Страница 18 из 27
— Надо бы узнать, во что он нынче инвестирует. Может, он не так и низко пал.
Теперь Ян роется в своем телефоне.
— Есть кое-что, — говорит он наконец. — Несколько дел, где фигурирует Морозов как ответчик. Истцы — люди, которые пытались оспорить сделки с его недвижимостью. Получается, что он вкладывал деньги в недвигу. Продавал через агентство Великанова. Но все истцы проиграли. Но не потому, что у них не было доказательств. А потому, что они.. не могли вспомнить детали. Путались в показаниях. Забывали, зачем пришли в суд.
Я медленно выдыхаю.
— Прямо как оборотень, который забыл Беллу.
— Именно.
— Это не просто риелтор, — я начинаю ходить по комнате. — Это система. Морозов владеет недвижимостью. Великанов ее продает. Клиенты с травмами приходят, а уходят без памяти. Возможно, ты прав. Они проверяют диагнозы по моей базе. Ужас какой! Такое предательство! Я же так доверяла своей домовихе!
Я подхожу к окну. За стеклом темень, лишь изредка прорезаемая светом одинокой машины, проезжающей вдали.
— Он специально выбирал определенных клиентов, — нарушает тишину Ян. — Недвижимость с историей стоит дороже. И покупатели с историей — податливее. Если ты знаешь их боль, ты можешь им продать все, что угодно. Даже воздух. А потом отнять. Великанов собирал досье на клиентов не для оценки платежеспособности. Для оценки уязвимости.
— А им управлял Морозов.
— Да. Он вовсе не отошел от дел. Он просто ушел в тень. Мне пока не до конца понятна схема. Но что-то явно уже нащупывается. У нас есть адрес квартиры, которую хотела купить Белла. Вряд ли Морозов в ней живет, но она нам может подсказать ответы..
Он не успевает договорить. Потому что в коридоре раздаются шаги.
Мягкие, крадущиеся.
Ян оказывается у двери быстрее, чем я моргнула. Он прижимается к стене, прислушиваясь. Я замираю за его спиной, чувствуя, как сильно колотится сердце.
Шаги приближаются к двери. Под дверью появляется тень — чья-то фигура стоит с той стороны, не решаясь войти.
Ян оборачивается ко мне и одними губами произносит:
— Не дыши.
Я и так почти не дышу, и думаю, что мы включили свет. Это наверняка заметно с улицы.
Секунда. Другая. Третья.
Тень под дверью шевельнулась, и шаги начанают удаляться. Так же медленно, крадучись, будто тот, кто идет, не хочет быть услышанным.
— Кто это мог быть? — шепчу я, когда шаги стихают.
— Тот, кто знает, что мы здесь, — так же тихо отвечает Ян. — Или тот, кто хочет что-то найти в номере Беллы..
— Вариантов много, и все плохие.
Ян выжидает еще минуту, потом осторожно выглядывает в коридор, приоткрыв дверь ровно настолько, чтобы можно было просунуть голову.
— Никого, — сообщает он. — Но это не значит, что мы в безопасности.
— Что будем делать?
— Осторожно вернемся в наш номер, забрав записи Беллы и договор.
Мы возвращаемся. Ян спокойно, словно ничего не происходит говорит:
— В номере одна кровать, Милена. И я не собираюсь спать на диване. Крайне неудобно. Но зато кровать огромная. Мы запросто поместимся и не будем мешать друг другу.
— Я.. — черт, мне тоже не хочется спать на диване. — Ладно. Но если ты кусаешься во сне, я буду защищаться.
— Вампиры не кусаются во сне. Мы спим как убитые.
— Это каламбур?
— Это констатация факта. Ложись. Завтра трудный день.
Он прав. Нам предстоит ехать на Лесную улицу. В квартиру, которую хотела купить Белла.
Я принимаю душ и ложусь на край кровати, не зная, что страшнее: то, что нас кто-то ищет, или то, что я не против спать с вампиром в одной постели.
Ирония судьбы. Психолог, которая не может разобраться в собственных чувствах.
Я закрываю глаза и стараюсь не думать об опасности.
Из ванны слышится шум джакузи. Этот чертов вампир со своей депрессией спокойно наслаждается массажем. И тут я вспоминаю про шампанское и еду, которые Ян хотел заказать. Сажусь на кровати и обвожу взглядом комнату.
Вот же наглец! Пока я принимала душ, он открыл шампанское и перекусил! Пустая бутылка возле столика и обертка от мороженого весьма красноречиво говорят о его подлом поступке!
Надеваю халат и марширую к мини-бару. Достаю вторую шоколадку, а подумав пару секунд, и бутылочку мартини. Все равно платить ему.