Страница 35 из 165
Всё оказалось до банального просто. Я, помня свой земной опыт и не желая принимать участие в торговле разумными, сделал ставку на качество. Качество снаряжения, качество оружия и качество навыков владения им. На качество жизни вообще — тоже немаловажный параметр для того, чья жизнь проходит по большей части на ногах или в седле вдали от цивилизации. Это была оправданная стратегия: каждая вещь, каждый новый предмет существенно добавлял к боевой устойчивости нашей группы. Например, покупка грузовой химеры по факту добавила нам ещё одного бойца ближнего боя и чуткого сторожа одновременно. Да, Милку не стоило натравливать на объекты охоты — всё-таки разума у неё не было, не хватало подвижности и концепцию ударов по уязвимым точкам ей было не объяснить. Зато при работе от обороны можно было не беспокоиться за свой тыл и фланги: в отличие от обычного коня, биомагический конструкт хозяина бросить без приказа просто не мог, а тяжёлые копыта были оружием пострашнее эльфийских копий и машкиного «кабаньего меча». Короче, моя стратегия развития как Охотника была вполне рабочей… просто неоптимальной.
Как же поступали мои «друзья»? На все возникающие по жизни проблемы у них был один-единственный ответ: пойти и купить нового раба. Требуется нести больше вещей и припасов? На рынке по дешёвке приобретается ещё одна вьючная двуногая единица. Она, эта единица, при необходимости скинет со спины баул и попытается выданным копеечным топором или копьём отстоять свою жизнь у подобравшейся к некомбатантам твари. Изменённый волк разорвал троих прежде, чем его толпой забили и закололи до смерти? Значит, стоит прикупить на арене ещё «мяса», ну и на остатки средств — самой простой брони. Оп-па, ещё двое всё-таки нарвались? Ну ладно, выживший, забери их шмотки и обменяй в городе на недостающие элементы защиты.
Вся история цивилизаций Земли настоятельно рекомендует избегать замены качества количеством — это никогда ничем хорошим не кончается. «Воевать не числом, а уменьем» — слова Суворова тут прекрасно иллюстрируют ключевой принцип. Собственно, он и не был нарушен — просто я упустил из виду два важных фактора, полностью переворачивающих ситуацию. Это профессиональный рост и естественный отбор. В принципе, ничего удивительного, что упустил — это ведь долбанное магическое рабство делало принципиально нерабочую на моей родине схему вполне рабочей тут, в Лиде.
Предположим, я нанял сто рабочих-гастарбайтеров из Средней Азии штукатурить стены в Москве. Через год десять из этих ста подучили русский язык, получили вид на жительство и стали работать без заметных косяков (удивительным образом связанные между собой факты, ага). После чего у меня остался бы простой выбор: или для удержания более квалифицированных спецов повысить им зарплату, или они уйдут туда, где им предложат более достойные условия. То есть с ростом квалификации кадров растут расходы на них… Но только если они не рабы. Рабам деться некуда, а Печать не даёт им выполнять свои обязанности спустя рукава. Но это ещё не всё.
Естественный отбор — это вообще-то термин про дикую природу, когда говорят про дела разумных, то отбор надо по идее называть искусственным… Н-да. Но в охотничьих партиях республиканских зверобоев отбор именно естественный: в прямом смысле выживают самые приспособленные. Те, кто не смог или не захотел учиться, те, чьи способности и таланты лежат вне боевой плоскости — рано или поздно умирают в клыках, когтях и под копытами Изменённых. Каждый рейд — новые трупы. Но потери легко и просто восполняются покупкой новых рабов. И так, совершенно естественным образом, не прилагая никаких для того усилий и вообще не задумываясь, каждый Охотник-новичок через несколько лет получает себе слаженную и обученную боевую группу. Если гражданин не совсем дебил, то к этому времени выжившие и закалённые бойцы у него тоже более-менее прилично экипированы. Хотя бы потому, что уровень приобретённых навыков позволяет эту экипировку использовать, а, значит, и получать больше дохода. Ну а если дебил…
* * *
…Зайдя к Сатаре зарегистрироваться перед прошлым выходом за стены, я получил от него просьбу прочесать несколько квадратов рядом со своей свеженамеченной зоной охоты. Один из новичков не вернулся в срок, и время ожидания истекло. Отказываться, разумеется, не стал. Что ж, мы их нашли. Точнее, некоторое количество оружия и наиболее несъедобно, с точки зрения зверей, выглядящих вещей. Включая, как это ни смешно, транспортные контейнеры с добычей — видимо, их специально чем-то пропитывали-обрабатывали для этого. А вот одежда была разорвана едва ли не на нитки и лоскуты, а всё кожаное, похоже, и вовсе съели целиком. Ещё при помощи Милки с её почти собачьим обонянием удалось найти несколько дочиста обглоданных человеческих костей — и на один целый скелет не наберётся: хищник-мутант прикопал их в разных местах «на чёрный день». Отряд моего «друга», любителя поиздеваться над собственными рабами, я опознал случайно: в куче помёта обнаружился приметный медальон, который я запомнил ещё по трактиру. Помятая, раньше ярко блестящая, а теперь тусклая и словно кислотой (хотя почему «словно»?) изъеденная пластинка. А следил бы дебил за обеспечением своих людей и давал нормально отдыхать — может, и уцелел бы. Ценой почти полной потери отряда, но всё-таки.
Чужая смерть не оставила меня равнодушным. И не потому, что пожалел идиота — в конце концов, он добился того, на что так упорно нарывался своими действиями. И даже не потому, что владелец охотхозяйства, выслушав отчёт, пожал плечами и заплатил за привезённые контейнеры мне, очень выгодно окупив «спасательную операцию», а на на вопрос «что делать с остальными вещами» безразлично махнул рукой. Просто… Игнорировать подобные знаковые события — в прямом смысле смерти подобно. Особенно после слов Сатары:
— Странно, — мужчина постучал пальцем по привезённой мною пластинке медальона. Думал, нужно будет что-то для подтверждения моих слов, но оказалось, слов вполне достаточно. Зря только возился и отмывал. — Нарийские тигры раньше середины зимы через границу рейды не делают…
— Рейды? — я слегка офигел, услышав знакомое слово применительно к монстру.