Страница 23 из 71
— Да, вести себя, как и все. Быть собой не всегда хорошо, особенно если ты типа крутая.
— Хех, это да! — подмигнул в ответ.
Хотел сказать ещё что-то, но королева меня прервала, резко спустив штаны, которые на сей раз снимались вполне легко.
Мне удалось оценить перемены, которые произошли с дамой, по полной программе. Бедра стали более стройными, не потеряв своей аппетитности. Королевская попка реально была… королевской. За пышные ягодицы хотелось тут же схватиться, при этом они были почти что не жирными. А тот жир, который все же остался, лишь добавлял пикантности образу, не уродуя тело.
К тому же, грудь стала немного другой. Она теперь не так отвисала, соски были вздернуты вверх, а не смотрели вниз, как носы грустного спаниеля.
— Давай, Талион, много дел, — сухо сказала королева, когда полностью обнажилась.
Она наклонилась к одежде, достав из кармана магическую Виагру, но я остановил госпожу.
— Погоди, ты чего?!
— Нашим мужчинам ведь надо, — недоуменно сказала властительница.
— Вот именно… вашим! — ответил, снимая штаны.
Не прошло и пары секунд, как я резко разделся, бросившись на великую монархиню, как на портовую шлюху. Покрывая ее тело поцелуями, быстро прижал к стене. Затем она перехватила инициативу, бросив меня на кровать, где мы тут же придались страсти.
На сей раз все было иначе. Я испытал несказанное удовольствие, когда пышная дамочка играла в дикие скачки. Хотелось поставить ее в известную позу, но сегодня это не получилось.
Королева сделала все очень быстро, да и просить о таком госпожу было как-то не очень. В общем, мы бурно закончили и развалились на постели, как молодожены, забыв обо всем на свете.
— Где твой слуга… Киро? — спросил, когда немного опомнился.
— Там, где и положено быть слуге, — спокойно ответила дама, а после поспешно встала.
Потом она надела все вещи, но вместо того, чтоб уйти села на край кровати, где валялось мое размякшее тело.
— Спасибо тебе, Талион, — тихо сказала монархиня.
— Поверь, мне самому было классно, — подмигнул в ответ, понимая, что тоже пора бы вставать.
— Нет, не за это… Просто ты единственный, кто сказал правду. После встречи с тобой многое изменилась.
Тут королева рассказала о том, как начала заниматься спортом, в то время, когда я скакал по лесам. Она подробно поведала, как сложно отказываться от еды, как тяжело вести себя строго. Но настоящей главой государства без этого стать не удастся.
— Я понимаю, что уже слишком поздно, зато теперь точно не сдамся. Ведь даже властительницы должны развиваться, а не делать все, что захочется, — в конце подытожила госпожа.
— Хех, молодец! — сказал я, поднявшись с постели. — Это реально царское дело!
— Все не так, Талион. Другая бы на моем месте не запускала так свою жизнь…
Тут мне стало печально. В отличие от Вангелии я не смог в свое время исправиться. Хотя… к чему теперь вспоминать.
Вскоре я был одет. Мы перекинулись еще парой фраз, и королева пошла из комнаты, сказав, что могу занять любое место в гареме, а дальше за мной пришлют слуг. Они должны помочь с переездом в небольшое имение, подаренное по случаю обретения прав.
Я чуть не вскрикнул от счастья. Выходит: из грязи в князя! Теперь у слуги будут слуги, и возможно, даже наложницы. Походу, с матриархатом покончено, по крайне мере, я пробил брешь, создав прецедент.
— Эй, все не так просто. Ты будешь младшим землевладельцем. Новые титулы придется зарабатывать долго, — погрозила пальцем королева, видя мою реакцию.
— Поверь, как-нибудь справлюсь! Спасибо! — напоследок воскликнул я. А когда Вангелия почти что ушла, то добавил. — А где Гэлла? Дамочка, что тебя вечно строила…
— А, кто такая? — недоуменно спросила монархиня. — Ты о моей давней наставнице? Она очень мудра и умна, умеет вести политику, как никто больше. Вот и поехала на дальний рубеж у холодного моря, поднимать лесное хозяйство.
— Как? — спросил, не веря своим ушам.
— Добровольно, — хмыкнула королева. — На неограниченный срок.
— Да твою же ты бабку, — почесал голову в недоумении, тогда Вангелия точно ушла.
После визита во дворец я вернулся в гарем. Пришлось сразу объясниться с Таисией, чтоб не устраивать драму перед отъездом.
Как ни странно, она не орала, не закатывала истерик, не ныла. Лишь сказала, что надо больше тренироваться, и я спокойно ушел.
В гареме меня сразу встретили коридорные, которые были как-то слишком любезны. Мне дали одну из комнат с неплохим видом, обращаясь при разговоре «господин Талион». Выходит, трахать королев — выгодно, я теперь что-то вроде наложника в законе.
Хотя, такие привилегии не волнуют. Все равно осталось несколько дней и то, в крайнем случае. Ощущая скорые перемены, я как следует, поболтал с Эйгором.
Постарался не злиться на тупые вопросы, поблагодарил за дружбу и прочитал пару скучных нотаций, которые паренек, как водится, пропустил мимо ушей.
Хотелось пообщаться с Михалычем, предложить ему тоже свободу. Как-никак, я — ё… друг самой королевы. Вдруг удастся его тоже вызволить?
Только хитрый шнырь куда-то пропал, может снова в кого-то вселился? Мог, конечно, погибнуть. Правда, интуиция говорила, что быстрей загнусь я, чем этот хитрый ушлепок.
Дни ожидания стали слишком ленивыми. Полностью забыл про тренировки и магию, про интриги и общение с кем бы то ни было. Я просто валялся и ел, ел и валялся, как средний отдыхающий в Турции, где к слову, ни разу не был.
Спокойствие завершилось внезапно. Однажды утром в коридоре послышался шум. Казалось, собрался митинг против матриархата. Но местные мужики на такое ни за что не способны.
Потому я слегка офигел. Люди орали как резанные, кажется, напирали на мою дверь. Но зачем?
Я быстро оделся, хотел посмотреть в глазок, и понял, что его тут не наблюдается. В сознании встал вопрос: стоит ли открывать свою комнату? Вдруг меня хотят за что-то распять, например, за предательство согаремников? Лучше уж тогда отсидеться.
Решив так, я сел на кровать в надежде, что скоро все кончится. Только дверь все ж открыли. В покои порвались коридорные с простыми солдатками. Они начали что-то орать.
Ко мне подскочили несколько вооруженных женщин. В руках предательски закололо, начала проявляться магия. Нужно было держать себя в узде, чтоб никого не поранить.
— Эй, давайте уже по одной! Я ничего не понимаю! — заорал что есть сил, перекрикивая общий шум.