Страница 14 из 81
— Ах так, тогда я тоже свободен! Смотри! — выдохнул я, схватил стопку Лиэлии и с легкостью ее осушил, а потом закусил куском мяса.
— Талион… Тебе может стать плохо! — воскликнула Лилька.
— Пьет, как бездомная баба. Я же говорил, что он сумасшедший, — послышался издалека голос Даймона.
— Я весьма удивлена. На мероприятия подобного рода принято брать лучших наложников, а не наоборот, — чуть слышно прозвучал голос его хозяйки.
— Простите меня, госпожа. Талион испытывает проблемы после одной сложной травмы, — воскликнула Лиэлия, не обращая внимания не искры смеха, которые вспыхивали повсюду.
Я не мог это так оставлять. Водка смешалась с вином… и чувством вселенской справедливости. Молчать было тупо нельзя. Об меня вытирали ноги, словно о грязную тряпку. Не помня себя от ярости, я громко крикнул:
— Заткнись! Все заткнитесь, понятно?! Эта рыжая Вобла, Вебра или как там ее… Она только что меня оскорбила! И я не собираюсь терпеть. По ходу, вы забыли, кто вас ипет и кормит. Не знаю, как остальные, но я нормальный мужик. И не позволю, чтобы всякие стервы на меня наезжали.
— Мальчик слегка перебрал, — злобно фыркнула Верда.
— Не мальчик, а мужик, твою мать. Мой мальчик тебе в рот не поместится! — воскликнул я, чтобы все слышали.
Раздались смущенные голоса мужиков, а женщины заржали, как сумасшедшие. Даже самые скромные из них стали нервно хихикать, прикрывая салфетками рты.
Благодаря выпитому алкоголю, госпожи забыли, что они — госпожи, и превратилась в базарных баб, которым надо лишь хлеба и зрелищ, да каплю мужского тепла.
— Люблю мужчин, которые без комплексов, — сказала кто-то возле меня.
— Верду заткнул за пояс наложник. Такой прием запомнится мне надолго!
— Молодец, мальчик, правильно. А то тетки тебя задавят.
Слыша такие возгласы, Лиэлия улыбнулась, хотя все же была смущена. Она напряжённо думала, как это все прекратить. Мне даже стало жаль эту грудастую бестию.
Пришлось угомониться и забыть об идеях мировой мужской революции. Только это был не конец. Не успело все стихнуть, как Верда поднялась с места, размахнулась, как следует, и влепила мне мощную оплеуху.
Я такого точно не ожидал, о постановке блока даже не было мысли. Потому удар попал точно в цель. Лицо загорелось огнем, рот сам собой раскрылся, на глаза навернулись непроизвольные слезы.
— Слышь, ты попутала, дура?! — громко воскликнула Лилька.
Раздались возгласы недовольства. Парни истерично ахали, а женщины ругали Верду, предлагая наперебой подраться с ними, а не «со слабым мальчиком».
— Он хотел меня порезать, вы видели? У него был нож, отвечаю! — в оправдание крикнула Верда, но ей мало кто поверил.
— Извинись перед Талионом, и мы продолжим наш вечер. Иначе, я за себя не в ответе, — прошипела моя госпожа. Но хорошего в том было мало.
Не хватало еще, чтоб за меня заступалась девчонка. Как ни крути, это был полный маразм. Тогда я толкнул Лиэлию в бок, сказав:
— Не пачкай руки, я сам. Если надо, могу врезать любой, не хуже, чем баба.
— Смотри, как бы снова не прилетело, — хихикнула Верда, чувствуя свою безнаказанность.
— Смотрю, смотрю, дорогуша, — натянуто улыбнулся я.
Затем, полез через стол и отвесил бабе пощечину. Только это сейчас не сработало. Рыжуха легко увернулась, рассмеявшись сильнее.
— Руки коротки, сосунок! Иди в кроватку, и жди пока тебя трахнут! — завопила она.
На Талиона это могло бы подействовать. Но смекалка Сергеича была наготове. Недолго думая, я схватил бокал, в котором было вино, и резко бросил его в сторону Верды. Небольшое расстояние позволило попасть точно в лоб.
Стекло не разбилось, и женщина обошлась без порезов. Бокал отскочил в сторону, расколовшись уже под столом. Но Верда не ожидала такого. Она ахнула, отклонившись назад; выпитый алкоголь притупил равновесие, и женщина грохнулась на пол вместе со стулом.
Грохот от такого падения напоминал гром, который разразился внутри помещения. Когда это случилось, я попросту замер, не понимая, что вообще будет дальше. По залу пронесся всеобщий «ах», кто-то из мужчин истерично вскрикнул, подумав, что случилось ужасное.
— Ты ее убил что ли? — простонала Лиэлия, которая уже пожалела, что не взяла с собой Марка.
— Не бойся, от такого не умирают, — тихо ответил я.
Тут, словно древний вампир из гроба, восстала рыжая дамочка. Она была растрепана, облита вином. Глаза ее светились, как у злобного зверя, на ладони горело нечто синее, похоже, местная магия.
— Я порву тебя, чертов мужчинка, — прошипела она чудовищным голосом.
— Но-но, Верда, остынь! Лучше приведи себя в порядок после полета, — сказала дамочка с большой грудью и широкими плечами, сидящая от нас слева.
— Умей проигрывать, дорогуша. Этот паренёк тебя сделал, — произнесла блондинка с роскошным колье на шее.
Зал взорвался хохотом и весёлыми криками. Великий королевский прием окончательно превратился в бардак. Пусти Сергеича в огород, что называется. Задал я снобам болгарского перца!
Самому даже стало смешно. Правда, Верда была очень настырной. Она не хотела сдаваться, продолжая стоять на ногах минут пять. Когда все немного затихли, то дамочка постучала по бокалу, будто хотела сказать важный тост.
— Тихо, все замолчите! — подвыпившим голосом прогремела она. — Не понимаю, что здесь смешного? Слабый пол унижает взрослую женщину. По-вашему это нормально?
— Так ответь на унижения, если такая сильная, — крикнула кто-то.
— Хах, ответь! — через силу рассмеялась Верда. — А потом вы скажете, что это нечестно. Что бить «слабых» мальчиков не по правилам. Выходит, они могут творить что хотят, а мы должны терпеть эти выходки. Радуйся, Талимон, или как там тебя. Ты пока победил. Но в честном сражении я б сделала из твоих яиц омлет. Причем, даже без магии.
Лилька попросила Верду заткнуться. Бабы начали спорить насчет всего этого. А я под шумок налил себе водки и выпил, мысленно всех послав. Хотелось расслабиться с помощью алкоголя, но эффект получился обратным.
Зелёный змей лишь усилил мое недовольство. Захотелось набить морду рыжухе прям здесь, замутить мужицкую революцию и поставить этот позорный мирок буквой Г. Не думая о последствиях, я поднялся со своего места и злобно уставился на задиру.
— Что ты там гавкаешь, дура?! Я тебя порву, как скотину! Извинилась быстро тут перед всеми, пока в нокаут не улетела! — заорал я, окончательно плюнув на пафос мероприятия.