Страница 59 из 81
От этих объяснений понятней мне явно не стало. Ясно лишь только одно: меня закинут в глушь и заставят кого-то убить, вроде кролика определенной породы. Хорошо хоть не медведя или чупакабру! Но судя по виду девах, все не так просто.
Да и Гэлла могла придумать парочку козней. Для нее присвоение статуса амазонки мужчине — как серпом по клитору или нечто подобное.
К тому же убивать кроликов для меня сложновато. В жизни не занимался животноводством. Для городского бродяги, как я, кролик — это добрый пушистик, сидящий в клетке, а не ходячий кусок мяса, как для многих деревенских парней.
«В любом случае, все не так плохо», — подумал, пытаясь взять себя в руки. — «Если б хотели тупо убить, то явно б особо не заморачивались.»
Скорей всего бабы подстроят ловушки. Сделают так, чтоб я не пошел испытание, показав слабость мужского пола. Тогда закон наконец-то отменят. И мужики никогда не смогут сравниться с женщинами даже чисто в теории.
От этих мыслей вдруг стало обидно. Апатия, преследовавшая меня эти дни, резко пропала. Захотелось показать напыщенным тёлкам кто в доме батя. Пусть статус амазонки не несёт особенных привилегий, но я получу его, чего бы это ни стоило! Здоровенные рамы с сиськами должны офигеть. Причем так, как никогда в своей жизни. Для такого я от души постараюсь.
Прокрутив это все в голове, я быстро пошел к двери.
— Уже готов? — недоуменно спросила рыжая баба.
— Не привык сиськи мять! — грубо отрезал в ответ.
— Вот это забыл, — грозно сказала брюнетка, показывая ошейник в котором я всегда ходил в город.
— А нахрен он нужен? — недоуменно спросил у дамочек, наблюдая, как зеленеют их лица. — Ладно, так уж и быть. Уже недолго осталось. — Добавил, выдержав паузу.
Быковать сейчас было глупо. Я надел ненавистную удавку и отправился вниз. За территорией гарема стояла большая черная карета с черной лошадью, упряжь которой была такого же цвета.
Казалось, что за мной приехала сама смерть. Интересно, зачем этот пафос? Наверное, аналог нашего «воронка». Сотрудники специальных служб, которые приходят в ночи. Возможно, я должен был испугаться, но напротив хотелось заржать. С трудом сдержал смех, садясь в мега пафосную повозку.
Мы довольно быстро понеслись по широкой улице, затем ушли влево. Каждый раз карета куда-то сворачивала. Город становился все менее… городским, и вскоре превратился в деревню.
Мне стало интересно; ни разу не был нигде кроме центра. Хотя, смотреть оказалось тут нечего. Деревня она везде одинакова: маленькие домики, луга, домашний скот, колодцы, лавки с продуктами.
Все это медленно проплывало перед глазами, навевая тоску. Поставить газовые трубы и повесить провода. Все, точно наша глубинка!
— Что, красиво? — в какой-то момент спросила рыжая барышня.
— Ну, так… колоритно, — спокойно ответил я.
— Ты лучше карту учи. За руку никто не потащит, — сказала брюнетка.
— Да ну, правда что ли? Я думал вы со мной и в сортир ходить будете.
Женщины ничего не ответили, а лишь недовольно поморщились. Я развернул желтоватый листок, ведь, в принципе, они были правы. Надо заранее подготовиться, вопросы задать если что. Только мне вряд ли ответят, но все же.
Карта была похожа на детские каракули первоклассника. Полиграфия здесь особо не развита. Я с трудом разобрал, что надо пройти через чащу, потом свернуть на болото. Дальше была непонятная серая хрень.
Обратился к сопровождающим, но они ожидаемо не ответили.
— Ладно, как-нибудь разберусь, — сказал, сворачивая карту. — Мне кто-то поесть обещал. Или скажете, что забыли?
— Многовато болтаешь, мальчишка, — сухо сказала одна из охранниц.
Вторая достала небольшой сверток, протянув его мне. Там оказалось немного хлеба и мяса. Ещё дали бутылку воды, по объему не более литра.
Я догадался, что день будет долгим. Вряд ли там, где мы будем, стоят ларьки с шаурмой. Вместо сытного завтрака, поел лишь немного, а воду и вовсе не трогал. В жилетке были большие карманы, куда без труда поместилась провизия, которую решил приберечь.
Женщины оценили мои действия, переглянувшись между собой. После скромной трапезы воцарилась долгая тишина. В какой-то момент мне даже захотелось вздремнуть. Но спать сейчас было бы неразумно.
Я достал карту и снова принялся изучать. Не заметил, как дорогая резко ухудшилась, превратив поездку в катание на американских горках. В какой-то момент, карета сильно подпрыгнула, карта вылетела из рук и упала под ноги рыженькой дамочки.
Я почувствовал себя рукожопом, с досадой кинувшись исправлять ситуацию. Без задней мысли опустил голову между ног женщины, и лишь потом осознал, что это… странная поза.
— Ох, ты чего?! — грубо воскликнула дамочка.
Карета снова дернулась как в конвульсии. И женщина случайно положила руки мне на затылок, так еще и внушительно надавила.
— Эй, я карту искал! Просто карту! — воскликнул, не понимая, как все случилось.
— Чем вы там занимаетесь? — гневно спросила брюнетка. Хотя кроме гнева в ее голосе звучала капелька зависти.
Рыжая поняла, что случилось. Она ахнула, вспомнив о своем крутом образе, отпустила меня и уставилась в окно, как ни в чем не бывало.
Я выбрался из междуножного пространства, при этом смог достать карту.
— Вот, упала, — показал листок брюнетке, чтоб ее успокоить.
— Давай без мужицких штучек, красавчик, — сердито фыркнула та.
Но я заметил, что она слегка покраснела. И вообще, дамочка была вполне симпатичной. Ее большая грудь резко вздымалась. Из-под балахона виднелись длинные мощные ноги. Настоящая бабища-кобылища, как говорили в деревне.
От смены обстановки и общего стресса я стал слегка возбуждаться. Хорошо бы трахнуть двух спецназовок прямо сейчас. Конечно, полный абсурд. Но в этом вся фишка!
— Хорошо, я буду вести себя смирно, — сказал, глядя красотке в глаза.
— Смотри мне, — ответила дамочка, с трудом пытаясь натянуть маску крутой воительницы.
— Обещаю быть паинькой, — заверил ее.
Рука сама потянулась вперед, задрала подол балахона и погладила женщину по коленке. Я офигел от собственных действий. За такое можно получить и по роже. Ведь сопровождающие вряд ли настроены на секс, или все не так уж и плохо.
Я резко убрал руку, понимая, что это уже перебор. Брюнетка покраснела сильнее, ее взгляд налился злобой, брови резко нахмурились.
И тут… она меня крепко поцеловала, притянув к себе силой. Я ощутил горячие губы красотки, а после упругий язык.