Страница 76 из 328
— Можешь называть меня просто – ритана, – сжалилась Ла Муэрте. – Я знаю, почему ты пришел. Это и моя вина тоже. Но когда Синэри изгнали из этого мира, силовые потоки снова нарушились, она многое перетягивала на себя. Мне пришлось наводить порядок, и я не заметила часть ее последователей.
— Мы сами виноваты. Прошляпили, – взмахнул рукой Серхио. – Я в первую очередь. Некроманты.. они тогда в шоке были, а я мог и подумать.
— Мог. И сейчас можешь.
— Ритана?
— Я знаю, зачем ты пришел. И могу тебе сказать честно – в этот раз я не сумею вмешаться.
— Почему, ритана?
— Да потому, что сейчас речь идет о человеческих делах. Понимаешь? Демонов в нашем мире нет. А те осколочки, которые остались.. это – люди. Изуродованные, искалеченные, но люди. Синэри еще не успела серьезно затронуть их души, иначе они бы погибли вместе со своей хозяйкой. Я рада бы вмешаться и помочь, но не имею права нарушать законы равновесия. Дела людские – в руках людей, иначе миру будет плохо. Очень плохо. Это как кирпичами вышивать.. не могу.
Ла Муэрте развела руками. Но Серхио уже услышал главное.
— Демонов нет? Так это же отлично! Ритана, вы не переживайте! Мы их и переловим, и справимся. Мне вот это было главное узнать..
Ла Муэрте улыбнулась. А ведь это не пустая бравада, мужчина действительно верит в то, о чем говорит. И справится. И сделает.
— А если бы оказались демоны?
— Начал бы собирать некромантов, – честно ответил Серхио. – А что?
— Ты молодец, Серхио.
Божественный комплимент – это вам не просто так. Вальдес потупился и заулыбался.
— Благодарю вас..
— Я не имею права вмешиваться. Но говорю сразу – демонов больше нет. Есть только люди. И вы можете справиться. У вас есть для этого все необходимое.. я сама видела недавно.
Богиня улыбнулась.
Приятно, когда человек ловит намеки с полуслова. Вот Вальдес все понял правильно.
— Ритана, скажите.. если можно. Они могут попробовать призвать демона?
Ла Муэрте кивнула.
— Могут. Но пока его не призвали, я не имею права вмешиваться.
— А что нужно для призыва? Я просто.. настолько хорошо я это не знаю, и подозреваю, что такую тварь к нам затащить нелегко?
Вальдес не врал. Действительно, демонология – раздел некромантии, который не особенно хорошо изучен. Церковь против..
Изгнать демонов – это правильно. А вот призывать их.. нет, такое Храм не одобрит. И при жизни не одобрит, и посмертно..
— В прошлый раз потребовалась одновременная гибель более пятидесяти тысяч человек. Мужчины, женщины, дети.. их боль и смерть открыли дорогу.
— Массовое жертвоприношение.
— Да, безусловно. Кстати, про обычаи индейцев стоит поговорить не со мной.
Серхио кивнул. Поговорим, если это есть в книгах, то нечего заставлять Богиню лекции читать. Она не профессор.
Про демонов сказала, про жертвоприношение сказала, про то, что это люди..
— Ритана, у меня буквально два вопроса.
— Да?
— Если это люди.. их души уйдут к вам? После смерти? Или они чем-то отличаются?
Ла Муэрте одобрительно поглядела на Вальдеса.
Вот ей-ей.. поклоняться Богу может кто угодно. А Богу это – как?!
Родителям вообще-то приятнее, когда их ребенок умен, смышлен, пытается сделать что-то сам.. любить они свое чадо будут хоть какое. И алкоголика, и наркомана, и лентяя, и преступника – родительская любовь не разбирает. Но как же приятно, когда твое дитя – не такое. И им можно гордиться!
Почему верующие люди об этом не думают? Большинство – точно.
— Синэри творила свою паству, сливая разумное с животным. Те люди, которые остались в живых.. их души тоже изуродованы и искалечены. И они пойдут ко мне, но.. чуточку иначе. Если ты родился человеком, живешь им и умрешь человеком, то и душа у тебя человеческая. И ее можно будет призвать. А если ты получеловек-полутварь.. что проще? Подняться или скатиться?
— То есть их души – не ущербные, но вроде души рыбы? Если душа есть у всего живого, но разная?
— Именно. Потому некромант и не сможет ее вызвать и допросить. Рыбы – молчаливые.
По губам Ла Муэрте скользнула улыбка. Да, приятно, когда у тебя – такие верующие. Богам тоже бывает приятно..
— А можно как-то, на основании этой особенности, отличать монстров? В храме, к примеру?
Ла Муэрте качнула головой.
— Вряд ли. Если ты карася принесешь в храм – что будет?
— Ничего.
Женщина развела руками. Мол, ты сам себе ответил..
Значит, будем разрабатывать обычными методами, – кивнул сам себе Серхио. И низко поклонился Богине.
— Благодарю вас, ритана..
Ла Муэрте улыбнулась.
— Иди с миром, Серхио Мария Вальдес. Иди с миром..
Боги не могут вмешиваться в ход событий. Слишком сильно их воздействие раскачивает равновесие мира. Слишком тяжело обходится.
Но кое-что могут сделать даже боги.
К примеру, благословить человека. А божественное благословение – это такая штука, с которой легко поднять даже самое безнадежное дело.
И справедливости ради, Серхио ничего больше и не надо было.
Ответы на свои вопросы он получил, благословение вообще пошло бонусом, о котором он никогда и не узнает, а дело..
А боги не обязаны за тебя все подряд делать! Да и ни к чему.
Сами справимся.
* * *
Ох, как же не хотелось Амадо Риалону ехать куда-то на ночь глядя. Тем более в монастырь святой Клариче..
Да гори б она синим пламенем!
Вместе с иконами, монашками, трупами и кладбищем! Просто – грррррр!
И день был тяжелый, и устали все безмерно, и глаза слипаются, и мобиль ведет себя, как распоследняя сволочь.. Амадо решительно остановил мобиль у дороги и достал с заднего сиденья термос с кофе.
Лично заваривал.
Тряхнул, пригляделся даже с небольшой опаской.. нет, стенки термоса целы. Не разъело.
Кофе и сахара он туда вбухал столько, что воды, наверное, меньше было. Но ничего другого не получится.. он просто уснет на дороге. И хорошим это не закончится.
Кофе не потек, а упал в желудок, и кажется, прожег в нем дыру.
Амадо потер живот, поморщился. Побаливает, конечно. Самая распространенная болезнь в его департаменте – язва. Нет, не язвительность, а обычная язва желудка. Потому как целый день на ногах, питаешься кое-как, да еще и такое пить..
Кофе, кажется, потек прямо по венам, ударил в мозг, отогнал сонную одурь – и Амадо решительно нажал на газ.
Вперед и только вперед!
В монастырь святой Клариче. В тот самый, куда увезли тело сеньора Гомеса, внезапно умершего четыре дня назад.