Страница 80 из 91
Глава 24 План
Когда вручаешь свою жизнь
в руки чужака – это глупо и
безответственно, но порой,
это единственное решение
Вернулся в убежище с мыслями, что медлить нельзя. Хотелось скорее отправиться домой. Наверное, впервые за последнее время, я так жаждал ступить на родную землю и почувствовать, что наконец-то закончилась эта гонка на выживание. Но и торопиться не следовало. Как говориться – поспешишь, людей насмешишь. В нашем случае любой неверный шаг – это смерть, и смеяться впоследствии будет Дэвид, а меня это не устраивало.
– У нас ведь выбора нет, – сказал Харли, выслушав мою историю о плане Садовника. – Артефакты помогут, но и поддержка этого робота неожиданная. Как бы чего не вышло.
– Отчего он сам не запустит этот вирус? – задал резонный вопрос Ванька.
– Дело не только в вирусе, – ответил ему я. – Надо лишить Дэвида куба. Потому что в любом случае всё может сложиться, как у Хаббала с Леоном. Они оказались беззащитными перед технопластиноидом, а в руках мощный артефакт.
– Не думаю, что мы сейчас в равных условиях, – вставил Харли, скрестив руки на груди. – Да и где пёс?
– Остался у Садовника, – ответил я, вытаскивая из рюкзака бутылку с водой. Сделал несколько глотков и глянул на Ленку. Она полна решимости. В голубых глазах застыли льдинки. Губы сжала и кивала, слушая меня. – Медлить нет смысла. Не отступить – это возможность вернуться. Потому что мы дошли до конца, как я думаю.
– Согласна, – кивнула она. – Только это ещё не финал игры, Дэн, и не так просто будет лишить Дэвида власти.
– Поэтому нам нужен план, – ответил ей, да и остальным, зная, что стоит подумать, как всё провернуть, чтобы и комар носа не подточил.
Я рассказал, как попал в убежище Садовника, и что именно оттуда мы отправимся в Полис. Конечно, тёмное время суток сыграло бы нам на руку, но здесь ночи не бывает, поэтому будем довольствоваться тем, что есть, а именно прикрытием нашего плаща- невидимки.
– Отдохнуть не получится, – проговорил, запуская пальцы в волосы. – Идти надо сейчас, тем более, вход в секретный бункер Садовника в сердце свалки. Интересно мне только, как мы уместимся на той штуке, на которой мы с Митраном мчались в жилище мятежного робота.
– Может, там всё предусмотрено? – с надеждой в голосе отозвался Ваня. В его глазах я читал задор какой-то и мальчишескую беспечность. – Раз даже для пса были ремни безопасности.
Я пожал плечами. Сунул руку в рюкзак, вынимая артефакты один за другим. Говорил, что каждый будет отвечать за свой арт, потому что не мы выбирали их, а они нас.
– Это точно, – добавил Харли. Взял у меня из рук «Красную звезду» и, положил на ладонь, долго разглядывал: – А ведь в том мире СССР этот орден был заслужен кровью и мужеством. Как же он стал артефактом? Или дело в нашем появлении?
– Всё может быть, – ответил ему, сам не зная, прав я или нет. – Вселенная защищается, как может от разрушения, запущенным Дэвидом. Наверное, так и есть. «Малахит» в руках Вани вещь отличная, – продолжил глядя на сына. – Видел, как ты тренировался. Сможешь отбрасывать от нас врагов? Ну, если понадобится.
– Постараюсь, – кивнул сын, – но я пробовал только на машинах и камнях.
– По ходу к трейлеру Садовника подкинешь кого-нибудь из роботов. Нас видно не будет под «Хамелеоном», а тебе попрактиковаться надо, – предложил ему Харли. Я согласился с его идеей, а Ваня, надев кольцо на палец, покрутил его и проговорил тихо, что возможность кольца не только поднимать предметы. Я вопросительно взглянул на него, приподняв бровь:
– Что ты имеешь в виду, Вань?
– «Малахит» умеет то же самое что и «Хамелеон», – ответил сын, – но его сила распространяется лишь на хозяина кольца. – Парень снял арт с указательного пальца и надел на мизинец. Несмотря на то, что кольцо ему не по размеру, оно вдруг сделалось маленьким, словно прилипло к фаланге Ваньки, и мальчишка исчез.
– Эй! – подскочил я с продавленного кресла, на котором сидел всё это время. Сердце бешено заколотилось, а во рту стало вдруг сухо. На плечо легла рука Лены:
– Дэн, он уже делал это, просто ты не знал, – проговорила она, успокаивая меня.
Ваня появился, словно из воздуха с виноватым видом.
– И что так волноваться, отец. Мы ж просто говорим. Я сделался невидимым и всё.
– Хорошо, – буркнул я, чувствуя себя перестраховщиком. – Честно признаюсь, испугался за тебя. А то помнишь хрономир, как ты испарился с ним? А?
– Помню, – улыбнулся Ваня. – Но я ж вернулся.
– Вернулся он, – проворчал я.
– Не бухти, Дэн, – улыбнулась Лена. – С вами всё ясно, а вот как мне быть? – Она вынули из рюкзака куб. – Я не до конца изучила его, и мне страшно. Сделала нас моложе, а Ваню старше. А что же ещё умеет эта штука? Если хрономир пособен перемещать сквозь миры, то и куб делает это. Ведь Дэвид именно так проходил по измерениям Вселенной? И зачем Вера создала новый куб?
– Не проще обо всём спросить Садовника? – предложил Ваня. – Что толку сейчас гадать, что и как.
– С одной стороны ты прав, – ответил ему Харли, закидывая на плечи рюкзак. – С другой стороны, я бы не доверял этому роботу безоговорочно. Вот Вера бы точно рассказала, как обращаться с ним.
– Ты прав, – кивнул я. – Ну, что, идём?
– Идём, – закивала Лена, окинув взглядом автобус. – «Хамелеон» у тебя?
– А как же. – Вынул свёрток и подбросил его над головой. Теперь мы снова невидимы для андроидов.
Дорогу я помнил и рад, что друзья последовали за мной тогда. Даже не спросил их о песчаной буре, в которую мы попали с Митраном. Однако глядя на пыльную одежду товарищей, понял, что и они оказались в этой круговерти.
– Я вспоминал об очках, когда мы с Митраном угодили в ураган, – сказал им.
– А мы воспользовались защитой, – ответил мне сын. – Мы же следовали за вами. Хотя ты и говорил не идти. Рюкзак помог.
– Знаю. Иначе как бы я вас нашёл в этом автобусе. Мне Садовник сказал, что вы обязательно пойдёте за мной. Хорошо, что мне не пришлось возвращаться в деревню яйцеголовых.
Не стану рассказывать, как мы добрались до трейлера Садовника. Территория свалки не настолько огромна, и ноги сами вскоре привели к обшарпанному вагончику. Удивляло, что никто не совал туда нос. Из любопытства хотя бы, или оно просто не свойственно роботам?