Страница 40 из 87
Но перепуганное лицо Берты не предвещало ничего хорошего. Я поднялся по лестнице на второй этаж, когда служанка бросилась ко мне. Вцепилась руками в рубашку, и я не столько услышал, сколько почувствовал её дрожь: она шла по ткани, по моим пальцам, по груди, как частые удары испуганного сердца. Глаза её были огромными, мокрыми, и в них плескался такой ужас, что слова не нужны были.
— У неё приступ, — наконец дошло до меня. — Колотит всю. Анна. Рыдает.
— Где? — выдохнул я, и мир вокруг сжался до одного-единственного слова.