Страница 205 из 227
– Шикарно, – с удовольствием сказал Никола, устраиваясь поудобнее на переднем сиденье джипа, и погладил свой немного вздувшийся живот, а при учёте, что с «Чёрной дырой» съесть можно было ОЧЕНЬ много, Милица скормила ему чуть ли не все позиции в меню.
Теперь отчасти стало понятно, почему же отец так зачастил сюда пару месяцев назад. В заведении готовили очень вкусно, и расположение у него оказалось как нельзя выгодное. Здесь обедали офисные работники, заходили парочки и туристы, а иногда (по заказу) смотрели матч и фанаты «Црвены Звезды». Красно-белая расцветка фасада была выполнена не просто так и, как полагается, привлекла внимание болельщиков к кафе, которое находилось всего в трёх кварталах от стадиона. Алкоголь в заведении не продавался, так что в основном болельщиками оказывались большие компании с детьми, родители которых не хотели вести своих чад на стадион. Тем самым кафе получилось для очень широкого контингента людей, но, несмотря на разноплановость, у Милицы получилось угодить всем.
***
В холле небольшого серого одноэтажного здания находилось трое людей, и все без исключения смотрели через стеклянные двери на улицу, ожидая Цветичей.
Филип Йович, главный тренер молодёжного состава Црвены Звезды до шестнадцати лет, сидел неспокойно. Сорокалетний мужчина то и дело теребил пластиковую карточку-пропуск у себя в руках. Сегодня Филип специально надел деловой костюм серого цвета, который придавал статности, ну по крайней мере так считала его жена.
– Филип, успокойтесь, всё будет хорошо, – обратился молодой парень к начальнику, но видимо эти слова по иронии и стали последней каплей, и «плотину прорвало».
– Успокоиться, Вук, говоришь? – зыркнул на своего помощника тренер. – Тебе вообще бы стоило молчать после всего, что ты натворил! – повысил голос Йович.
Александар Олич, как представитель скаутского отдела Црвены Звезды, прикрыл глаза. Мужчине всего пару дней назад исполнилось пятьдесят, но на его голове не было еще ни одного седого волоса. Высокий, статный Олич, как и все одетый в костюм, укоризненно посмотрел на самого молодого члена их компании, которой выпала честь встречать Цветича. Грёбанный Вук, ну вот кто тебя за язык тянул? Однако как-то остановить словесный «водопад» от Йовича было уже не в его силах.
– Да я же уже сотню раз извинился! – возразил Джукич.
– Что мне твои извинения, идиотина? Покой чёрт ты вообще пошёл в гостиницу тогда? Славы захотелось? Денег? Выпендриться перед руководством?! – уже совсем перешёл на крик Филип.
– Но я как лучше хотел! – шагнул было вперёд к начальнику молодой парень, но, заметив каким взглядом на него смотрит Йович, остановился. – Вы же сами говорили, что нужно действовать, а не ждать, пока Цветича уведут в другую академию!
Филип только отмахнулся:
– Я уже слышал эту историю. Не вешай мне лапшу на уши. Если другие поверили тебе, то это не значит, что и меня ты убедишь своей ерундой, – тут он повернулся на Олича и тот сразу понял, что и его не обойдут стороной. – А ты чего притих, Александар? Сказать теперь нечего, да?
– Филип, я уже много раз объяснял, что с Цветичем запрещали встречаться его тренеры и отец. Мы не могли силой ворваться к Николе домой и начать его агитировать вступить в нашу академию.
– О! – удивился Йович, хлопнув себя ладонями по ногам. – Мы не могли, оказывается, ты слыхал, Вук? – перевёл взгляд на помощника тренер, и парень аж покраснел от его насмешливого взгляда. – А Джукич смог, – ехидно улыбнулся старшему мужчине Филип. – Вон взял, без всякой бумажки, – выделил он это слово, – проник в гостиницу «Золотой Сад», выловил Цветича в коридоре и хотел «просто» поговорить…
– Но я же объяснял… – сказал Вук, но теперь уже двое мужчин посмотрели на молодого помощника, и тот сразу замолчал.
– Объяснял он, – фыркнул Филип, – а мне потом влетело от начальства с претензией: «Почему это ваш подчинённый врывается в гостиницу к команде-сопернику», и я стою, как дурак, ни сном, ни духом, не понимаю, о чём идёт речь. Затем мне звонит Милош Петрович, спрашивая с какого перепугу мой помощник общается с Цветичем, а мне и тут ответить нечего, ведь это было так же без моего ведома. Надоело мне уже, знаете ли, чувствовать себя дурачком, господа. Зато, когда я, сука, одиннадцать раз просил разрешение на то чтобы официально начать переговоры с Николой, то получал отказ. Рано, видите ли. Следим. Ну что, козёл, наследился? – с ненавистью во взгляде уставился Йович на представителя скаутов.
– Не переходи на личности, Филип, – грозно сказал Александар.
Йович однако ни капельки не испугался, продолжая говорить:
– Уже известно, что в начале недели к Цветичу приходили представители Воеводины и еще одной команды, но названия которой мы не выяснили, а на следующей неделе парень встречается с Партизаном и, внимание – Спортингом из Португалии. То есть Црвена Звезда из безоговорочного лидера, который следил за парнем с начала прошлого лета и мог начать переговоры еще в том году, превратился чуть ли не в аутсайдера по причине разгильдяйства скаутского отдела и бюрократических проволочек. Прислушайтесь вы ко мне еще осенью, и у нас уже к предстоящим отборочным к Летнему турниру был бы в составе лучший полузащитник в возрастной группе до шестнадцати лет. Но вместо этого пять моих воспитанников перешли в старшую команду, а одного переманила к себе команда «БАСК». И всё равно с меня будут требовать хороших результатов в предстоящем сезоне. Впрочем, я тут подумал и решил, что молчать не буду. Я сразу предупреждаю – если с Цветичем не получится достигнуть договорённости хотя бы на его переход к нам после Летнего турнира, то я в своём рапорте начальству детально опишу, почему команда уже в который раз уступает нашему непримиримому сопернику в важных матчах. И вы оба, – с презрением окинул взглядом побледневших мужчин перед собой Филип, – будете в нём фигурировать на первых ролях.
Как только Йович договорил на улице перед зданием остановился чёрный джип. Тренер сразу же подскочил, поправив на себе костюм, но уже подходя к стеклянным дверям, добавил:
– Молитесь, чтобы всё прошло безупречно, – прошипел с ненавистью Филип и моментально поменял выражение лица на улыбчивое. – А вот и ты, Никола, – радушно произнёс мужчина, раскинув руки в стороны, – а мы уже тебя заждались…
***