Алатырь Евы

Похотливая дрянь? Да, именно так он сказал, хотя это слово совершенно не вязалось с его обликом. Я уперлась кулаками ему в грудь и попыталась оттолкнуть. И он снова отвесил мне пощечину. Она эхом отозвалась в притихшем номере.

В тот момент я резко отвернулась, предчувствуя еще удар, но в спину мне прилетел толчок – и я повалилась на кровать. Виктор навалился сверху, мы принялись бороться, я отталкивала его, он давил. Потом, зажав мой рот рукой, стянул с меня майку, сбросил свою рубашку, и мы оба оказались прижаты друг к другу голыми телами. Я пыталась вырваться, но Виктор схватил меня рукой за горло, парализуя движения.

Целуя мою шею, он спустился до сосков, поводил языком вокруг них. Его прохладные, несмотря на жару, пальцы делали свое дело, и по коже побежали миллионы мурашек. Я выгибалась, а он зубами нежно прикусывал сосок, потом посасывал его теплыми губами. Через пару минут я уже не могла противиться этому напору. Он снова схватил меня за голову и стал неистово целовать, проникая языком так глубоко, что я почти задыхалась..

Когда все закончилось, я впервые ощутила не удовлетворение, а горечь. Уже тогда я стала понимать, что все происходящее ненормально.

— Давай поговорим, – тихо предложила я, когда мы лежали в полумраке комнаты, переплетя пальцы.

— Все же хорошо. Или ты снова хочешь поругаться? Зачем ты это делаешь?

— Я.. знаешь, я просто хотела сказать, что мне не нравится..

— Что?

— Ну когда ты проявляешь ко мне агрессию. Даже если потом это все заканчивается бурным примирением. Это.. это все как-то неправильно.

— Что именно?

— Я думала, раз мы выбрали друг друга.. Как минимум это уважение, понимание. Если все по любви..

— Глупышка.. – Я почувствовала, что Виктор улыбнулся. – Жениться по любви – не значит иметь безлимит счастливых лет в браке. Но я все сделаю для того, чтобы в нашем случае было иначе.

— Да, но..

— Ты обязательно поймешь, что я воспитываю тебя для твоего же блага. Из тебя получится идеальная жена, только чуть позже.

Я села на кровати и с удивлением посмотрела на мужа. Мне казалось, я вижу его впервые. В голове вдруг что-то щелкнуло:

— Подожди.. То есть это не разовая акция? Не стресс, не ретроградный Меркурий? Ты что, решил, что меня можно воспитывать как ребенка?

— Ты теперь моя жена. Любимая и единственная.

— Жена – не значит рабыня, – все больше заводясь, возмутилась я. – Мне непонятно: почему ты раньше ничего подобного не делал? Подумать не могла, что ты разделяешь такие устаревшие взгляды. Ты же не домашний тиран. Или что? Чем я заслужила такое отношение?

— Я увидел, что ты такая же, как она. Как все. Поначалу ты смотрела на меня восторженными глазами, а сейчас в них пустота.

— Может, не стоило давать мне пощечину? – в досаде бросила я. – Ревновать, обзывать похотливой и пихать в спину.

— Но тебе же понравился секс?

— При чем здесь..

— О, я тебе сейчас все объясню как настоящий психотерапевт. – Виктор встал и голым прошествовал к холодильнику. Достал виски и плеснул себе в бокал. – Ты даже себе не признаешься в том, что по жизни тобой руководит похоть. Как ты стонала подо мной, несмотря на пощечины и оскорбления? А тогда чем ты отличаешься от всех остальных? Значит, тебе безразлично, с кем трахаться? Хоть с интеллигентиком в очках, хоть с портовым грузчиком, который будет метелить тебя круглые сутки. Лишь бы тебя качественно трахали каждый день..

— Все, с меня хватит, – прошипела я, натягивая майку и ныряя в шорты. Пальцы плохо слушались, и я долго возилась с пуговицей. – Прости, но, похоже, моему терпению пришел конец.

— Поверь, это только начало, – снова произнес он свою страшную фразу.

— Думаешь, я стану жить с тобой после всего того, что ты наговорил? Захочу называться твоей женой и рожать тебе детей?

— До детей еще далеко. Пока ты не перешла даже на первый уровень.

— Какой еще уровень? – вытаращила я глаза, решив, что он сходит с ума. Или все это просто дурной сон. Я с трудом подавила желание ущипнуть себя за руку.

— Потом узнаешь.

— А знаешь что? Оставайся тут со своей ревностью, а я хочу уйти, – заявила я, хватая свою пляжную сумку и направляясь к двери.

— Она закрыта, ты забыла про портативный замок, – насмешливо бросил Виктор. – А еще загляни в свою сумочку – там ни паспорта, ни денег, ни телефона. Куда ты пойдешь?

— Да хоть куда. Открой дверь! Я сейчас раскручу этот чертов замок..

— Поверь, я все зажал очень хорошо.. А вообще, знаешь ли, не так просто найти отель, где могут одновременно сосуществовать разные системы доступа в номера: и современные карточки, и старые стандартные механические замки с ключами. Заселяясь, я сразу попросил ключ, сказал, что не доверяю электронным замкам. Никто не удивился. Мало ли какие у этих русских причуды?

Я смотрела на мужа с ненавистью и не понимала, как еще десять минут назад занималась с ним любовью.

— Эй, кто-нибудь, помогите! – закричала я, дергая ручку. – На помощь!

— Если ты сейчас же не заткнешься и не прекратишь меня позорить, – прошипел Виктор, – можешь забыть о нормальной жизни. Я упеку тебя в психбольницу, а еще устрою так, что ты никогда не увидишь свою сестру.

— Ты что, всерьез считаешь, что сможешь удерживать меня силой?

— Конечно, если понадобится.

Я резко повернулась:

— Мои близкие этого не позволят!

Виктор ухмыльнулся:

— Близкие? Кто именно? Отец, которому нет до тебя дела? Сестра-аутист, надолго получившая прописку в психбольнице? Никому нет до тебя дела, Ева. Никому. Кроме меня.

— У меня есть я. Устроюсь на работу, отсужу у тебя деньги и заберу сестру в Москву.

— А если тебя признают невменяемой? Не забывай, у тебя есть диагноз, поставленный любящим мужем. Да, пока не сильно серьезный, но мне ничего не стоит подделать новую справку. И если ты продолжишь орать и выбивать двери, придется вызвать врача, чтобы констатировал новый приступ сумасшествия.

— Это ты псих! Ты сумасшедший! Ты что, специально тогда все устроил с этим диагнозом? – начало доходить до меня очевидное.

— Ты сама согласилась.

— Я не думала, что это можно использовать против меня.

— Как знать, как знать.. Так что сама посуди, какова вероятность, что тебе поверят.

— А твоя мать? Она же нормальная! Я все ей расскажу – думаешь, она не заступится за меня? Позволит тебе продолжать в том же духе?