Страница 179 из 328
Вернулся он в столицу, когда все улеглось, там и познакомился с Эмералд. Хотя кроме имени там ничего интересного и не было. Так себе девица.. нос длинноват, волосы жидковаты, грудь только на ощупь искать надо. Но возраст!
И приданое!
Анхель решил – надо брать. И занялся.
Очаровать Эмералд оказалось несложно, Ортис ей так пренебрегал, что половину работы за Анхеля сделал. Женщины ж ушами любят! У-ша-ми!
И цветочки ей дарить надо, и всякие глупости говорить, и вообще.. Анхель подсуетился, а Ортис – у него и так денег хватает. Перебьется.
Только вот оказалось, что приданого там кот наплакал. Столько-то он и с любовниц имел. Не деньгами, а вещами и подарками, но имел. И бросить все это?
Связать себя с глупым чучелом?
Нет-нет, без него! Анхель свою свободу разменять на такое не согласен. Та же Алисия хоть красива, а эта.. тьфу! Ну и попала она в неудачный тоже момент. Анхель не сдержался и высказался. Но кто ж знал, что Эмералд не только страшилище, но и дура?!
Другая б пошла, да и снадобье какое купила, чтобы ребенка скинуть. А потом жила, как ей нравится. Не первый век бабы так делают, и мужиков обманывают.
А эта!
Топиться вздумала!
Тьфу, дура!
Ладно б просто утопилась, так еще и Ортису все рассказала. И получил Анхель себе врага на всю жизнь. Рано или поздно он бы точно что-то с Ортисом сделал, просто.. такие тут дела закрутились, что не до него было. Ну и упустил.
И Алисию упустил в результате.
Ничего.
Лоуренсио ему доверяет, так что деньги Анхель не упустит. А больше от таких ничего и не требуется.
И вот не надо мне про ТО дело, оно еще то ли выгорит, то ли нет, а деньги нужны. Всегда.
Итак, что мог бы ответить Каракат такому как Лоуренсио?
* * *
Кто-то другой трижды подумал бы, и четырежды, прежде чем заявиться в нищенский квартал.
Висента Анна Дельрио не сомневалась. А что?
Она здесь своя. Просто не переодевалась сегодня для визита. Но повадки остались теми же. И походка. И жесты. И даже удавка на запястье, чтобы сразу же перекинуть ее на шею жертвы, и короткий клинок в другой руке.
Коротенький, не длиннее пальца, ну так что же? Знать надо, куда его воткнуть, и будет вам счастье!
Давным-давно двое детей – Хуан и Винни оказались выброшены в этот квартал, словно мусор. Бесполезный, ненужный родственникам мусор.
Внешне все выглядело более чем пристойно. Двое детей, остались сиротами.. конечно же, тетка приютила их! И даже заботилась.. стерва!
Хуана – юнгой на корабль, да из военных, чтобы он там загнулся. Там четырнадцатилетние-то погибали влет, а ему и десяти не было!
А Винни.. Винни просто планировалось продать в бордель, и сказать брату, что та умерла. Если брат вообще спросит.
Недооценила тетка ребят.
Хуан подслушал ее разговор. Висента, которая выглядела тогда ангелочком, только что темноволосым, придумала отличный план.
И ночью..
Да, именно Винни подсыпала тетке снотворного, отлично зная, что собирается делать дальше. И ее доченьке – тоже.
А вы думаете, просто так бордель планировался? Дочка замуж выходила, ей приданое нужно. А не двое сирот, с которых ничего не получишь, разве что родительский дом.. тот тетка продала.
Детей – не успела. Потому что полыхнул ее собственный дом. Ночью. Когда она спала.
Проснуться она не успела – угорела во сне. И дочь ее тоже.
Наверное.
Тот пепел, который остался на пожаре, ни один некромант поднимать не стал. Да и что могла сказать тетка?
Уснула, умерла?
Все. Почему уснула? Так люди каждую ночь спят, и что?
Огонь стер все следы. А Хуан и Винни сбежали.
Несколько дней перебивались на улице, потом прибились к одной из уличных банд, пару лет выживали в грязном квартале..
Так уж поделились между ними роли. Хуан – руки, ноги, сила. Винни – жесткий и холодный разум.
Висенте просто не повезло в жизни. Родись она в другой семье, стала бы гениальным аналитиком. Наблюдать за людьми, подмечать самые крохотные детали, делать выводы – талант! Алмаз неграненый.
Кто-то учится этому годами, и все равно ошибается. Кто-то рождается с этим. Как с талантом к музыке, танцам, пению. И талант берет свое.
Москит точно знал, если бы не сестра, они бы не выжили на улице. Он мог драться, мог убегать, но с кем драться и к кому бежать, могла угадать только Винни.
Первым, кто заметил это, был Эрнесто Риалон. Винни помогала его жене в антикварном магазине, конечно, ему стало интересно, что там за помощница такая.
Вторым – Рейнальдо Шальвейн, которого Винни давно уже звала просто – дядя Рей. А как еще-то?
Сколько он ее учил, сколько вкладывал, родители только вздохнут печально и завистливо! Они с детьми занимаются всяко меньше, когда не работают и по дому не заняты. А она с Рейнальдо Игнасио находилась рядом сутками. И рассуждения его слушала, и подозреваемых допрашивала (сидела в уголке, и они сравнивали свои впечатления), и улики собирала..
Чего только не было!
И Винни безумно нравилась эта жизнь. И задания вроде последнего..
Поиграть немного в другого человека? Да что может быть проще! Они с Мерче и так похожи, осталось убедительно сыграть.
Сыграла, ага.
Себе Винни не лгала никогда. Если бы Феола не оказалась магом, да еще каким, Винни погибла бы. Меньшее, что может сделать в ответ девушка, это навести справки про этого самого Анхеля Толедо.
Анхель Хуан Толедо..
Стайка малышни пробежала мимо. На девушку они поглядели сначала с интересом – добыча? Потом опознали как свою, и смотрели уже, как более мелкие хищники на более крупного. Винни привычно была настороже. Кто их знает, шакалят? Еще кинутся сворой..
Она шла в давно известное место. В небольшую хижину на отшибе. В дом, в котором жил Паук.
Прозвище было не просто говорящим, оно точно отражало сущность этого человека. Человека, который старался знать всё и обо всех, держать в своих тощих лапках десятки и сотни нитей, улавливать малейшее дрожание и напряжение..
Будь рядом Шальвейн, Винни не стала бы сюда приходить. Или пришла бы с дядей Реем.
Он сейчас был в Лассара, со сломанной ногой, и приехать не сможет. А информация нужна еще вчера. Как можно скорее! Еще быстрее!
Так что..
В дверь хибарки она поскреблась строго определенным образом. Два раза, потом еще три и опять два. И повторить через сорок секунд.
Только после этого дверь скрипнула и приоткрылась. На пороге стоял совершенно безобидный на вид человек. Даже – человечек.
Невысокий, сутулый, седоволосый, с горбом и в нелепых круглых очках. В каком-то рваном тряпье и с идиотской улыбкой.