Страница 2 из 73
Маринка растерянно смотрит на лежащего на земле ухажёра, ещё не до конца понимая произошедшей трагедии, затем переводит взгляд за свою спину. Позади неё стоит четвёртый военный в звании лейтенанта, держит в опущенной левой руке нож. По широкому лезвию стекает кровь, капает на листья подорожника. Глаза у девушки неестественно округляются от охватившего ужаса, сознание молнией опалила мысль: «Убили Васю!» Маринка открывает рот, чтобы закричать, но стоящий впереди военный быстро зажимает её рот ладонью. Острый, тошнотворный запах мужского пота, табака и ещё чего-то мерзкого и отвратительного мутит её сознание, тошнота подкатывает к горлу, Маринка сопротивляется. Её охватывают поперёк талии, поднимают и несут в лес. Она брыкается, хочет укусить человека за руку. Но её бьют по голове рукояткой пистолета, девушка обмякает в руках насильника и уже не слышит приглушённо-торопливого разговора, который происходит между напавшими на них с Василием неизвестными злодеями в военном обмундировании.
— Бро, может, не стоило убивать? Ушли бы, и все дела. Теперь нас точно разыскивать станут.
— А ты можешь поручиться, что они нас не заметили, когда мы на парашютах спускались? Нет… Вот и закройся, Козюля. Главное — следов после себя никаких не оставить. Если трупы и найдут, пускай думают, что это дело рук каких-нибудь бандитов или дезертиров. В прифронтовой полосе их сейчас полно. Вепрь, столько там времени до радиосвязи осталось? Сорок минут? Добро.
— Бро, а с девкой что делать?
— А то не знаешь, — скабрезно ухмыляется капитан. — Одно слово, Путя…
— Тогда я первый, — заявляет тот, кого называли Вепрь.
— Закройся, — обрывает его капитан по кличке Бро и, кривя губы, насмешливо бурчит: — Званием не дорос… — И следом уже суровым, не терпящим возражения тоном приказывает: — Красноармейскую книжку не забудь взять у мальчишки.