Киллер в моем плену

Глава 17. Мой мрак и мой свет

Игнат.

Я стою у открытого окна в квартире Евы. Живу здесь, уже почти месяц. Не могу для себя представить, более подходящего места. Пока не найду Еву, останусь здесь. Это, сродни пытке. Каждая вещь хранит ее запах, от которого я схожу с ума. Каждая комната, хранит воспоминания о нас с ней и лишает сна.

Мое утро начинается и заканчивается только одним вопросом. Где она? Каждый день поисков оканчивающийся ничем, это путь во мрак и бессонницу.

Смотрю в окно и вспоминаю, другое окно. Вспоминаю тот проклятый вечер, когда Ева ушла.

Словно вчера, я открыл ключом свой кабинет и увидел, что он пустой. Евы нет. Ни записки, ни объяснения. Ничего. Только открытое окно на улицу.

Спустился вниз к псу и не найдя его на месте, понял, что искать Еву в доме, бесполезно. Сказал охране осмотреть стены на наличие веревок и тросов.

Они быстро нашли. Северная камера засняла ее. Но лишь ее спуск. Смотрю на ее лицо крупным планом. Ее глаза полные слез. По злой иронии, после отключения системы, эти камеры не включились автоматически. Поэтому, ее дальнейший маршрут мне неизвестен.

Не знаю как и куда она ушла в ту ночь. И поэтому, каждый день я прокручиваю в деталях все варианты... Но, хотя бы, в этот раз она не пыталась сбежать от меня. Это я знаю, точно.

Но куда она ушла? Мне до сих пор неизвестно.

Тогда, поздно вечером, я вернулся в ее комнату. Многие вещи были на месте, только ее рюкзака и документов не было. Ее телефон, тоже здесь. Обнулен и разобран. Намеренно оставила его. Значит, не хотела чтобы ее обнаружили.

Снова подошел к окну в кабинете, выглянул из окна, чтобы понять что именно заставило ее сделать этот шаг.

Я увидел крыльцо и весь двор. С этого места довольно хорошо видна лишь часть двора. В тот вечер, я стоял один на крыльце, окруженный вооруженными людьми. Она слышала что разговор идет не дружеский. Поняла, к чему все идет. Я один, а их 15 человек. И все вооружены.

Я никогда ни во что ее не посвящал. Ей не было известно ни о Макаре, ни о его роли во всем этом…

Да, теперь, я все понял. Понял, почему она ушла.

Ева не видела меня. Я стоял с другой стороны. Она видела только Макара. Видела как он шел с пушкой ко мне через весь двор. Видела Полозова с его охраной, что окружили дом и конечно, она слышала выстрелы на крыльце. И после них, я так и не появился.

И... ожидаемо, она решила что убили, именно меня...

Бедная моя девочка. В каком ужасе ей пришлось убегать. Но тем не менее, я горд тем как она это сделала. Не потеряла здравомыслие и спасла себя даже в таком серьезном замесе...

Спаслась... Но для меня, теперь, настало самое паршивое время. Неизвестность, надежда и ожидание.

Ева сирота, без братьев и сестер. К друзьям она бы не поехала. Где ее искать? Неясно.

Она испугана моей "смертью" и не объявится сама, она меня не ждет, ей не к кому возвращаться. Поэтому найти ее будет очень непросто. Она не станет ждать меня там, где я смог бы ее найти. Она вообще не ждет меня. Для нее, я мертв. И самое гадкое, именно я все это время учил ее как залечь на дно так, чтобы никто не нашел... И похоже, она неплохо с этим справляется. Даже я, со своими связями и имея доступ к очень многому, не могу ее найти.

Я оглянулся назад и взял банку пива из упаковки. Это пиво мне купил Макар. Он привез мне записи с камер и пару новостей. Захотел пройтись со мной к магазину, посмотреть как я живу. Его особенно позабавило оплачивать покупки. Не как обычно, выбирать что понравилось и уйти.

Смотрит на грозную кассиршу, словно на НЛО. Кассир пробила упаковку пива, чипсы, и дважды пересчитала сорок протеиновых батончиков. Макар, в последний момент, кинул на ленту две упаковки жвачки. Она подняла глаза на него, испепеляя молча. Медленно пробила покупку, цедя сквозь зубы.

— Пакет?

— Ага.

Снова, вздох кассира.

— Какой?

— А какой есть?

— Большой, маленький, средний…

— Большой.

Уже отойдя от кассы, Кот заметил:

— Прикольный опыт. Я в следующий раз, снова приду сюда.

Я молча иду к дверям супермаркета. Нас уже ждут. Следом за мной с Макаром, идут крепкие ребята из охраны. На стоянке нас ждут еще несколько.

— Восемь человек, Макар, чтобы ты за чипсами сходил?

— Я правая рука босса, меня берегут. Так, мы куда, сейчас?

— Мы — никуда. Я домой.

— А когда мне, можно будет в гости зайти? Распирает увидеть, что в той квартире, такого.

— Садись за руль.

— Так мы едем?

— Нет. Ты меня подвезешь и дальше, ты свободен.

— Ясно. По камерам, к вечеру отзвонюсь. Но шансов мало. Давно засекли бы. Нет ее в городе. Ни на одной станции не было такой пассажирки. Сто раз проверил, лично.

Я кивнул. Кот выехал со стоянки, сразу за машиной охраны. Следом, прикрывала еще одна.

Когда он остановился возле моего подъезда, то сделал кислую мину, напрашиваясь на приглашение.

Я проигнорировал его. Эта квартира, только наша с Евой. Никого чужого, в ней не будет. Забрал свою упаковку пива и попрощался. Слышу, вслед, голос Макара.

— По хорошему, тебе пора мне доверять. Но дело, ведь, не в доверии, верно?

— Верно. По хорошему, я уже месяц как мертв. А ты все приезжаешь. Тебе пора подыскать себе “живого” босса.

— Преемник, дело не быстрое. Многие хотят, но не все могут. Я на пике карьеры и меня все устраивает…

— Завидую. Я вот такой “карьеры” не хочу.

Да. Я не лгал. Не хочу. Давно сделал свой выбор.

“Папа”, как и обещал, оставил мне подарок в своем завещании. Иммунитет. Позволил мне самому решить, принимать его дело или нет. Если откажусь, меня не тронут. Но сам я, тогда, перестану появляться. Исчезну и не буду отсвечивать, точь-в-точь, как мертвый.

У меня в планах было уехать за границу с Евой. Так далеко, как только смогу. Купил бы небольшую моторную лодку. Дом на берегу океана, только наш с Евой... Подальше от суеты и всех.

А вместо этого, я застрял здесь. И постепенно, прежняя моя жизнь по капле просачивается ко мне обратно. Если вовремя не исчезну, второй раз мне так бескровно, не дадут уйти.

Со дня смерти “папы”, уже прошло достаточно, чтобы выбрали преемника. И его выбрали. Только все, по молчаливому сговору, метнулись, как косяк рыб на нерест, в другую сторону. Туда, куда я не просил. Ко мне.

Сначала, это были единичные сообщения. Затем, их стало больше. И вот теперь, я словно памятник, возле которого все встречаются, чтобы решить дела.