Страница 12 из 21
Через два дня, когда Тимур уже улетел в Санкт-Петербург, я лежала в кровати одна, и телефон мигнул уведомлением от незнакомого номера.
«Вы уверены, что знаете, где сейчас ваш муж?»
Я замерла, глядя на экран. Никакой подписи, никакого продолжения. Просто вопрос, повисший в темноте спальни, как холодный сквозняк из приоткрытого окна.
Я перечитала сообщение три раза, потом набрала ответ: «Кто это?» — но ответа не последовало. Через полчаса я решила, что это, скорее всего, кто-то ошибся номером или это розыгрыш, а может и того хуже, месть от кого-то из завистливых знакомых.
На следующий день я позвала Марину прогуляться в Сокольниках — мне нужен был свежий воздух и её трезвый взгляд на вещи. Мы шли по аллее, хрустя опавшими листьями, и я, наконец решившись, показала ей сообщение.
Марина прочитала, хмыкнула и вернула мне телефон с почти весёлым выражением лица.
— Ника, это же явно какой-то псих или завистница, — сказала она, беря меня под руку. — У Тимура наверняка десятки людей, которым не даёт покоя ваш брак — бывшие несостоявшиеся невесты, обиженные партнёры, да мало ли кто. Не забивай себе голову.
— А если это не глупости? — спросила я, хотя сама хотела, чтобы она меня переубедила.
— Слушай, — Марина остановилась и посмотрела на меня серьёзнее, — я не думаю, что тут есть что-то настоящее. Но если это повторится, то обязательно расскажи Тимуру. Пусть его служба безопасности вычислит этого шутника — потому что нельзя, чтобы кто-то вот так безнаказанно пугал тебя по ночам. Пусть они найдут шутника и накажут.
— Ты права, — сказала я, немного успокоившись. — Я обязательно расскажу ему, если это снова случится.
Вечером Тимур позвонил, как обычно: привычные вопросы о моём дне, шутка про то, что гостиничный кофе в Санкт-Петербурге отвратителен по сравнению с домашним, обещание вернуться через два дня. Голос его звучал устало, но тепло, как всегда. Всё было настолько нормально, что странное сообщение постепенно стёрлось на фоне остальных мыслей.