Страница 212 из 328
А тут и Тереса вернулась. С большим мешком, в котором угадывались платья и туфли. Хавьер легко перехватил у нее ношу. Да тут и складывать-то особенно нечего.
— Тереса живет у меня. Это не обсуждается. А поженимся мы.. Треси, когда?
— Сразу после коронации, – четко сказала Треси. – Платье я сшить успею, остальное не так важно.
— Значит, через пять дней. Всего хорошего, р-родственнички.
И Хавьер открыл дверь перед Тересой.
Помог невесте усесться в мобиль, погрузил в багажник мешок. А потом сел за руль и притянул к себе девушку.
— Успокойся. Все уже закончилось, и я тебя люблю.
— Правда?
— Силой клянусь.
— В-верю, – кивнула Тереса.
И только оставшись одна дома, у Хавьера, она позволила себе разрыдаться. От облегчения и радости. Хавьер видел ее семью – и не отшатнулся!
Видел Пабло – и прогнал его!
И любит ее!
У нее самый лучший и чудесный мужчина в мире!
* * *
— Альба – что это значит?
Роза молчала почти всю дорогу. Но потом не удержалась.
Альба легко пожала плечами. То, о чем они говорили с таном Ксаресом, должно было пока остаться между ними. Даже его детям лучше было не раскрывать истинного положения дел.
— Твой отец понял, какая для меня трагедия – не присутствовать на коронации, и решил меня поддержать.
— Хмммм.. Альба, мой отец.. он никогда и ничего не делает просто так.
— Мы с ним сами разберемся.
Роза недобро прищурилась.
— Ты хочешь стать моей мамочкой?
— Не уверена, – честно созналась Альба. – Но может, это будет выгодно и для тебя, и для меня.
Роза подумала.
— Для тебя – понятно. Но что получу я?
— Деньги? Подругу? Поддержку?
— Что-то я сомневаюсь, что мне это будет выгодно.
Альба тоже сомневалась.
— Роза, я буду честна. Меня твой отец не привлекает. Совсем.
— А его деньги?
— Ну.. это привлекает, да, есть такое. Хочется! Или ты остаешься столько лет рядом с отцом только из большой дочерней любви?
— А вот это не твое дело, – надулась Роза.
В другое время Альба обиделась бы. Но сейчас..
Королевские похороны!
Коронация!
И все это в компании Ксаресов, и в шикарных платьях, заказанных в ателье у сеньоры Наранхо!
Мало того!
У нее с таном Ксаресом есть общий интерес. Пока они о нем распространяться не будут. Пока..
А потом будет видно.
И Альба улыбнулась Розе.
— Обещаю, даже если выйду замуж за твоего отца, не стану тебе вредить. Мне всегда нужна будет союзница.
Роза смотрела с сомнением, верилось в это плохо, но.. другого никто не предлагал.
Ладно!
Не до того! Надо срочно купить платья – и обратно! Королевский кортеж уже должен направляться к городу!
* * *
Кто работает в день праздников?
Да, ателье тоже работают! Потому что всегда – всегда! – случается что-то непредвиденное!
И из уст в уста передают историю о наглой кошке, которая притащила на свадебное платье невесты дохлую крысу.
О пролитых молоке, соке, о пятнах от еды, которые вылезают в самый неподходящий момент.. да мало ли!
Даже о том, как одну ритану – тссссс! – выдавали замуж беременной. И ее с утра так удачно стошнило на свадебное платье, что срочно понадобилась замена.
А уж в день коронации таких случаев! И в день королевских похорон тоже..
Приличные платья, отделанные траурными лентами, у сеньоры Наранхо были. А что?
Потом одни ленты спороть, вторые пришить, а шить полностью траурное платье и нельзя. Это просто невежливо! Ты же не из королевской семьи!
Вот те – да.
А ты не наглей, не надо!
Так что ателье сеньоры Наранхо было в полной боевой готовности. Не хватало только Тересы, и сеньору Пилар это раздражало.
Наглая тварь!
Мало ей, что подслушивала! Так она еще и ушла, и обратно не просится!
Честно говоря, Пилар рассчитывала, что такой работы, как у нее, Тереса не найдет нигде. Помыкается, да и придет проситься обратно! Вот тогда Пилар ее и прижмет, а то взяла волю..
Не пришла.
А судя по тому, что рассказал супруг, работу Тереса нашла. И не жалуется.. дрянь!
Ладно, Пилар ей после праздников займется, и посмотрит, долго ли маленькую гадину будут держать на работе! У Пилар везде знакомства, вряд ли ей кто откажет! Уволят только так!
Но это дело недалекого будущего, а вот подгонять платья под ритан, которые впорхнули на порог, надо уже сейчас.
И сеньора Наранхо лично захлопотала вокруг ританы Риалон.
Ритана Ксарес сказала, что все оплатит ее отец, но.. с какого перепуга?
Раньше он что-то не рвался за доченьку платить, а сейчас начал? Нет, если за кого он и платит, так это за ритану Альбу. И понятно, дорвался старичок до молодого тела!
Впрочем, осуждать Пилар не собиралась. А вот продать эту информацию при случае – со всем ее удовольствием! А пока – платья!
Цена?
Прибавьте нолик и будет вам цена! Все справедливо!
* * *
Пабло был в бешенстве.
Некроманта он тоже боялся, но ведь можно бояться и пакостить, правда же? А Пабло был как раз из таких. Вроде бы и ничего на вид, но как прижмет..
Положа руку на сердце причины гневаться у него были! Разве нет?
Он всем все рассказал, чуть ли не гостей на свадьбу пригласил, планы построил.. осталось только невесту уговорить! И тут, когда уже и родители невесты согласны, приходит какой-то паршивый некромант! И уводит его жену!
Ладно, почти жену!
Понимать же надо!
Обидно? Да это еще мягко сказано! И обидно, и возмущение, и гнев, и ярость – чего только не клокочет в душе преданного и обиженного мужчины!
Как их выплеснуть?
Кто-то пойдет и напьется. Но это не про Пабло! Выпить он может, но спиваться ему не хочется!
А кто-то решит.. отомстить! Хорошо бы восстановить справедливость, но поднимать руку на некроманта? Как-то это опрометчиво.
Дохлый некромант намного опаснее живого. От живого отделаться можно, от мертвого не спрячешься и на том свете. Так что Карраско трогать нельзя.
А Тришку?
Если она такая дрянь продажная, то кто ей виноват?
Вот чего хотела, на то и напорется! Благо Пабло знал, к кому идти, и информацию сливал, бывало, этому человеку, и небольшие денежки от него получал.
Вот ему и рассказать про Карраско. И будет все преотлично! У Пабло.
А что там будет у Тришки и некроманта.. а что будет, тому и быть! Плевать на них два раза! Сами во всем виноваты!
* * *
Королевский кортеж входил в ворота Римата.
Конечно, кортеж – это не совсем правильное слово.
Процессия?
Шествие?
Да, наверное.
Сначала движется знаменосец. У него в руках флаг Астилии, но поверх флага, на древке над ним, повязана черная траурная лента.