Спонтанная покупка

Глава 17

Вскоре после того, как рассвело, – он спал с открытыми шторами, поскольку кто здесь увидит, что он спит голый, – Рассел скатился с кровати и натянул синий комбинезон, который бросил на пол вчера вечером. У него было четыре комбинезона, купленные у торговца кормами, и он носил их по очереди. По правде говоря, он бы не вылезал из них весь день, каждый день до конца жизни, и никогда бы не терзался вопросом, что надеть. Он бы так и сделал, если бы дочь не была против. Он ухмыльнулся. Она бы узнала. От Джен ничего не скроешь даже на другом конце света.

Застегивая кнопки, Рассел дрожал. Холодные пальцы рассвета… Как там говорится?

Не снимай зимнюю одежду, пока не закончится май.

Уже чертов июнь, а по утрам в долине изморозь, которая вызывающе сверкает на северных склонах, пока не растает на солнце.

Он рискнул посмотреться в зеркало и содрогнулся. С Рождества, когда он в последний раз заглядывал в парикмахерскую, волосы отросли космами ниже плеч. От работы на открытом воздухе кожа покраснела. А губы потрескались. В нем с трудом можно было узнать сотрудника дорожной полиции, которым он был пять лет назад, – элегантного, в безупречно сидящей униформе, за рулем мощного «БМВ». Но Расселу нравилась нынешняя, более дикая версия себя. Он по-прежнему был в хорошей форме. Бегать за свиньями было труднее, чем гоняться за преступниками. Хотя свиньи оказались не менее изворотливыми и шустрыми.

Рассел выглянул в окно, чтобы напомнить себе, зачем он здесь. Бескрайние зеленые поля озарялись золотым солнечным светом, по мере того как поднималось солнце, пробиваясь сквозь дымку. Гигантские дубы прорисовывались сквозь исчезающую на глазах серебристо-белую пелену, отбрасывая длинные тени на холм. Его ждала свиноматка и, возможно, выводок проворных розовых поросят. Рассел улыбнулся, представив их. Он обожал каждый трюфельный пятачок, каждое усатое рыльце и каждый изогнутый хвостик на ферме. Игривую натуру и умные глазки своих подопечных. Их шалости и, можно сказать, оптимистичное отношение к жизни.

Они подняли ему настроение после депрессии, в которую он впал из-за совершенно мирного развода. Мирный развод или нет, трудно не принимать на свой счет, когда после двадцати пяти лет брака тебе говорят: «Дело не в тебе, дело во мне». По правде говоря, Труди проявила смелость, иначе они бы так и продолжали делать вид, будто их что-то связывает, и Рассел был рад, что нашел занятие, которое сделало его если не упоительно счастливым, то, по крайней мере, довольным жизнью. Разве быть довольным не лучше, чем быть счастливым? Счастье – прожорливый зверь, постоянно требующий кормежки, удовлетворенность – спокойное и нетребовательное чувство.

После развода Рассел вышел в отставку досрочно и решил заняться чем-то совершенно другим в каком-нибудь совершенно другом месте. Почти год он искал подходящий участок земли и наконец нашел эту маленькую ферму на самом юге, где никогда раньше не бывал. Земля предназначалась для сельскохозяйственного использования, поэтому цена была посильной. То есть ему требовалось подтвердить, что он зарабатывает на жизнь сельским хозяйством. Спустя три года это почти удавалось ему с помощью небольшого стада темворсов – он выполнял заказы клиентов, нагружал грузовичок и отправлялся на фермерский рынок в Хонишем по четвергам, продавая колбасы и бекон, завернутые в коричневую бумагу и перевязанные красно-белой бечевкой, отвешивая окорок и вонзая острый нож «Стенли» в свиной филей.

Рассел всмотрелся в дальнее поле. Его внимание привлекло какое-то движение. У него упало сердце. Маленькие сорванцы! Опять сбежали. Группа поросят, вырвавшихся на свободу, неслась через поле в сторону леса, только уши развевались. Черт!

Он ринулся вниз по лестнице, остановился на секунду, чтобы натянуть сапоги у черного входа, и бросился через двор в поле. Вчера вечером он несколько раз проверил, в порядке ли электрическое ограждение, но этот последний выводок состоял из отпетых бандитов. Рассел их просто обожал, но поймать их будет невозможно. Слава богу, он привык совершать пробежку по вечерам, вдыхая ароматный воздух, любуясь живыми изгородями, деревьями и берегом реки. Он взобрался на холм, увязая в грязи, и влетел в загон, нашел дыру в заборе, через которую поросята вырвались на свободу, улыбнулся, восхищаясь их смелостью, и стал высматривать в поле пятна цвета меди, имбиря и ржавчины.

Рассел спикировал на первого беглеца, схватив как можно крепче его яростно извивающееся тельце.

– Вот ты, послушай меня. Мы вас полностью запрем после этого. Выбраться будет невозможно.

В ответ – недовольное фырканье и возмущенный взгляд маленьких глазок.

У Рассела ушел целый час на поимку остальных беглецов и временную починку забора. Вернувшись в дом, он открыл холодильник, чтобы достать молоко для заслуженной чашки чая.

Молока не оказалось.

Он решил выпить чай без молока, но молоко было также нужно для кукурузных хлопьев. Он вздохнул, вышел из дому и направился к грузовичку, чтобы поехать в деревенский магазин. Хорошо еще, что тут был магазин. Ничего подобного не имелось в большинстве мест, которые Рассел рассматривал для переезда, и он радовался, что поселился не так далеко от благ цивилизации. Эмоционально он был самодостаточен, но всю свою взрослую жизнь прожил в шумном городе и нуждался в людях, даже если держался от них на расстоянии. Было достаточно знать, что люди рядом.

У магазина он остановился прочитать объявления. Новые хозяева в «Лебеде». Это интересно. Он надеялся, что они не испортят паб. Рассел любил спокойно выпить пинту вечером в пятницу или в воскресенье за обедом, а то и за ужином. «Лебедь» был тем местом, куда можно пойти одному. Если хочешь поболтать, всегда найдется собеседник, но тебя оставят в покое, если по твоей осанке увидят, что ты не расположен к разговору. Он расстроился, когда Алан сообщил, что собирается продать паб застройщику.

– Выходит, «Лебедь» получил отсрочку, – сказал он Лоррейн, выкладывая на прилавок буханку хлеба, пинту молока и упаковку мятных конфеток «Поло».

– Я чертовски этому рада, – ответила она, подсчитывая стоимость покупки. – Какой был бы ужас, если бы его прибрал к рукам этот жулик Маркус Дрейкотт. Квартиры для пенсионеров! – Она тряхнула белой гривой.