Страница 214 из 328
Ленора замолчала, признавая поражение. Зато вступил Бернардо.
— Допустим. А вы – кто?
— Хранитель рода. Слуга Ла Муэрте. Я страж покоя ушедших королей.
— Как к вам можно обращаться? – Ленора решила быть вежливой. Страшновато как-то.. читала она про такие сущности. Но чтобы здесь? В фамильной усыпальнице? Рядом с собором? Рядом со всеми священниками Римата? И никто не то что не изгнал – даже не почувствовал. Веками не чувствовал..
Это какая ж должна быть сила?!
Даже представить страшно!
— Так и называй – хранителем.
И из темноты высунулась здоровущая змеиная голова. Только призрачная. Но если по размерам – будь змея живой, у нее бы в пасти человеческая голова поместилась. Без особого труда.
— Хранитель, мы.. мой отец.. – дрогнул голос у Хоселиуса Аурелио.
— Можешь не объяснять. Я часть силы Ла Муэрте, я знаю все, что происходит на земле. Он ушел, ты остаешься. Думаешь, справишься?
Хранитель говорил достаточно четко. Не шипел, не свистел. Надо полагать, первый раз он просто пугал их.
— Не знаю, – Хоселиус пожал плечами.
— Хотя бы честно. Что ж, тем, кто пришел с тобой сюда, ты можешь доверять. Остальным – решай сам.
— А ты ничего не скажешь? – осмелел Бернардо.
— А чем ты мне заплатишь за ответ на вопрос?
— Хммм.. а что ты хочешь?
— Стандартная плата – десять лет жизни. Готов?
Бернардо покачал головой.
Не готов.
Простите, но кто его знает? Это его жизнь, его годы, и за пять секунд постареть на десять лет? А если ответы будут, как в сказке про оракула? То есть не точные, а вокруг да около?
— Сам разберусь.
Оракул засвистел, и Бернардо не сразу понял, что тот смеется.
— Правильно. Разберешься. Главное, спиной ни к кому не поворачивайся.
— Спасибо, я догадался. А к кому не поворачиваться особенно?
— Десять лет.
— Хммм.. может, ты мне какой совет дашь?
— Дам. Вперед отца не лезь, целее будешь.
Ленора невольно фыркнула. Хоселиус шагнул вперед.
— Что ж. Если это и правда все?
— А чего ты хотел, человек?
Вся троица переглянулась. А чего они, правда, хотели? Хоселиус пошел, потому что это правильно. Бернардо не мог оставить отца без помощи, а Ленора решила не бросать кузена. Раз уж пообещала. Да, вот такие побуждения.
Может, и не самые героические, но где мы, а где героизм?
— Не знаю. А что можно получить? – вдруг пришло в голову Хоселиусу.
— Могу дать тебе поговорить с отцом. Ровно минуту.
— А плата? – Бернардо был уже научен опытом.
— Никакой. Просто не все хотят говорить и слышать.
Это было верно. Бернардо не тянуло разговаривать с дедом, но – вдруг? А вот Хоселиус кивнул.
— Я.. поговорю.
— Минута, – выстрелил языком громадный призрачный змей. И растворился. А на его месте появился силуэт Аурелио Августина.
— Сын..
— Отец! Я.. прости, если что!
Лицо деда исказилось гневом.
— Что?! Меня убили, идиот! Отравили!
— ЧТО?! – теперь не удержалась Ленора.
И получила острый взгляд духа.
— От кого в тягости, бесстыдница? Впрочем, уже неважно. Меня отравили. Ищи убийц, болван! Там такой яд.. некромантский! Я должен был подняться на третью ночь и убивать.
Бернардо выругался, но его никто не слушал.
На третью ночь! И кто бы пал жертвой? Он? Отец? Кто еще?
— Почему не поднялся? – жестко спросила Ленора.
— Не знаю. Что-то не дало. Что-то на мне.. ищи убийц, Хосе! Ты болван, но ведь и до тебя доберутся! И внуков не пощадят! ИЩИ!!!
— Отец, я..
Поздно.
И только призрачная змея свивает свои кольца.
Хоселиус схватился за голову.
— Отца отравили! Творец!!!
Бернардо был настроен более рационально.
— Ленора, что могло помешать подняться деду? Ты можешь посмотреть? Ты все же маг, может, что и увидишь?
Ленора кивнула, шагнула к гробу.
Есть вещи, которые с усопшего короля снимают. Это коронационное кольцо, церемониальный браслет, часть орденов, которые переходят от отца к сыну.
Есть то, что остается.
То, что человек хочет унести с собой в вечность.
ТАМ ничего не нужно? Может быть. Но откуда вы об этом знаете? А потому.. пальцы девушки ловко подцепили связку цепочек на шее трупа.
Символ Творца, небольшой медальон на цепочке, еще один, и еще.. Бернардо в них не разобрался бы. А Ленора вглядывалась так, словно это не просто ювелирная дешевка. Или действительно – не просто?
— Интересно, – девушка держала в руке обычную жемчужинку на цепочке. Простенькую, не особенно правильной формы и насыщенного цвета. – Кто дарил это деду?
— Он не говорил.
— И неизвестно?
— Откуда бы? – удивился Бернардо.
— Эта жемчужинка – мощнейший поглотитель. Забирает все излишки энергии, а потом просто рассеивает в пространстве. Явно делал грамотный некромант.
— Если некроманты, то Карраско, других у нас при дворе не водится, – взмахнул рукой Хоселиус. – Вполне может быть, что и они.
Ленора задумчиво кивнула.
Да, такое тоже могло быть.
Она свою силу ведь не из ниоткуда получила, ее отец был магом. Матери повезло, никто не стал искать и копать, потому что в королевской семье время от времени появляются маги. Если дед тоже был из них..
Мог быть.
Только вот Ленора – маг огня, сильный маг, она править никогда не сможет. А дед.. возможно, он был слабым магом, и выбирая между магией и троном, выбрал трон.
Правды они никогда не узнают. И все же..
— Можно я это возьму? Узнаю, что и как, потом положу на место?
Призрачная змея снова затрепетала языком. Кажется, оно так смеялось.
— Бери. Мертвым безразлично. Можешь потом не приносить.
Ленора качнула головой.
— Мне только узнать, что и откуда взялось.
— А еще хорошо бы знать, кто отравил деда. Отец, а ты раньше у него этот талисман видел?
— Не помню, – схватился за голову Хоселиус. – Довольно! Голова у меня кругом идет!
Молодежь переглянулась.
Ладно-ладно, со своей головой его величество пусть сам разбирается. А у них другая задача. И Ленора спрятала жемчужину в карман.
* * *
Наверху их уже ждали. И вглядывались.. жадно так, пристально.
Ничего не нашли и, кажется, расстроились. Хоселиус взмахнул рукой.
— Все в порядке. Продолжаем..
И епископ первый затянул молитву.
Все уже расписано, все отработано. После выхода из подземелья начинается вторая часть церемонии – светская.
Его высочество проследует во дворец, где и останется до завтра, со всей семьей. Сегодня они оплакивают короля, молятся и вспоминают его. Вспоминают, а не поминают. Впереди молитвенное бдение, а не застолье с выпивкой.
А уж завтра – коронация.