Страница 302 из 328
— Конечно, жалко. Как и любой талант, обращенный во зло. Но соприкосновение с демоном даром не проходит. Рамон Амадо Бустос был одержим возвращением демонессы. Ради этого он не пожалел бы никого. И жалеть не собирался. Он хотел устроить гекатомбу, но для этого мало сил, нужны знания.
— Знания?
— Конечно. Я телефонировал в университет, и для меня поискали запросы по индейской магии. Феола подсказала кое-что. Так вот. Эту литературу, по магии, которая им вроде бы и не нужна, заказывали Рамон Рикардо и Оскар Рикардо. Мединцы пользовались. И смогли провести нужные расчеты.
Ленора процедила кое-что непечатное сквозь зубы. Все дружно сделали вид, что не услышали, и Амадо продолжил:
— Надо отдать мединцам должное, способности у них отличные. Ритуал они рассчитали, но для него нужно было серьезное жертвоприношение. Массовое. Как его обеспечить? Им пришел в голову только один вариант – взорвать столицу. Но что потом? Они устраивают взрыв, демонесса прибывает в наш мир – если повезет, но в каком состоянии? Возможно, раненая, возможно, без сил. Сможет ли она скрываться, сможет ли прийти в себя?
— Ей нужно было прикрытие от Церкви, – припечатал епископ Тадео. – Мы бы поняли, что в наш мир проникло Зло, и не оставили бы попыток с ним справиться.
Скромный брат Анхель кивнул.
Однозначно бы пытались загнать демонессу обратно в бездну, или откуда она там вылезла?
— Вот. Вывод – нужна была власть, лояльная к мединцам. Вы, ваш отец, ваш дед – не подходили. Вы и так законные правители. Вас подкупать не нужно. А вот остальные.. его высочество Рамон Рикардо давно мечтал о власти. Он искренне считал кузена Хосе непригодым для правления.
— И у него были на это причины, – Бернардо снял узенький обод, который носил вместо короны, положил его рядом с собой и потер лоб. Надавила, зараза! Вроде и легкая, но так давит.. – Стыдно сознаваться, но моим отцом мог вертеть кто угодно и как захочется. Даже эта дура Алехандра. Убедить его было несложно. А уж когда он почувствовал власть и свободу..
Ленора сочувственно погладила кузена по руке.
— Человеком он был хорошим. И тебя любил. Это главное.
— Определенно. Вопрос – как сменить власть? Если жертвоприношение планируется в столице, а король и его родные в Каса Норра? Заговорщики подошли к делу с изяществом и отравили вашего деда, ваше величество. Именно Рамон Рикардо дал ему яд. Многокомпонентный, сложный, чтобы точно никто ничего не почувствовал. Мединцы могут составлять такое. Одним компонентом яда пропитали губку, вторым платок, третий добавили в крем для лица. У вашего деда ужасно пересыхала кожа, он пользовался кремом после бритья, вот в него. По отдельности эти компоненты можно хоть в кожу втирать, хоть горстями глотать. Но стоит им соединиться вместе – и получается сильный яд. Убивает он не сразу, за несколько дней, ну так и порции ваш дед получал постепенно. То из губки, то с платком..
— Платки же меняют каждый день, – удивилась Маргарита Мария.
— Меняют. Но вашему отцу незадолго до смерти понравилась лавандовая отдушка. Сильная. Вам не понравилась, кстати говоря.
— Да. Это была неприятная лаванда.
— Вот она. Но даже если бы вы ей пользовались – ничего страшного. По отдельности три части яда не сработают.
— Вот почему дед не знал, чем и кто его убил. Я.. это неважно, – махнул рукой Бернардо.
Хавьер промолчал. Но очень выразительно.
Неважно, конечно. Если кто думает, что некроманты не улавливают эманаций, которые идут из подвала собора. Но если королевская семья пытается это скрыть – пусть. Он точно не будет кричать и пытаться все это обнародовать.
— Итак, его величество умер, и его повезли хоронить в столицу. А здесь уже все было готово для гекатомбы.
— Мануэль затеял скандал, Мигель пригласил его к себе – и не успел вернуться. Творец..
— Да, его высочество Рамона Рикардо не во все посвящали. Но в данном случае.. он уехал бы незадолго до коронации. И вернулся, как он полагал, героем. И будущим королем.
— Согласен, если бы что-то случилось с отцом, дядя бы мог сесть на трон, – согласился Бернардо.
— Верно. Мог бы и его сын. Вот Мануэль не мог. Но тут в дело вступил Оскар Рикардо. Судя по документам и косвенным свидетельствам, он договорился с Меганой.
— С этой девкой?! – возмутилась Ленора. Альварес, который неотлучно был рядом с невестой, погладил ее по руке. Мол, успокойся, дорогая. Если что – я эту Мегану из-под земли достану и пепел обратно закопаю!
— Эта девка хотела быть королевой. В ее понимании это был блеск, власть, балы, роскошь – и никакой ответственности, – разъяснил Амадо. – Оскар Рикардо убедил ее, что если никого из основных ветвей не останется, у Мануэля есть шанс сесть на трон. Признанный сын, герцог.. почему нет? Обаятельный любимец толпы. Так что судьба Мигеля Рамона тоже была предрешена. Мегана его приговорила бы и сама привела в действие приговор.
— Полагаю, для нее тоже было что-то приготовлено, – хмыкнул Бернардо.
— Разумеется, ваше величество. При обычных условиях Оскар никогда не попал бы на трон. Бастард побочной ветви, даже не герцог – граф. Но править ему хотелось, и очень. И тут ему помогают мединцы. Король, который полностью от них зависит, им выгоден. А Оскар опирался бы на них, чтобы разобраться с протестами. Обязательно.
— Наверняка нашлись бы те, кто его не признает, – согласился Бернардо. – И ему предложили Мерседес?
— Да. Если что, есть документы, что ваш дед удочерил Вирждинию Монику Арандо.
— ЧТО?!
— Подозреваю, что это подделка. Но они есть, и оспаривать их можно долго. Кровь там королевская, от мединцев сущие капли, но для повиновения демонессе их хватит, для шантажа тоже – чего еще желать? На трон та же Мерседес села бы спокойно.
— И демонесса смогла бы потом сделать с ней что угодно. И с ее ребенком. И со всем королевством.
— Как-то так.
Бернардо весьма непечатно скрипнул зубами. Все вежливо промолчали. Говорил только Амадо.
— Оскар Рикардо женат на Бриссе Фальконе. Был.
— Был?
— Никто не видел несчастную вот уже полтора года. Даже больше.
— Не видел?
— Графиня, известная раньше своим пристрастием к развлечениям, стала домоседкой и буквально никуда не выходит с верфи. Ее видят иногда вместе с мужем, и только.
— Это кого хочешь можно загримировать, если на пару раз, – отмахнулась Феола.
— Лишь бы девушка была достаточно человекообразной, – согласился Амадо. – Ваше высочество, какие приметы были у Бриссы?