и они очень скучали по обедам из кафетерия.
– Когда призрак уйдет, нам все равно придется здесь убраться, так что давайте просто подождем.
Обжора торопливо ел, и все вокруг него стало грязным из-за разбросанных остатков еды. Если ребята разойдутся по домам, не прибравшись здесь, все снова решат, что они баловались, и никому не будет дела до того, что они разбирались с призраком.
Тхэгён достал мобильный телефон и начал играть в игру, которой с недавних пор увлекся. Чхансу закрепил штатив так, чтобы он не трясся, и продолжал снимать призрака на расстоянии. На всякий случай Фео и Минук подготовили запечатывающие и барьерные амулеты, чтобы воспользоваться ими в любой момент.
– Но почему он не ест сладости, которые я принес?
Призрак торопливо ел все, что было на столе, но даже не притронулся к снекам, которые принес Джонгю.
– Так это потому, что еда, которую принес я, вкуснее, вот призрак и ест только ее! Моя мама очень хорошо готовит, – задрал нос Минук, из-за чего настроение Джонгю немного испортилось.
– Он ведь не игнорирует меня, верно?
– Зачем призраку тебя игнорировать? Он просто ест все, что попадается ему под руку, – равнодушно проворчал Тхэгён, продолжая играть в телефон.
А Джонгю наблюдал за призраком, бормоча себе под нос:
– Какой странный. Почему он не ест мою еду?
– Дайте еще…
Ребята вздрогнули от удивления и посмотрели на Обжору. Он уставился на них так, словно говорил, что съел все, что было на столе, и теперь просил добавки.
– Эй, а как же сладости? Ешь давай. – Минук указал на снеки на столе.
Обжора посмотрел на них, а затем снова перевел взгляд на ребят из клуба экзорцизма:
– Есть хочу… Дайте еще…
– Вон сладости! Снеки!
– Дайте еще… Дайте… еще…
– Говорю же, ешь сладости! Вон шоколад. Там полно всего, что еще тебе нужно? – с досадой сказал Минук, но Обжора только повторял одно и то же раз за разом:
– Дайте еще… Дайте еще… Дайте еще… Дайте еще…
– Эм, ребята? У меня плохое предчувствие. Как думаете, я прав? – Минук с неловкой улыбкой оглянулся на Фео и Тхэгёна.
Они тоже ощутили нечто похожее. Что-то было не так.
– Есть хочу… Дайте еще… Еды… Еды…
Когда Обжора приблизился к ребятам, Минук, сам того не осознавая, сделал шаг назад.
– Есть хочу… Дайте еще… Еды… Еды… Есть хочу…
– Извини. Больше ничего нет. Там печенье и шоколад. Разве ты не видишь?
– Дайте мне поесть!!!