Страница 22 из 328
С помощью сеньоры Хуаны Джинни научилась дурить мать. И кстати, до сих пор поддерживала с сеньорой Хуаной нежнейшие отношения, заезжая хотя бы раз в пять дней.
— А мать?
— Джинни выбирала время, когда мать была в храме. Или на море. Она туда регулярно ходит, цветы в воду бросает.
— Понятно..
— Каждые три дня, как по расписанию. Уходит в шесть утра, приходит в десять. Вот Джинни и выбирала это время.
А сколько надо времени, чтобы добраться до моря и бросить туда цветы? Амадо подозревал, что не четыре часа. Это же Римат.. разве что сеньора уходила куда-то подальше? Могло быть и такое. Тоже надо проверить.
Со слов Джинни, мать форменным образом свихнулась и на покойном отце, и на самой Джинни. Растила ее, словно породистую лошадь, очень тщательно следила за распорядком дня, за рационом, за осанкой, манерами, одеждой.. а девочка росла.
И влюбилась по уши.
Да, и такое бывает. Влюбилась, потеряла голову, в чем честно и призналась сеньоре Хуане. Это и с самыми меланхоличными натурами случается. Сеньора Хуана подумала, да и дала девочке совет. Тот самый, который привел ее в постель Серхио.
Коли уж на то пошло.. тут все сложилось один к одному.
Девочку было жалко, ее мамаше хотелось насолить, ну и – посоветовала. А дальше Вирджиния многое сделала и сама. И замуж вышла по совету любовника – тоже сама.
Нельзя сказать, что она сожалела или печалилась. Получив желаемое, она перегорела и уже спокойно подошла к выбору дальнейшей своей судьбы. Мужа особенно не любила, но в постели им было хорошо, детей они любили оба, а измены..
Бордель – изменой не считается. Это как нужду под кустиком справить, когда приспичило. Так считала сеньора Хуана, так, с ее подачи, считала и Джинни. Она мужу не изменяла, просто не хотелось.
Не ревновала, не злилась, не страдала. Так тоже случается, ничего странного в этом нет.
Все ее время занимали дети. Старшая дочка любила рисовать, средний мальчик пока особых талантов не проявлял, зато обожал свою мамочку, и она его тоже. Дочка такой ласковой не была. Младший.. что там усмотришь, в пять-то лет? Но он уже любил читать и пытался рисовать. И Вирджиния с удовольствием возилась с младшими, приглядывала за старшей, там уж возраст такой, что скоро начнется.. сама она в этом возрасте и пошла к любимому, и чувствовала себя счастливой.
Единственное, что ее нервировало – сеньора Наталия.
Мать была ею решительно недовольна и постоянно пилила. Ругалась, ворчала, шипела, намекала, что Вирджиния разрушила свою жизнь.. но как?! Чем?! Счастливым браком?
— Может, у нее был другой жених на примете? – подкинул идею Амадо.
— Может, и такое было. Но Джинни не знала, кто именно, – честно созналась сеньора. – Даже не предполагала.
— И намеков не было?
— Практически никогда.
— Практически?
— Пару раз Джинни говорилось, что она должна хранить девственность, и что ее судьба будет выше королевской. Но это уж, сами понимаете, чушь редкостная.
Ой ли?
А вот Амадо мог припомнить несколько некромагических практик, для которых нужны или девственницы, или их первая кровь. А то и ритуальное изнасилование на алтаре, всякое бывало. Отец рассказывал.
Но.. хотя какое – но?! В деле уже есть неучтенный некромант! И это надо расследовать!
Говорите, судьба выше королевской?
Разберемся, кто у нас там выше короля хочет быть. А для начала наведаемся к родителям несчастного Веласкеса.
Амадо допил кофе, сердечно поблагодарил сеньору Хуану и отправился дальше. Кулек с пирожками согревал ему и руку и душу. Вот ведь.. милейшая женщина! И так понимает тяжелые будни сыщиков!
Ам, чавк.. и плевать, что есть на улице некультурно! Зато вкусно, приятно и полезно! Вот!
* * *
Дом Веласкесов был решительной противоположностью дому сеньоры Наталии. У сеньоры Арандо все было ухожено, скучно, безжизненно. Математически выверенный клочок земли.
У Веласкесов же.. громадный парк, заросший, кажется, без всякой системы. Но Амадо понял.
Для детей. Здесь просто все сделано для детей. И вон та беседка, из двух, словно бы нарочно склонившихся друг к другу дубов, которые заплел плющ. И вон тот домик на дереве.
И ягодные кусты.. какой понравился, такой и обрывай.
И трава, о которую наверняка не уколешь ногу. Амадо не видел в ней колючек. Сорняки?
И пусть их!
Разве поваляешься всласть на клумбе с розами? Разве выпустишь в красивый сад сеньоры Арандо собаку или кошку? Или ребенка? Да никогда!
А здесь можно бегать, падать, валяться, наслаждаться жизнью, делать, что тебе понравится – и не ждать грозного окрика. А вот куда вы, такие-рассякие, пошли? Розы поломаете или, там, гортензии растопчете.
Здесь можно быть счастливым ребенком. Амадо и сам бы от такого не отказался.
Самих детей найти несложно. Вон – шум из-за дома какой.. Амадо решительно дернул за колокольчик у ворот и стал ждать привратника. Впрочем, недолго.
— Что вам угодно, сеньор?
— Тан Риалон, – поправил Амадо.
После того случая, пятнадцать лет назад, король даровал его отцу потомственное дворянство. А Амадо тоже его потомок..
С одной стороны, могли и прокатить – закон обратной силы не имеет. Вот если отец кого уже потом наплодит.. С другой стороны, дворянство дано Риалонам. Вот Амадо – Риалон и есть. А новые его братья-сестры, они будут Лассара-Риалон. И титул у них будет по праву рождения.
Возникла небольшая сложность, но тут помог тан Карлос Мануэль Кампос.
Он по достоинству оценил помощь Эрнесто Риалона в борьбе с монстрами. И был в курсе семейной истории некроманта. Вот и порадел. А точнее, просто автоматически внес в приказ и Амадо.
Потомок? Да! Прямой и пока единственный! Значит – тан! Чего вам еще требуется?
Чиновники могли бы придраться, но к чему? К приказу короля? Тогда и так всю Астилию трясло, хоть ты под лавку прячься и молись, чтобы пронесло. Ну и не стали вязаться. А мимо королевских глаз это тем более прошло – вот еще, мелочь какая! Таном больше, таном меньше..
Поместье-то Амадо от королевских щедрот не перепало, и это было справедливо. Он тогда ничего не сделал, разве что в плену побывал. Но титул – ладно уж. Он тоже в жизни полезен и нужен.
— Что вам угодно, тан Риалон?
— Я хочу поговорить с хозяевами. Они дома?
— Сеньор Веласкес сейчас не принимает. Сеньора слегла.
Амадо только вздохнул.
— Вот мой жетон. И давайте обойдемся без рассказов. Я все понимаю, но у меня есть новости, которые заинтересуют ваших хозяев. И может, даже их обрадуют.