Страница 70 из 76
Глава 63
Оазир мне понравился, дворец и асхары — нет.
Город ящериц и оазис, к которому меня привел медальон, разделял всего один бархан. Гаалы преодолели его очень быстро, легко взобравшись на вершину, спустились огромными скачками, не сбавляя скорости. И вот мы уже перед высокой стеной оазира.
Я чувствовала волнение Дрейка, пока мы ждали, когда нам откроют массивные ворота.
— Я тебя прошу, — зашептал он мне на ухо, прижимаясь к моему виску. — Чтобы ты не услышала, чтобы ты не увидела, ничего не говори. На колени не опускайся. Стой рядом.
Эти слова дались Дрейку очень тяжело. Он впервые просил меня о чем-то. Поняла, что это очень важно, раз он решил так поступить.
Я улыбнулась и молча кивнула.
В этот момент ворота распахнулись с тяжелым грохотом.
Оазир встретил нас прохладой. Несмотря на знойное солнце, что по-прежнему светило нам, здесь было много тени, высокие деревья и ручьи, которые с журчанием стекали по каменным порожкам.
Дворец Мухарибун Эзыма казался запутанным сильнее, чем друзы гномов.
Едва мы спешились, Дрейк тут же взял меня за руку. Я хотела опустить палантин с лица, но Дрейк остановил меня, едва заметно отрицательно покачав головой.
Встретившие нас ящеры пугали меня. Яркие оранжевые морды и черно-оранжевые толстые хвосты. Широкие свободные штаны красного цвета и белые рубахи до колен. Особенно внушали страх длинные, изогнутые клинки с расширенным концом, которые висели на боках стражников.
А еще, я только сейчас осознала, что не видела в оазире ни одной женщины. Только мужчин-ящериц. Это тоже разительно отличалось от того, к чему я привыкла, ведь у раахов все двух и трех ипостасные придерживались человеческого облика, здесь же разгуливали в истинном. Белые, с торчащими кожистыми капюшонами и вытянутыми мордами, оранжевые и черные с гладкими головами и более скругленной мордой, темно-зеленые с шипами, торчащими в разные стороны по контуру «лица».
Рыжие стражи вели нас мимо причудливых построек, что располагались в каком-то непонятном порядке на берегу большого водоема с множеством выступавших из песка белых валунов, покрытых растительностью, то просто травой, то кустиками.
Все это завораживало, контраст поражал воображение. Палящее солнца и прохлада, тяжесть валунов и резные ставни, и сворки ворот, маленькие башенки с куполами-луковками и огромные палаты.
Мы вошли внутрь одного из зданий. Если я до этого думала, что Кагаалнат роскошное место, то я ошиблась. Здесь роскошь была другой. На фоне белых стен синие и желтые орнаменты становились яркими пятнами. Пестрые ковры покрывали каменные полы. И все это словно светилось под лучами солнца, проникающими через ажурные решетки на окнах.
В одном из залов нас встретил черный ящер с шипами, покрывавшими его голову.
— Махарибун Эзым ожидает вас, — произнес он с напускным почтением.
Нас привели в перистиль, окруженный колоннадами. Великий воин асхаров восседал на золотом троне в тенечке под портиком. Мы же были вынуждены остановиться под открытым небом. Солнце словно в насмешку светило в прямоугольный проем над нашими головами.
Первым заговорил Дрейк:
— Мне интересно, почему ты не приструнишь со своим войском кочевых?
— С каких пор тебя это касается, раах? — с усмешкой спросил асхар.
— С тех самых, как это может повлиять на доставку золотого песка, — ответил Дрейк не задумываясь.
— На поставку песка это не повлияет. Они искали какого-то беглого раба. Но я сомневаюсь, что именно эта новость привела Кайса раахов в мой оазир.
— Мы проезжали мимо и не могли не отреагировать на кочевых. Ну, и Мухарибун Эзым не откажет нам в том, чтобы мы пополнили запасы воды.
— Не откажу, но как ты понимаешь, вода в пустыне — это ценный ресурс. Я обменяю столько воды, сколько ты пожелаешь на твоих наложниц.
Несмотря на то что я только что плавилась под солнцем, по моей спине пробежал холодок. Прекрасно понимала, что Дрейк меня никому не отдаст, но отказ правителю, да еще и в окружении его воинов, которые скрывались в тени колоннады, мог оказаться оскорблением.
Вопреки всем моим опасениям и ожиданиям Дрейк захохотал.
— То есть, ты предлагаешь мне обменять двух уникальных наложниц на десяток бурдюков с водой? Я правильно понял?
Странности продолжались. Асхар даже не дернулся, не то что не ответил.
— Были времена, когда асхары платили дань наложницами раахам. Может, нам стоит обсудить возвращение этой приятной традиции? — с издевкой в голосе говорил Дрейк. — Я уже сомневаюсь в том, что твое войско способно охранять караваны от кочевников, а ты мне говоришь о сделке с сомнительной ценностью.
— Кайс, ты же понимаешь, что это была шутка, я всего лишь хотел сказать, что твои наложницы ценны и красивы… Давай оставим все как есть. Бери столько воды, сколько пожелаешь.
Я несколько раз моргнула, пытаясь осознать сказанное правителем асхаров.
— Я уже сказал, что десять бурдюков воды. А за твою неуместную шутку добавлю две корзины свежих фруктов для моих наложниц. И пока все это будут готовить, твой советник покажет моему другу, где в последний раз видели стойбища кочевых.
— Не желает ли Кайс со своими спутниками освежиться, прежде чем отправиться в путь? — продолжал угождать правитель асхаров.
— Нет, — коротко ответил Дрейк.
Я выдохнула, как только за нами закрылись ворота оазира.
— Прости, что пришлось назвать тебя своей наложницей, — прошептал Дрейк, сильнее прижимая меня к себе. — Асхары не понимают, что такое исса и жена… У них по-прежнему гаремы.
— Почему ты Лаерну тоже назвал своей?
Спросив об этом, я почувствовала укол ревности.
— Потому что мои наложницы неприкосновенны, а кто такой Танд им не известно.
Я кивнула, принимая то, что это все было для защиты меня и Лаерны.
— Нам нужно найти безопасное место для ночлега, — громко сказал Дрейк Танду.
— Почему мы не остались в оазире на ночь, если в пустыне опасно? — спросила я.
— Потому что лучше сражение с отрядом кочевников, чем интриги, — ответил мне Дрейк. — Воду вылить, бурдюки и фрукты выкинуть! — приказал он всем.
— Почему? — хором изумились мы.
— Потому что потом вы будете видеть веселые сны наяву, — хохотнул Танд. — Вас порежут, Лаерну и Птичку заберут, а всем скажут, что это были кочевые или мы сами.
— А вы? — снова проявили синхронное любопытство мы все.
— А нас эта дрянь не берет.
— Тогда зачем мы заезжали в оазир? — спросил Хорс.