Страница 10 из 63
Глава 4. Пленник-пациент
Ева.
Я на месте. Стою у моста. Не пойму почему я медлю. Почему вернулась… Этот человек хотел меня убить и эта ситуация чертовски справедливая. Сейчас он может лично ощутить каково это, когда умираешь ты сам. Вероятно, это закономерный итог его образа жизни.
«Все это так. Но… не могу я принять как факт неизбежность его смерти и просто остаться безучастной. Забыть и уйти?»
Смотрю на него. Игнат едва дышит, его губы в крови, лицо бледное и вспотевшее, выглядит плохо. И лишь тембр его голоса все еще вызывает волну мурашек на моей коже. Да, его угасающая сила, кажется, только в его голосе и задержалась. Произносит каждое слово спокойным и уверенным тоном, словно нет никакой причины для тревог и мы с ним просто беседуем, как раньше у моста.
— Ева, подойди ко мне.
Делаю шаг к нему и сажусь на песчаную насыпь рядом.
Он взял мою руку и прижал к груди. Сделал это так просто. Не как влюбленный юноша. По-мужски. Словно, именно там моя рука и должна быть. Через секунду, он отпустил меня. Вижу как его рука упала вниз и безвольно замерла.
Он без сознания.
Смотрю на его лицо. Такой бледный. Куртка разорвана на плече и вся шея в крови.
Я отвернулась. Мне стало плохо от вида его крови. Делаю вдох. Пересиливаю себя. Снова смотрю на него. Дышит едва слышно. Увы, если он останется здесь, долго это не продлится, он уже потерял много крови.
Достала телефон.
'Я должна что-то сделать, нужно вызвать… Вызвать. Но кого? Скорую или полицию?"
Думать надо быстро. Или он умрет прямо здесь.
Набрала номер «скорой», но тотчас сбросила.
«Не могу… Вот, гадство!»
Села и раздраженно тру лицо ладонями. Злюсь на себя, но понимаю, что права. Это малодушно, но я не могу рисковать. Боюсь и не хочу в это ввязываться.
Этот человек преступник. Он киллер. Возможно, он достаточно влиятельный в криминальном мире. Да, врачи могут спасти его. Но они же, сдадут его в полицию. Из-за огнестрельной раны будут обязаны сообщить. Полиция по номеру телефона в скорой, выйдет на меня. Я не смогу врать. Мне придется все им рассказать…
В этот момент я вспомнила как его сильные руки ласкали меня. Вес его мощного, горячего тела, как мой голос дрожал от переполнявшего меня желания и как приятной волной пробегали по моей коже мурашки от страха смешанного с возбуждением…
'Уф… Подробности моих странных эротических игр с киллером я вряд ли захочу озвучить в полиции…"
Не важно, что там у нас было или почти случилось. Нет. Я не могу звонить в больницу. Ситуация патовая. Я должна выбрать — рискнуть его жизнью или своей.
"Кто спасет меня, если обо мне узнают его дружки-бандюки? Полиция? Ага… Не верю. Меня прикончат за этот звонок. Но и оставить его здесь, одного, вот так… Если только… А что, если… я сама попытаюсь спасти его?'
Голос разума довольно быстро пробился в мое перегруженное паникой сознание. Хотя бы временно оспаривая безумные решения, принимаемые моим не вовремя проснувшимся либидо.
«Нет, Ева! Спасать киллера — это тупость, равная самоубийству! Ты не притащишь того, кто хотел прикончить тебя, к себе домой! Этот человек убийца и он сам выбрал такую жизнь. Ему ты уже не поможешь! Уходи если жить хочешь!»
Увы. Похоже, доводы разума не успели переубедить меня. Чувствую, что решение уже принято. Я глубоко дышу, одновременно с этим разминаю руки и спину, словно перед очередным сложным восхождением. Ощущаю прилив сил и привычную мне, упрямую решимость.
«Я спасу его и… дальше он сам… Сколько раз я бродячих животных спасала, после аварии и драк? Умею ставить капельницы, делать инъекции, обрабатывать раны…»
Да, это не очень умно, спасать того, кто собирался убить меня. Но дать ему истечь кровью и умереть, просто так, без помощи, не могу. Мне плевать, кто он. Самое главное — я помню, кто я. Уйти и спокойно жить дальше, просто не смогу.
Все. Решилась. Теперь, нужно действовать и быстро, но вместе с тем осторожно, чтобы он не умер по пути.
Не смотря на то, что этот здоровяк весит, кажется, под сто кило, мне удалось дотащить его к своему дому довольно быстро. Применила профессиональные навыки. Распределяла вес и рассчитала маршрут и нагрузку. К тому же, я была абсолютно не в себе от паники — это тоже помогло и менее чем через двадцать минут я уже стояла у порога своей квартиры. Вошла и буквально упала на стену спиной. Пытаюсь привести дыхание в норму.
Жарко и хочется пить. Смотрю на свои темные пальцы, они все в его высохшей крови. Расслабила плечи и постепенно прихожу в себя. Не без удовольствия отмечаю, что я справилась. Мое тело, тренированное многочисленными восхождениями в отличной форме. Ни моя спина, ни мои руки, закаленные многочисленными подъемами, сейчас, практически не ощущают усталости.
Смотрю на окровавленного, двухметрового мужика лежащего у меня на полу в коридоре. Растерянно качаю головой. Не верю, что решилась и сделала этот безумный шаг.
«Ок. Я дура. Это факт. Самокритикой, позже займусь. Сейчас, главное спасти жизнь. Если он умрет у меня дома, тогда, уж точно, проблем у будет гооораздо больше.»
Включила воду, ополоснула прохладной водой лицо и руки. Пальцы дрожат, но не от усталости. Мне просто страшно.
Вернулась в коридор. Принесла аптечку. Все что у меня было, высыпала на стол.
Вернулась к Игнату. Он по прежнему без сознания. Его прерывистое дыхание, едва слышно.
Села на пол и пристально осматриваю место куда его ранили. Ничего не могу понять, пока он в одежде. К тому же, повсюду песок и запекшаяся кровь.
Делаю выдох и беру ножницы. Разрезала рукав его куртки. Сняла свитер. Все вокруг в его крови. Прикладываю стерильную марлю, много. Бросаю целую упаковку, очищая рану. Чтобы лучше понимать его состояние я должна все проверить.
При более тщательном осмотре все оказалось не так страшно как я думала. Его не глубоко задело. Фактически, пуля прошла по касательной. Считай, глубокая царапина, но значительная потеря крови усугубила его состояние.
Набрала подругу, она ветеринар. Не вдаваясь в подробности описала ситуевину. Не стала уточнять кого именно я спасаю. Пусть думает, что у меня дома уличный пес. По факту, он и есть с улицы…
Подруга «топила» за клинику.
— Ева, не придумывай. С огнестрелом не справишься. В каком он состоянии?
Я приложила руку к его губам и услышала едва ощутимое дыхание.
— Он без сознания… Я укрыла его, чтобы согреть.