Альтернат

— Знаете что? – приободрилась Иван, поставив на землю рюкзак и сев на корточки. – У меня самой с деньгами не очень, но если голодны, то у меня есть пара контейнеров с едой из трака у метро. Правда, все уже остыло.

— О! – Глаза девочки загорелись и она потянулась вперед. – Спасибо большое.

— Я бы отговорила вас, если бы была такая возможность, – начала женщина, принимая контейнеры. – Но, увы. Спасибо большое.

— Да не переживайте, все в порядке.

— У вас такие красивые волосы, – мечтательно протянула девочка. – И сама вы очень красивая.

Иван растаяла. Нечасто она слышала комплименты. Впрочем, нечасто она и разговаривала с кем-то дольше одной минуты.

— Да, я такая, – она гордо провела по своим косам. – Мои волосы – величайшая для меня ценность после моего друга.

— Меня зовут Дженнифер. А маму зовут Линдси.

— Я Иван. Рада знакомству, – Иван пожала девочке руку и кивнула женщине.

— Иван? Русское имя?

— Нет, с ударением на «и». – Иван поднялась на ноги, закинула рюкзак на плечо и оттряхнула колени. – Думаю, мне пора. Приятного аппетита.

— Пока!

— Еще раз спасибо, – поблагодарила ее Линдси.

Как приятно было творить добро, размышляла Иван, не в силах скрыть улыбку, но как тяжело порой оно дается. В животе полдня крутило от голода, и все это время она мечтала о моменте, когда сможет спокойно поесть. Несмотря на смрад, которым она надышалась, в носу все еще стоял нежный аромат сливочного соуса и жареных кусочков курицы. От одной мысли рот заполнился слюной, которую она тут же жадно проглотила.

«Ладно, со мной все не страшно. Но что я скажу Эймери?» У нее не было сомнений, что друг поймет ее добрый поступок, но все же оставить его голодным она боялась больше, чем себя. Нет, не могли они сегодня обойтись без еды. В голове промелькнула шальная мысль – стащить у кого-нибудь пару купюр.

Она зашла в ближайший магазинчик и присмотрелась к посетителям.

Вот старушка, покупающая кофе. Двое подростков, захвативших пару банок энергетиков. Женщина, придерживающая одной рукой ребенка, второй – сумку с едой. За то время, что Иван обходила витрины и полки, она почти передумала, а когда в магазин ввалилась очередная группа подростков, она совсем потеряла желание красть. Краем глаза она заметила знакомые упаковки с готовыми хот-догами. Полтора доллара каждый. Чтобы Эймери заработать эти деньги, он должен около часа писать статью на несколько страниц.

«Прости меня, друг». Она уже потянулась за хот-догами, когда услышала:

— Ты что, не понял меня? Продай мне пиво.

Иван выглянула из-за шкафа. У кассы, скрестив руки на груди, стоял невысокий парень в черной куртке. Кассир, старичок на вид шестидесяти лет, вежливо отвечал:

— Простите, несовершеннолетним не положено.

Мгновение – и парень, схватив старичка за ворот, рявкнул ему прямо в лицо:

— Говорю тебе: я забыл паспорт. Мне есть двадцать один! – свободной рукой он вытащил из кармана куртки несколько скомканных купюр и бросил на стол. – Так что возьми деньги и продай мне уже пиво.

— Эй, ты! – Иван вышла из-за шкафа. – Я сейчас вызову полицию.

— А за что меня брать? – Парень отпустил кассира и развел руками. – Я же никого не ударил, ничего не сломал. Ну, повысил голос. Имею право, клиент всегда прав.

— Когда не ведет себя как идиот и не грубит пожилым, – отрезала Иван. – Нет паспорта – нет пива. Так что вали.

Парень провел по носу, шмыгнул им, засунул руки в карманы и поплелся к выходу.

— Приду в следующий раз, – напоследок бросил он.

— Ага, паспорт только не забудь. Если он у тебя, конечно, есть.

Дверь лязгнула, и кассир наконец-то вздохнул с облегчением.

— Спасибо, мисс, вы меня выручили.

— Мда, сегодня у меня какой-то день добра.

С этими словами Иван вышла из магазинчика. Перейдя дорогу быстрым шагом, она вытащила из рукава забытые тем грубияном двадцать долларов, которые ловко стянула со стола кассира, и с довольной ухмылочкой осмотрела со всех сторон, уже представляя, на какие вкусности может их потратить.

— Держите ее! – закричали вдалеке за спиной. – Она воровка! Эта черная девка с афрокосами украла у меня деньги! Вызовите полицию!

Сразу узнав голос ограбленного парня, Иван бросилась бежать. Никто не пытался ее остановить – только провожали удивленными взглядами и возмущались, если она ухитрялась кого-то задеть. Пробегая мимо кафе, она заметила на скамейке Эймери. И он, к несчастью, заметил ее тоже.

— Иван? – Закинув телефон в карман, он ринулся вслед за ней.

«О, только этого не хватало! – Иван была готова взвыть от досады. – Ну что за день сумасшедший!»

Они быстро затерялись в толпе и шмыгнули за угол на узкую безлюдную улицу, а оттуда – в темный проулок между двух многоэтажек. В нос ударил запах мусора из стоявших тут больших контейнеров.

— И когда успело так быстро стемнеть, да? – тяжело выдохнула Иван.

— Не пытайся увильнуть, – даже сейчас, явно догадываясь о произошедшем, Эймери умудрялся говорить ровно и сохранять спокойствие. – Что ты опять натворила?

— Ну, возможно, случилось кое-что непредвиденное. Забудь.

Медленным шагом они направились вперед.

— Где ты была все это время?

— О, это очень долгая история. – Иван махнула на него рукой. – Сегодня был какой-то ужас, а не день. Я удивлюсь, если мы благополучно доберемся до дома.

Уголки губ Эймери поднялись в незаметной улыбке.

— «Что такого может случиться?» – сказала она перед выходом из дома.

— Ой, да иди ты!

Стук. Стук. Стук.

Эхо пронесло стуки по проулку.

— Это ты? – спросила Иван.

— Что?

— Кажется, словно кто-то вдалеке молотком по земле стучит.

— Думаешь, я могу издавать такие звуки?

— А кто тебя знает?

Иван обернулась и замерла. Посреди проулка в десяти шагах от них сидел большой каменный зверь – кажется, пантера, покачивающая длинным хвостом.

— Что это, статуя? – недоумевал Эймери. – Разве она стояла тут?

— Стояла? – Иван прошиб холод, и ноги подкосились от страха. – А хвост тебя не смущает? Если мне не изменяет память, то статуи не двигаются.

— Как видишь, эта двигается.

— А это нормально, что мы так просто сейчас это обсуждаем? – Иван перешла на шепот.

— Предлагаешь бежать? – Эймери попятился. – Кинется ведь.

Иван заметила, что, за исключением хвоста, статуя больше не подает никаких признаков жизни.

— Может, мы просто надышались парами от мусора и у нас теперь общая галлюцинация?

— Не бывает такого.

— А каменные живые статуи посреди проулка, значит, бывают?