Страница 79 из 120
— Я действительно мог тебя тогда спасти, но не стал. Знаешь, почему? Потому что в этом не было смысла. Ты для меня бесполезна. Совершенно. В отличие от него, я не собираюсь бросать всё на свете и бежать тебе на выручку, рискуя собственной жизнью. Я в принципе не собираюсь этого делать, так что лучше тебе научиться заботиться о себе самостоятельно
— Я… я понимаю, — придя в себя, сказала Саша.
'+0,2 балла!
Текущие баллы: 11,3'
Немного, но тоже неплохо. Перед Сашей мне было уже тяжеловато отыгрывать напыщенного и высокомерного мальчишку, а потому специально для неё я придумал другой образ: сурового и прагматичного человека, который всё делает исключительно ради собственной выгоды.
На моих губах мелькнула улыбка, которая стала ещё ярче, когда я заметил, как Саша повесила голову. В последнее время мне казалось, что наши отношения стали… я бы не сказал «тёплыми», но слишком близкими, а потому следовало заранее создать между нами определённую дистанцию.
Кажется, у меня получилось. Однако не успел я в должной мере насладиться своим успехом, как меня словно окатило холодной водой. Совершенно незаметно ноги привели меня в тот самый зал с канделябром и портретом неизвестной женщины (кажется, родственницы Савина). Я резко остановился и посмотрел наверх. Две лестницы поднимались к вершине Центральной башни, где должна была состояться кульминация этой истории.
А ещё совсем скоро там обещала произойти встреча Алекса, Альфирии с которой он отправится патрулировать замок после нас, и Мавелики. Та самая сцена чаепития на вершине башни. Девочка в красном будет говорить загадками и намёками, Алекс и Альфирия — слушать, спрашивать, гадать. Сцена была важной, и мне совершенно не хотелось испортить её своим вмешательством. Тем более что она почти не оставляла пространства для отыгрыша злодея.
Особенно незначительного и второстепенного, как я.
— Идём отсюда, — сказал я и сразу развернулся. — Не хочу подниматься по лестнице, это утомительно.
Саша приоткрыла рот, словно собираясь что-то сказать, но тут же закрыла его, как рыбка. На её лице промелькнуло задумчивое выражение.
Когда мы вернулись в главный зал, посреди него витал сильный запах овощной похлёбки.
Я присел на своё место у стены и сразу почувствовал, как на меня наваливается сильнейшая усталость. Сам себе я казался утопающим с гирей, привязанной к ноге, которого всё глубже и глубже затягивает в пучину сновидений. На мгновение я почти провалился в дремоту — разрубил меня сильный запах овощей и пара, который ударил прямо в нос.
Я открыл глаза и увидел перед собой Катерину, протягивающую тарелку с мутной жижей. При виде последней я внезапно понял, что испытываю зверский голод.
— Живее, — сказал я и выхватил тарелку у неё из рук.
Снотворное было сильным, но безвредным, я проголодался, так почему бы не поесть?
Катерина не дёрнулась, невозмутимо наблюдая за тем, как я зачерпнул первую ложку.