Страница 145 из 151
Глава 39
Алиса Каменская
«Только бы Сарвир не уперся в своей любимой генеральской манере!» – заламывая руки, металась я по комнате. – «Заладил, как дундук : «Ах, играть с магией опасно! Ах, если дневник все-таки попадет в руки принца. Или если он уже успел проверить тетрадь и обнаружил, что у него в руках подделка!»
Сказали же ему, что этот момент мы успели аккуратно прописать в настоящем дневнике: «На проверку полученной тетради понадобился день». Специально, чтобы дьявольский артефакт сам не додумал этот момент. Он и так, небось, кучу других ужасов дописал самостоятельно… Но, главное, чтобы Сарвир успел передать настоящий дневник Розали. А уж там мы с ней успели написать вдвоем такую альтернативную версию этой истории, что даже если это тетрадь Сатаны, то он сам умоет руки!»
Перед глазами снова встало перепуганное личико усталой Рози, которая неуверенно жевала кончик пера и с сомнением смотрела на исписанный наполовину лист, аккуратно вложенный в магическую тетрадь.
- Леди Стоун… это не слишком? – осторожно уточнила она.
- Не слишком, – уверенно качнула головой я, снова вспоминая первые часы своего появления в этом мире, фантомную боль внизу живота, липкую влагу на бедре и рвущее сердце чужое отчаяние, – Порой, как вспомню хотя бы «Розу на Скале», так мне даже кажется, что этого еще и мало.
- Ну, если вспомнить мой первый вариант истории и упомянутое Вами поместье, – поморщилась подруга, – В принципе…
- А искусственные животы? Вы просто вспомните искусственные животы!
- Да, – задумчиво кивнула баронесса, – А в первой истории, после того, как мы приехали в Розу, он вообще угрожал, что будет насиловать меня, пока я не забеременею. И что я буду ему рожать постоянно, чтобы сил на других мужчин у меня не оставалось.
- Вот об этом и вспоминайте. И не позволяйте совести и жалости снова дать шанс испоганить Вам жизнь. После такой сюжетной линии герцог Арвел уже точно не будет Вам опасен. Да и в принципе долго никому опасен не будет.
- Наверное, Вы правы, – вздохнула Розали, послушно строча под мою диктовку абзац обычными чернилами на черновике, – А принц? Вы же понимаете, что его ждет после такого?
- То же, что Вас, – холодно и твёрдо отмахнулась я, – Пусть на своей шкуре узнает, что такое быть «золотой антилопой».
- Тоже согласна, – уже куда увереннее кивнула девушка, – А как быть с моей историей?
Я задумчиво посмотрела на едва начинающее светлеть небо и устало вздохнула, проводя пальцем по оконной раме:
- Думаю, вся изюминка Вашего дара, Розали, в том, что кровь показывает, что нельзя менять свою судьбу. Попробуйте отпустить ее. Не пишите о ней. Пусть все пойдет своим чередом. Может именно в этом спасение?
- Думаете? – с сомнением нахмурилась Рози.
- В любом случае, все иные варианты Вы пробовали, – развела руками я, – Да и Ваша мама до этого тоже. Осталось просто не прописывать собственный путь. На эти же мысли меня наводит раздумье о том, что когда-то владельцев Вашего дара держали в неволе и заставляли переписывать судьбы целых государств. Но сами пленники при этом свою судьбу не меняли. Не просто же так это происходило. И еще один момент: мне кажется, что если изменения прописаны во благо и процветание, то все будет хорошо. Если допустить, что дар наказывает за попытки использовать его в исключительно корыстных целях, например. А все наши с Вами идеи как раз и есть благо!
- Вы шутите? – напряглась Розали.
- Ну… понятно, что в итоге это благо обернется чем-то не очень хорошим для наших врагов. Но, по сути, мы же придумываем им только благие вещи! Остальное- нюансы и неприглядная суть человеческой природы. Ну, или драконьей, если так посмотреть….
- Хорошо, – растирая затекшие пальчики, рвано выдохнула девушка, – Думаю, зерно истины в Ваших словах есть. А в самом крайнем случае…
- Перепишите все снова? – грустно улыбнулась я.
- Вы об этом даже не узнаете, – с хитрой грустинкой ухмыльнулась в ответ эльфийка, – Кроме меня никто ничего не вспомнит.
- Кстати, об этом, – мягко склонила голову к плечу я, – Розали, если это возможно… пусть я буду помнить?
«И вот сиди и думай теперь: передал ли Сарвир ей дневник, или решил вспомнить, что он великий стратег и нафиг загубил весь наш план? Не забудет ли Розали нашу договоренность? Да и вообще… в новом варианте истории, получается, меня уже и не будет. Все начнется с начала. И за несколько месяцев до бала, когда Розали очнется в карете с герцогом по пути из своего родного южного городка, в этих покоях проснется настоящая Мелисса Стоун. А я….»
А я открою глаза на диване в кабинете, с упавшей на пол книжкой. И с разрывающемся на столе телефоном. И все произошедшее буду вспоминать, лишь как очень длинный, яркий и далекий сон.
И пусть месяц назад я могла только молиться о таком завершении этой истории, теперь на глаза без спросу набегали соленые, горькие слезы. А душу рвало на части тоской и отчаянием.
«А ОН будет жить без меня. Наверное, снова влюбится в настоящую Мелиссу. Пронесет эту любовь через всю жизнь, храня ее в своем сердце. И никогда не узнает, что где-то в другом мире плачет по нему никому неизвестная Алиса Каменская…»
Горячая прозрачная слеза медленно поползла по щеке, срываясь за воротник. Виски сдавило тягучей, ноющей болью.
«Вот только мигрени от переживаний мне не хватало»- с удрученным вздохом подумала я, решая прилечь на пару минут и попытаться переждать возможный приступ, – «Господи, лишь бы все получилось. Лишь бы все срослось! Лишь бы…»
…- Леди Мелисса, доброе утро! – ласковый голос горничной едва не стоил мне неприличного восклицания вслух, – Завтрак через час. Вы просили разбудить.
- Анна?! – недоверчиво прищурилась я на девушку, суетящуюся со шторами, за которыми неожиданным ярким, слепящим пятном занималось утро, – Это ты?!
- Конечно я, – обескураженно кивнула служанка, – Я много лет у Вас служу. Ой, кстати, на рассвете для Вас доставили письмо. Сразу отдать? Или прочтете позже?
- Давай, – так и не отведя от давно уволенной мной нахалки недоверчивого взгляд, кивнула я.
- Вот, – мне на колени опустился длинный белый конверт, по провинциальной традиции перевязанный серой бечевкой и красной сургучной печатью нарочного отправления.
- Я, пока, приготовлю для Вас умывание и утреннее платье, – кося на меня испуганным глазом, пролепетала служанка.
Но я уже ломала печать на конверте, не озадачиваясь ответом.