Страница 3 из 42
Глава 3
Наталья
Я растерянно смотрела на дверь и не могла поверить, что это правда. В голове всё путалось, мысли разбегались, и я никак не могла собрать их воедино. Зачем менять замок в нашей квартире? Что вообще происходит?
— Ты уверена? — не верила в происходящее и Оля, на что я лишь молча кивнула. — Так, давай я попробую. Ты слишком сильно нервничаешь, может, поэтому и не получается открыть.
Но и у подруги ничего не вышло. Я смотрела на её руки, на ключ, который не желал поворачиваться, и чувствовала, как земля уходит из-под ног.
— Так, стоп, успокойся! Может, рабочие что-то сломали, вот Сергей и поменял замки, а тебе сказать забыл, — принялась успокаивать меня Оля.
Голос у неё звучал уверенно, но я видела, что она и сама не до конца верила в свои слова.
Когда она попробовала остальные ключи, результат оказался тем же. Ни один не подходил. Все замки были сменены.
— Бред какой-то, — выдохнула я и, не зная, что ещё предпринять, стала давить на кнопку звонка изо всех сил, раз за разом, как будто от этого что-то могло измениться.
Сердце колотилось с бешеной скоростью. Я не понимала, что происходит, но внутри уже зарождалась тревога: холодная, тяжёлая, с каждой секундой всё сильнее.
Есть кто-то в квартире или нет, мы не знали. Но другого способа это выяснить у нас не было.
Буквально через пару минут за дверью послышались шаги, щёлкнул замок, и дверь распахнулась. На пороге стоял совершенно незнакомый мужчина в пижаме. Лет тридцати пяти, с растрёпанными волосами и с выражением лица человека, которого разбудили ни свет ни заря.
— Наташ, мы точно туда пришли? — Оля даже на номер квартиры покосилась, словно надеялась, что мы просто ошиблись этажом и сейчас всё разрешится само собой.
— Вы кто? Что вам нужно в такую рань? — недовольным тоном спросил мужчина, потирая заспанные глаза.
— Это вы кто? И что вы делаете в моей квартире? — крикнула я.
И не успел он даже отреагировать, как я отодвинула его в сторону и шагнула внутрь. Ноги сами понесли меня вперёд, хотя разум не успевал осмыслить увиденное: чужие вещи, чужая мебель, всё чужое. От этого сделалось совсем дурно, голова пошла кругом.
— Эй, эй, эй! Женщина, что вам нужно? Это моя квартира! — воскликнул он, перехватив меня на полпути.
— Что за бред⁈ Хозяйка квартиры я, точнее, мой муж, — ответила я, пытаясь пройти дальше и вырвать руку из его крепкой хватки.
— Это сто тридцать пятая квартира? — спросила Оля, видимо, всё ещё не до конца веря, что мы пришли по нужному адресу.
— Всё, мне это надоело! Я вызываю полицию! — не отпуская моей руки, заявил мужчина.
— Подождите, не надо полиции, — произнесла я, и голос мой неожиданно дрогнул.
Я сделала глубокий вдох, пытаясь взять себя в руки. Но у меня это плохо получалось.
— Дело в том, что у меня пропал муж. Я думала, что он здесь, в нашей квартире, но тут вы. Мы просто ничего не понимаем.
Мужчина смерил меня долгим взглядом, в котором недоверие медленно сменялось чем-то похожим на сочувствие.
— Я купил эту квартиру месяц назад, — ответил он после паузы. — Если вы обещаете, что не будете тут носиться и всё переворачивать вверх дном, я покажу вам документы.
— Обещаем, — ответили мы с Олей разом.
— Тогда проходите на кухню. Я сейчас приду.
Мы прошли на кухню, и я, опустившись на чужой стул, огляделась. Всё было чужим, до последней мелочи, до последней чашки на полке. И в то же время я узнавала эту планировку, эти окна, этот вид из них. Это была наша квартира. Наша, но уже чужая…
— Ничего не понимаю, — тихо произнесла я, когда мужчина вернулся и положил передо мной договор купли-продажи.
Пальцы слегка дрожали, пока я листала страницы. По документу мой муж действительно продал эту квартиру месяц назад. Но как такое вообще возможно, если всё это время мы с ним вместе планировали ремонт? Я помнила наши споры о цвете стен в спальне, каталоги с плиткой для ванной, которые мы листали вместе. Помнила, как Сергей клятвенно обещал, что как только разберётся с контрактом, то сразу продолжит заниматься ремонтом. Этот разговор был каких-то три недели назад. Я помнила его до мельчайших деталей.
— Это вы делали ремонт? — спросила я, окидывая взглядом полностью отремонтированную квартиру, в которой не осталось ни следа той черновой отделки, что я видела в последний раз.
— Да, я. Ваш муж продал мне её практически с черновой отделкой, но сделал хорошую скидку, — ответил мужчина, забирая у меня договор.
— Но как он мог продать квартиру без согласия жены? — не могла понять Оля, и я была ей благодарна, потому что сама я уже с трудом могла говорить.
— Насколько мне известно, согласие на продажу у вашего мужа было, — произнёс он, аккуратно убирая бумаги обратно в папку.
Я почувствовала, как к горлу подступает что-то горькое. Согласие было? Чьё? Моё? Но я никогда и ни за что не подписала бы такое. Или… или всё-таки подписала, сама того не зная? Мысли смешались, понеслись вразнобой, не давая ни за что уцепиться.
— Вы не могли бы дать мне копию договора? — обратилась я к нему, изо всех сил стараясь, чтобы голос звучал ровно.
— Делайте запрос в соответствующие органы, — равнодушно ответил он.
— Сухарь! — фыркнула Оля. — У моей подруги горе, а вы…
— Я вас больше не задерживаю, — спокойно, не удостоив её даже взглядом, произнёс хозяин.
Поняв, что здесь нам больше ничего не скажут, мы вышли из квартиры. Я остановилась на лестничной площадке и прислонилась спиной к холодной стене. Ноги не слушались, в голове стоял гул, а перед глазами всё ещё маячила та подпись в договоре, знакомая, родная и при этом такая чужая.
— Наташа… — тихо позвала Оля и взяла меня за руку.
Я не ответила. Просто смотрела на захлопнувшуюся дверь нашей… уже не нашей квартиры и пыталась понять, с какого момента моя жизнь начала рассыпаться? И как я умудрилась этого не заметить?