Страница 272 из 328
Хосе не знал. Он и не задумывался, потому что хотел.. власти? Нет, наверное, не власти. Ему просто хотелось быть королем, получить то, чего он был лишен при жизни отца. Получить почести, увидеть восторг в глазах подданных, насладиться трепетом подчиненных.
Тех самых, кто при жизни отца смотрел на него с презрением.
Хосе был честен сам с собой – иногда. Когда впадал в депрессию. Он знал, что только тень отца, что его презирают, что не любят, что считают скучным и серым. Разве что Алин все время была рядом с ним. Да, его Алин..
Светлые волосы, роскошное тело, улыбка, грудной голос..
Пожалуй, он на ней даже женится. Короновать не сможет, но пусть Алин будет рядом с ним. Пусть..
Хосе так и умер – мечтая.
Много ли надо взрывчатки – магу? Да самую малость! Столько-то у заговорщиков нашлось. И бомба шлепнулась в центр площади, направленная волей мага. И за ней вторая.
Один за другим прогремели два взрыва.
Впрочем, количество взрывчатки мединцу рассчитать грамотно не удалось. Планировалось больше жертв, погибло меньше.. так тоже бывает. И начинить бомбу чем-то вроде картечи Сесару в голову не пришло. Не было у него такого навыка, он больше на свою магию полагаться привык.
Можно сказать, людям повезло. Хотя погибшие с этим не согласились бы.
* * *
— Коронация! Никогда не думала, что увижу! – выдохнула Мерседес, прижимаясь к жениху.
Тан Мальдонадо погладил невесту по волосам.
— Я тебе весь мир покажу. Хочешь отправиться в путешествие?
— Очень.
За пару дней Херардо нашел очень много плюсов в своем браке.
Разница в возрасте?
Ну да. Но.. в том-то и дело, она не фатальная для Мерседес. Он втрое старше, и именно поэтому, когда он уйдет, она еще будет молодой и красивой женщиной, полной сил. И сможет устроить свою жизнь. Состояние он ей оставит.
Дети?
Вряд ли они получатся, но если и да.. и что плохого? Мерче красива. Невероятно красива, она легко найдет себе мужа, будь у нее хоть трое детей, хоть пятеро. А от него память на земле останется.
Кровь мединцев? Королевская кровь?
А на это Херардо и вообще было наплевать! Вот еще – проблемы! У него есть клинок, и вообще, любой, косо поглядевший на его супругу, поплатится жизнью. И точка!
Веласкесы, конечно..
Но и Гонсало, и Идана, подумав, пришли к тому же выводу. К тому же – купцы. Нельзя сказать, что у них такое было в порядке вещей, но – случалось.
Если надо было объединить семьи или капиталы, могли и не такие браки устроить. А тут – чего страшного? Разница в возрасте? Так Идана и сама не дура, все понимает. А еще видит, что внучка от счастья светится.
Опять же.. ританой станет. Купцам это важно.
Помолвку заключили по всем правилам, Херардо подсказал Гонсало составленный по всем правилам брачный контракт, и купец окончательно смирился.
По контракту – других родственников, тем более детей, у Херардо не было, все состояние Мальдонадо отходило супруге. Если у них не будет детей.
Если будут дети, то половина супруге, а вторая половина делится на детей. Будет один ребенок – получит половину состояния. Два – по четвертушке.
Состояние?
Да уж не маленькое! Эпатаж в искусстве очень прилично оплачивается, а считать деньги тан Мальдонадо умел. И свое состояние у него было, и заработал он столько, что мог еще лет двести не работать. И жить при этом на весьма широкую ногу. И картины его ценились во всех странах мира.
Известность..
Это всякое быдло с ума по глупости сходит. А талант чудит, и никак иначе.
И если таланту хочется жениться на девушке в три раза моложе оного таланта – и что?! Он – талант! Он чудит! Он творит и не может жить иначе!
А сейчас Херардо Диас решил вывести свою невесту на коронацию. А где еще обществу привыкать?
Самое милое дело!
И коронация – достойный повод, чтобы затмить Мерседес, и сплетен будет много, о них так.. едва поговорят.
Поймите правильно, сам Херардо с удовольствием подождал бы, пока пройдет коронация, а уж потом от души эпатировал публику. Пусть пошипят! Пусть у них ум за разум зайдет!
Пусть травятся своим же ядом!
Но Мерседес к такому пока не привыкла. Она тихая, спокойная, домашняя девочка. Ее нельзя в это змеиное кубло. Ей надо постепенно привыкать к обществу.
Потому Херардо договорился со знакомым, и они с Мерседес получили место у окна в его особняке.
Мальдонадо показывал Мерседес площадь, та смотрела во все глаза. Она же тут раньше и не бывала считай! А чтобы по сторонам оглядываться..
Мать бы ее за это загрызла!
Именно Мерседес и увидела темную фигуру, которая маячила в одном из окон первого этажа.
Дом располагался достаточно далеко и неудобно, и увидеть что-то оттуда было сложно.
А фигура стояла.
И было в ней что-то такое.. неприятное. Как в лавке Коронеля.
То ли очертания не те, то ли движения.. глаз Мерседес, глаз будущего ювелира, подметил диспропорциональность. А уж Херардо и вовсе изумился.
— Странное какое.. это вообще человек?
Человек. Практически.
Человекоподобный, так будет точнее. Руки у Сесара отличались, вот эту странность они и уловили. А так – строение тела, изгиб позвоночника.. ну, может, позвоночник был чуточку другим. Все же щупальца вместо рук тоже.. диктуют.
Именно благодаря щупальцам, да и магии, Сесар мог добросить бомбу.
Так-то на площадь никого не пускали. И оцепили ее.
И нормальный человек с такого расстояния ничего бы не добросил. Проверено, веками и коронациями. Но Сесар справился.
И громыхнуло.
Мерседес вжалась в своего жениха, а Мальдонадо поступил, как человек, привыкший ко всему. Чего у него только не бывало во время похождений!
Так что Мерче он повалил на пол и закрыл своим телом. А выпустил, только когда на площади поднялся вполне себе мирный шум.
Народ начал шуметь и орать? Значит, их жизни уже ничего не угрожает, можно выпустить девушку. Он поднялся, отряхнул и себя и невесту и оглядел площадь.
Это Мерседес сразу не поняла, что происходит. А вот Херардо оценил.
И Алехандру Роблес в алом платье, которая рыдала над частями любовника.
И несколько мертвых принцев.
И Амадо с Хавьером.
Причем мужчины явно разглядывали площадь с профессиональным интересом.
Надо было идти и рассказывать, что видел сам Мальдонадо, и где он это самое чудовище видел. Так будет быстрее и проще.
Но Мерче?
Херардо и хотел бы ее оставить – девушка вцепилась в его рукав так, что оторвать не получилось бы и с рукой.
— Я с тобой! Только с тобой! Это они? Они, да?!
И что мог ответить Херардо? Мерседес ведь знала эту историю.