Страница 15 из 165
— Рона, солнышко, — с деланым безразличием в голосе позвал лучницу я, краем глаза наблюдая, как наш будущий щитоносец сползает с постели, кидая то на меня, то на эльфийку встревоженные взгляды и одновременно пытаясь не дать полотенцу распахнуться. Забавная реакция, особенно с учётом того, что не далее как несколько часов назад я рассмотрел на теле девушки всё, что хотел. И пощупал тоже, потому что пользоваться мочалкой без помощи рук ещё не научился. Реакция забавная, но очень характерная, и наигранной вот совсем не выглядит. — Скажи-ка мне, тебе Маша случайно не успела рассказать, как она, юная девушка без особых воинских навыков и талантов, не маг, умудрилась уработать трёх взрослых мужиков, да ещё и опытных, как я понимаю, воинов?
Ясное дело: неопытным командир в храмовом (иначе откуда татуировка?) отряде, пусть даже и состоящим из одних новобранцев, просто быть не может. Особенно в достаточно большом отряде, где есть ещё как минимум два сержанта.
— Рассказала! — лучница отложила бесполезные для неё доспехи и с радостью переключилась на более интересную тему. Только-только успевшая скрыться за дверью санузла новенькая судя по сразу смолкшим звукам замерла на полушаге и даже дыхание затаила — Они пьяные были, и командир, и сержанты.
Прелестно. Как-то я полагал, что и пьяный профессионал — всё равно профессионал. И второй замечательный сюрприз — я как-то предполагал, что церковные бойцы не будут бухать напропалую.
— У рекрутов на марше при себе не было оружия, только личные вещи, которые каждый тащил сам, — продолжила пересказ Фирониэль. — Оружие везли на отдельной телеге, выдавали только на время караула или тренировок. У одного из будущих солдат Белой Церкви один из сержантов ближе к концу перехода случайно обнаружил припрятанное спиртное. Залётчика при всех показательно избили, а деревенский самогон лейтенант и двое доверенных сержантов вечером употребили сами.
Ага, кое-что начинает проясняться. Я уже, кажется, догадываюсь, что было дальше.
— Уже ночью один из сержантов обошёл временный лагерь и лично приказал всем рекрутам женского пола «явиться для прохождения особого испытания» к шатру командира, — к сожалению, не обманула моих ожиданий эльфийка. Ситуация насквозь житейская: все нормальные командиры рассованы по «горячим» направлениям и точкам — там ведь есть настоящая опасность, которую надо по-настоящему сдерживать. А вот перевод отряда новиков из места сбора в тренировочный лагерь можно и какому-нибудь куску дерьма поручить — было бы с чем справляться.
— Боевой молот наша Маша у кого отобрала? — спросил я, не желая выслушивать малоаппетитные подробности дальнейших событий.
— Не боевой, кузнечный, — поправила меня Рона. — Он был у неё с собой, в вещмешке. Забрала из кузни старый отцовский, которым почти не пользовались уже, когда сбегала из дома.
Ну и ну.
— Маша, ты что, кузнец? — спросил я у неплотно прикрытой двери.
— П-подмастерье, — после некоторой паузы ответила девушка и тише, с отчётливой горестью, добавила. — Только отец так и не признал мастерство. Сказал — «не твоё дело», и что клеймо из его рук я никогда в жизни не получу.
— И потому ты в церковное «мясо» податься решила? — да уж, история не просто самая обычная, а прямо-таки самая что ни на есть типичная из типичных.
С другой стороны, если в королевствах вокруг Лида царит что-то вроде земного средневековья, а похоже так и есть — с поправкой на магию, Шрам и химер — то стать подмастерьем какого-то другого кузнеца кроме отца Марише не светило от слова совсем. У других работников наковальни своих детей и учеников хватает. Хотя, честно говоря, у дочери кузнеца, по сравнению с каким-нибудь оставшимся без крова и родственников крестьянином, варианты устроить свою судьбу и без получения чисто мужской профессии были. И эти варианты точно были куда безопаснее продажи собственной жизни на смазку для мечей во имя чужих интересов.
— Я… решила, что так будет лучше для всех, — ещё тише сообщила дверь.
— Отец запер её в сарае и две недели продержал на хлебе и воде, — кто бы сомневался, что Рона вытянула из вынужденной собеседницы все интересующие её подробности. — Пообещал, что она оттуда не выйдет, пока не растеряет дурные манеры чуть что гнуть напоказ подковы да бить тех оставшихся сватов, что не устрашились.
Ого. Как история с отказом о признании мастерства сразу заиграла новыми красками! Похоже, папочка нашей покупки свою дочурку отнюдь не гнушался использовать в тяжёлых подсобных работах в кузне — иначе соответствующих мускулов Маше было просто не накачать. Да и наследственность, видать, сыграла не последнюю роль. Я припомнил ширину плеч девушки, мысленно добавил мышечной массы до заявленной кондиции — и сразу понял, почему Белые взяли себе такого рекрута. А пьяные идиоты, похоже, пьяны были просто до изумления — настолько у меня не вязался полученный образ с образом «женщины-мечты».
— Мне осталось непонятно только одно, — всё-таки решил прояснить последний непонятный момент в этой истории я. — Почему церковный суд вынес такой странный приговор, как продажа в магическое рабство? Ладно, дело бы происходило на границе республики, но, как я понимаю, тренировочных центров для самой «зелени» у Белой Церкви так близко к Шраму и его тварям быть не должно. И цена за обычную, пусть и сильную девушку просто не может быть настолько большой, чтобы окупить транспортировку к границам Лида.
Держу пари, что цены на живой товар, особенно на людей без навыков и талантов, маги республики специально держат очень-очень низкими. Иначе одна половина населения королевств уже давно притащила бы на продажу другую. Отдельный вопрос — как Маша вообще дожила до суда после того, что сделала? Но ответ на него я, подумав, нашёл и сам. Принявшим под руку в связи с невосполнимой утратой комсостава отряд «не-доверенным» сержантам надо было кровь из носу притащить хоть какого-то козла отпущения. И желательно, побольше свидетелей, что они ну вот совсем-совсем не виноваты в случившемся. Иначе гибель единственного офицера в соединении в небоевой обстановке повесили бы, как это водится в любой армии, на них.