Страница 91 из 165
— Уйти из земель Лида можно спокойно, если что-то не устраивает, — философски заметила эльфийка, пожав плечами. — Только в других землях поселение придётся защищать не только от тварей, но и от разумных, охочих до чужого добра. И потом, республика выставила очень мягкие условия: я читала, человеческие деревни в приграничных с землями Шрама королевствах отправляют в армию к монарху от десяти рекрутов каждый год, а остальные налоги всё равно надо платить.
— В солдаты не на всю жизнь забирают… — промямлил я.
— На двадцать пять лет, — просветила меня Рона. — Возвращаются назад живыми хорошо если два из сотни. Смертность в пехоте очень высокая, на поле боя пехотинцами принято затыкать прорывы изменённых и обеспечивать защиту дворянским ударным отрядам.
— Но это лучше, чем навсегда… перестать принадлежать себе, — слова девушки никак не хотели укладываться у меня в голове.
— Правда? — Фирониэль с удивлением распахнула свои огромные глазищи.
— Ну, хоть какой командир не сможет приказать… всякое, — мой взгляд против воли задержался на завязках платья на груди эльфийки.
— Я готова, — немедленно отреагировала лучница, потянув за шнуровку, отчего мне пришлось хватать её за руку.
— Это был не приказ! — поспешно выдохнул я, чувствуя, как к щекам быстро приливает кровь… не только к щекам. Долбанный возраст! Я уже успел забыть там, на Земле, как в восемнадцать бьют по мозгам гормоны.
— Я готова, — повторила Рона, но завязки все-таки отпустила. Она посмотрела мне в глаза… и неожиданно нежно погладила свободной рукой по щеке. — Если ты из-за Ланы переживаешь, то она сама виновата. Я сразу ей сказала, что не надо меня «защищать», но она и слушать не стала… А теперь дуется.
Только моя лучница могла сказать «дуется» про то настроение, в котором перманентно пребывала эльфийка-служанка. Н-да, щёки стало натурально припекать…
Арн, вернувшись теперь уже в собственный коттедж, первым делом решил воспользоваться своими покупками — уж больно терпеть, надо полагать, ему было невмоготу. Что характерно, свои силы и способности он всё же оценил более-менее объективно, потому затаскивать в постель эльфиек решил по одной. Вот тут-то со слов Роны вперед вылезла Эйлана, решившая защитить от поползновений хозяина более молодую соплеменницу… тем единственным способом, которым могла. То есть вызвалась сама. Что-то мне подсказывает, что проделано это было в фирменной манере, со взглядом исподлобья и жгучей ненавистью в глазах, но… Пьяному парню, успевшему добавить у торговца, море было по колено. Не знаю, как насчёт соответствующего опыта, но что-то мне подсказывает, что об удовольствии девушки новоиспеченный гражданин даже на секунду не задумался.
Короче, из хозяйской спальни Лана спустилась спустя сорок минут, растрёпанная, униженная и ещё более злая, чем обычно. Впрочем, чего бы там не произошло, своего она добилась — вторую эльфийку Арн так и не позвал. Парень продолжил бухать, совместив этот процесс с распаковкой вещей — Рона слышала звон бутылочного стекла, стук мебельных ящиков, невнятные возгласы, даже попытки петь. Постепенно всё затихло… А утром на хозяйской кровати проснулся уже я. О вчерашнем «празднике жизни» напоминали лишь головная боль, батарея разномастных пустых бутылок да горка пепла в пустом вычищенном камине…
— Ты не обязана… делать это просто потому, что мне хочется, — с огромным трудом выдавил я из себя.
— Если ты винишь себя в моей судьбе и считаешь, что при живом отце меня ждало что-то другое, то зря, — на мгновение передо мной словно оказалась взрослая, умудрённая жизнью женщина, а не вечно восторженная девчонка. — Замуж меня выдали бы, не спрашивая согласия, и постель делить мне с мужем тоже приходилось бы по первому требованию.
— Там бы ты была частью семьи… — к такой постановке вопроса я готов не был. — И потом, дети…
— Большинство детей в Лиде рождаются от союза гражданина и его рабынь или наоборот, гражданки и её невольников, — окончательно добила меня Фирониэль. — В отличие от других людских государств, в республике нет деления для детей на законно— и незаконнорождённых. Граждане, имеющие общих детей, тоже редко регистрируют официальный союз. Заключение гражданского брака в Лиде — большая редкость.
Кажется, я начинаю понимать, почему мамочка Арна свалила из республики много лет назад. Свалить — свалила, а вот от гражданства не отказалась, и методично перечисляла налоги в бюджет своего полиса — благо, для находящихся за границей сбор взимался не больше, чем для обладающих подтвержденной профессией и работающих на территории Лида. Правда, законы полисов требовали, чтобы удалившийся от своей недвижимости более чем на неделю горожанин оставил в доме хотя бы одного своего невольника (или больше, если речь шла не о доме, а о складе, например), но, как я понимаю, проблемой это для женщины не стало. Мне и самому придётся так сделать, чтобы не мотаться раз в неделю из Эрста в Миракию и назад. Заодно уберу от Ланы источник раздражения — себя, и сам перестану вздрагивать, случайно встретившись с ней взглядами.
— …Тем более, я на что-то другое не очень-то и годна.
— Что? — я задумался и пропустил часть сказанного Роной мимо ушей.
— Если ты решишь меня продать, я пойму, — грустно повторила эльфийка. — Я ничего не умею, и помочь тебе толком ничем не могу… Ой!
— И. Думать. Не. Смей, — я схватил растерянно заморгавшую девушку за предплечья и на каждое слово хорошенько встряхивал. — Я своих не продаю и не предаю.
Упс. Что-то у меня какие-то совсем неадекватные реакции стали, хотя я и сказал именно то, что думал, и готов подписаться под каждым словом.
— Ты — хороший, — заключила эльфийка, которую я поспешно отпустил. И, улыбнувшись этой своей открытой и беззащитной улыбкой, опять погладила по щеке.