Страница 114 из 120
Я посмотрел на Кларка, а затем для верности выпустил в него ещё одну молнию. Его тело дёрнулось от мощного разряда тока, но глаз, как и прежде, оставался открытыми. По нему барабанили, падая с пасмурного неба, капли дождя…
Стоп! Дождь! Если идёт дождь, значит… Я вскинул голову и быстро огляделся по сторонам. Грохот не прекращался, гремели взрывы, но теперь они звучали в десятки раз громче. Защитный барьер вокруг базы повстанцев был уничтожен. Теперь линкорам достаточно было сделать всего один залп из своих главных орудий, чтобы стереть её с лица земли.
Разумеется, командующий флотилией не посмеет этого сделать, пока я здесь. Но суть не в этом. У нас мало времени.
Я обшарил карманы Кларка, достал лазурный кристалл — усилитель голоса, незаменимую вещь для любого командира, — и бросил Адели.
Девушка машинально поймала кристалл, затем опомнилась, кивнула и бросилась к парапету.
— Генерал Кларк мёртв! Повторяю, генерал Адам Кларк мёртв!..
Её голос пронзил воздух, наполненный взрывами, криками, запахом крови и гари, словно порыв свежего ветра. Солдаты на стенах повернулись и растерянно посмотрели на фигуру девушки на фоне пасмурного неба.
Интересно, её речь будет такой же, как в игре, или другой? Эффект бабочки и всё такое.
Нет, не время думать о таких вещах. Я повернулся и быстро нашёл глазами серую пилотку. А под ней — бледное лицо Мании. Пользуясь моментом, когда все — даже имперские гренадёры — приостановили бой и обратили внимание на девушку, говорившую под дождём, она выхватила из кармана небольшое устройство, напоминавшее спичечный коробок.
Я немедленно выстрелил в неё молнией.
Пора заканчивать эту пьесу. Именно Мания, в руках которой находился детонатор, была последним противником в Сказании о Храбрых Душах. И первым, кого Алексу придётся убить своими руками, чтобы не позволить ей уничтожить Адель, его друзей и всех остальных людей на базе, как велел ей покойный ныне генерал.
В оригинальной игре Алекс и остальные делали это в самый последний, трагический момент. Но я подготовился заранее и не собирался оставлять ей ни малейшего шанса. Мания вскинула голову. Синий разряд осветил её бледное лицо, долетел до руки, заставляя девушку зажмуриться от боли… и погас.
…А?
Я ошарашенно уставился на кристалл в своём наруче. Камень тускло мигнул напоследок и окончательно погас.
Заряд иссяк.
Ч-чёрт…
Мой взгляд встретился со взглядом Мании. Затем она снова посмотрела на коробок с небольшой кнопкой. По моей спине побежали даже не мурашки, а гигантские ледяные тараканы. Я уже готов был вскрикнуть, но ничего не произошло. Мания не стала нажимать на кнопку. Её палец застыл. Нет: вся её рука застыла. Самый кончик моей молнии всё же успел дотянуться до неё и вызвал онемение.
Мания стиснула зубы и потянулась другой рукой к детонатору, но тут я крикнул:
— Хватай её!
И бросился бежать.
Стоявший рядом гренадёр первым пришёл в себя и потянулся к Мании. Девушка дёрнулась в сторону, обернулась с безумным выражением лица и бросилась к лестнице. Путь ей тут же преградили несколько солдат. Я надвигался со спины.
Поймали⁈
Мания резко развернулась, одним движением запрыгнула на парапет и сиганула вниз.
— Ловите её снизу! — крикнул я во всё горло и сам перемахнул через парапет, прыгая прямо с пятого этажа.
При других обстоятельствах, даже понимая, что запросто сделаю такой прыжок, я всё равно бы испугался и засомневался хотя бы на секунду. Но сейчас не было времени на страхи и сомнения. Нужно было поймать её любой ценой!..
…
…
«Вы всегда можете построить нечто новое…»
— Кх!.. — захрипела Мания, когда её плечо ударилось о мокрую землю. Она услышала хруст, была уверена, что сломала ключицу, но всё равно заставила себя подняться на ноги и бросилась бежать.
Все вокруг словно заворожённые слушали пронзительный голос. Мания заметила нескольких солдат, застывших на месте с тяжёлым артиллерийским снарядом в руках. Она хотела попросить одного из них разжать её проклятые пальцы, которые, словно рука мертвеца, сжимали детонатор, не позволяя нажать на кнопку, но, едва взглянув на их лица, сразу поняла: бессмысленно.
«И если вы думаете, что…»
Она пробежала мимо — её даже не заметили. Она бежала без оглядки, спотыкаясь, падая, ударяясь о землю, снова поднимаясь на ноги и не обращая внимания на грязь, неумолимо покрывавшую её серую форму…