Страница 8 из 32
Глава 3
«Сэндвичи для тружеников!» Глория появилась в дверях гостевой спальни с подносом, на котором лежали сэндвичи с сыром и мармитом, и стаканом воды для каждого. «На ужин у меня в духовке киш — рецепт, который я дорабатываю для ярмарки в Вальдемерском загородном парке на следующей неделе. Я продаю пирожные и другие лакомства для Женского клуба острова Солент. Если вы оба ещё будете здесь к ужину, тогда сможете сказать, что вы об этом думаете».
С тех пор как паром пришвартовался, Глория не говорила ни о чём, кроме ярмарки в Вальдемерском загородном парке. Её знакомство с Женским клубом островов Солент на Рождество стало для неё очень вдохновляющим моментом. Она уговорила Дженни тоже пожертвовать выпечку — всё ради благого дела.
«Похоже, что так и будет», — усмехнулся Реми, указывая на то, какая большая часть комнаты по-прежнему была окрашена в желтый цвет мочи.
«Требуется больше слоев краски, чем ожидалось», — простонала Дженни, оглядываясь по сторонам.
Она с аппетитом взяла сэндвич и залпом выпила немного воды.
«Можно подумать, что ты умираешь с голоду!» — рассмеялась Глория. «Я вам обоим очень благодарна».
«Не за что», — ответил Реми. «Как проходит распаковка?»
«Феликс опять приводит в порядок свой сарай, вместо того чтобы помогать мне с кухонной утварью», — Глория переглянулась с дочерью. «Он одержим идеей сделать этот сад таким же урожайным, как его приусадебный участок дома. Ну, уже не дома…»
Дженни видела, как в голове у мамы идет внутренний конфликт. Пока что здесь ещё не чувствовалось, что это дом.
«В любом случае, я оставлю вас обоих одних», — сказала она. «Просто позовите, если снова проголодаетесь».
«Спасибо, мам».
Они вернулись к покраске, и через открытые окна слышали, как папа Дженни возится в сарае, а Глория время от времени сердито призывала его прийти и помочь ей.
«Как дела в пекарне?» — спросил Реми.
«Очень хорошо», — ответила она. «Нанять Шерри было лучшим решением в моей жизни. В те дни, когда она на работе, я могу просто печь на заднем дворе. Я даже начала замораживать киши, чтобы продавать их в фермерском магазине в Оулвуде».
«Это потрясающе», — сказал он, наклонившись над открытой новой банкой с краской.
Дженни ухмыльнулась, увидев белую краску на затылке его вьющихся волос.
«Значит, тебе не удалось вытереть всю краску после вчерашнего дня?» — подразнила она, проводя пальцами по его волосам, пытаясь вычесать комочки краски.
Он выпрямился, улыбаясь.
На мгновение её пальцы обхватили его затылок, нежно счищая краску, и их взгляды встретились со странным выражением.
«Дженни…» — начал он.
«Вы двое!» — крикнула Глория с лестницы. «Посмотрите в окно!»
Дженни вздрогнула и убрала руку с его затылка. Реми замер и подошёл к окну.
— Твой отец говорит, что на пляже какая-то суматоха! — добавила Глория. — Ты что-нибудь видишь?
Толпы людей двигались по песку к предмету, вынесенному морем на берег.
Двое из них бежали, одетые в полицейскую форму.
Телефон Реми завибрировал в кармане.
«О нет…» — сказала Дженни. «Это труп?»
На то, чтобы оцепить место происшествия и установить палатку, ушло больше времени, чем обычно — на пляже было полно туристов, — но спустя почти шесть часов, когда солнце уже садилось в море, криминалисты наконец смогли подтвердить: найденные останки принадлежат Робин Найтсбридж.
Ее завернули в брезент, привязали груз из камней и сбросили в море. В воде тело сильно пострадало — несмотря на брезент, его обглодали морские обитатели, — и от погибшей остался практически один скелет.
Учитывая место, где море выбросило тело на берег, и степень разложения, криминалисты заподозрили, чьи это останки, еще до того, как несколько часов спустя получили подтверждение по стоматологическим картам. Позднее тем же вечером двое сотрудников из команды Реми сообщили о случившемся семье погибшей.
Когда криминалисты наконец увезли останки на экспертизу, участники группы вернулись к дому, чтобы привести себя в порядок; никто из них не был уверен, что сможет проглотить хоть кусочек киша, приготовленного мамой Дженни.
— Просто невероятно, — произнесла Дженни, пока они брели по рыхлому песку обратно к прибрежной тропе.
«Ты думаешь о том же, о чём и я?» — спросил Реми, зная, что это так.
«Слишком большое совпадение, что Саймон Рэдисон как раз на этой неделе говорил о ней».
После нескольких часов, проведённых на тёплом пляже, было приятно принять душ и сесть за обеденный стол с кусочком киша и салатом, хотя Дженни лишь слегка покушала.
«Бедная женщина…», — задумчиво произнесла Глория, рассеянно ковыряя вилкой свой кусочек. «И её бедные родители».
«Как её тело вынесло на берег именно сейчас, спустя столько лет?» — спросил Феликс.
«Похоже, её останки застряли в скалистом выступе чуть ниже поверхности воды. За эти годы их, должно быть, вымыло, и сегодня собака-ищейка, проходящая обучение, спокойно гуляла по пляжу со своим хозяином, когда вдруг залаяла».
«О, они такие умные», — пробормотала Глория. «Что будет теперь?»
«Эксперты-криминалисты установят причину смерти», — пояснила Дженни. «Но вряд ли после этого версия о самоубийстве будет выглядеть правдоподобной. Её завернули в брезент, привязали к камням и бросили в море, хотя мы не можем с уверенностью сказать, откуда именно».
«Значит, убийство?» — хрипло спросил Феликс. «Эту бедную женщину убили столько лет назад?»
«Нам действительно не стоит вдаваться в подробности», — с тревогой осознала Дженни. «Мы должны сохранять все в тайне, пока дело не будет раскрыто. Не так, как Саймон Рэдисон».
«Кто?» — Глория с недоумением посмотрела то на одного, то на другого. «Но, конечно, не говорите об этом больше. Я просто не могу смириться с тем, как это ужасно печально. Ее родители так долго ждали, чтобы узнать, что с ней случилось, а теперь вот это…»
«Мы почтим память и её, и её родителей, выяснив, что произошло», — заверил её Реми. «Но пока что нам нужно сохранять силы. Давай закончим, хорошо выспимся и начнём утром».