Страница 54 из 91
Глава 16 Ваня
Мы часто недооцениваем детей,
в их детские головы часто приходят
замечательные идеи.
В горле сжалось, дыхание напоминало обжигающий ветер в пустыне. Я опустился на стул, закрывая лицо ладонями. Сердце отбивало ритм – тук-туу, тук-туу, тук-туу…
– Ну не дурак же, – хрипло проговорил, слыша быстрые шаги за дверью.
В комнату вбежал Харли:
– Что случилось? Неужели Ваня…
Он замолчал на полуслове, а я, оторвав пальцы от пылающих щёк, смотрел на друга.
– Активировал хрономир. Самоуверенный мальчишка…
– Но как?
– Да откуда мне знать! – вскочил и с бессильной яростью глянул на Харли. Хотелось кричать, плакать, а ещё дождаться возвращения Дэвида, чтобы прикончить. Хватит разговоров. Что мешает открутить голову этой сволочи? Поиск ответов? К чёрту это дерьмо!
Я плюхнулся на стул, тяжело выдохнув. Обхватил голову руками, запустив пальцы в длинные волосы. «Ванька, ну зачем ты это сделал? Разве не понял, что эта вещь опасное изобретение врагов».
– Возьми себя в руки, – услышал твёрдый голос Лены. – Чего толку психовать. Вернётся Ваня. Вот послушай, – она села на корточки напротив, положила ладони мне на колени. – Сейчас мы ничего не сможем изменить. Он вернётся.
– Откуда ты знаешь? – спросил, чувствуя, что предательские слёзы брызнут из глаз. – Глупый мальчишка.
– Он хотел помочь, – ответил за неё Харли. – Это могло случиться с любым из нас, кто прикасался к устройству.
Я молча кивнул. Ненадолго в комнате повисла тишина. Услышал внизу, как хлопнула дверь. Наверняка вернулись Настя и Жёлудь. Они ещё не знают, что стряслось с моим сыном. Неужели и его я потерял.
Знакомый голос позвал Анну Семёновну. В груди ёкнуло.
– Баб Нюр, ты где? Дело у меня тут важное! – позвала хозяйку дома женщина с голосом моей погибшей жены. Захотелось хоть глазком взглянуть на неё.
Глаза Лены и мои встретились. Её светлые волосы обрамляли красивое лицо. Мне показалось, она тоже поняла, что я чувствовал. Она нравилась мне, но воспоминание о матери моих детей больно сжали сердце.
– Кто это? – спросила женщина.
– Наташа, – проговорил я чуть слышно, хотел встать, но руки Ленки вдруг стали такими сильными. В глазах появилось что-то болезненное, как будто она уже решила, что потеряет меня навсегда.
– Ты же понимаешь, что она другой человек? – прошептала Лена. – Понимаешь? – Я безвольно пожал плечами опустошённый и раздавленный.
Анна Семёновна, стоящая у дверей, тихо проговорила, что скоро вернётся. Я слышал её шаги на лестнице и проклинал, этот чёртов туман, разбросавший нас, как звёздную пыль по разным мирам.
Лена осторожно вышла в коридор. Оттуда можно наблюдать, с кем говорила бабушка, потому что отлично видна входная дверь и холл. Наталью Лена знала плохо, и они не общались особо, но женщина, кажется, узнала её. Погибла жена после первой волны нашествия ходячих мертвецов. Мне некогда было оплакивать её. Я детей поднимал на ноги и боролся с жестокостью мира, ставшим безразличным ко всем людям.
«Любопытно, знал ли что о хрономире Хаббал, – вдруг подумал я, – что если его записи помогут мне отыскать хоть что-то». Записная книжка во внутреннем кармане и чтобы найти что-то нужное, приходилось листать её то с начала, то с конца. Жаль невозможно вбить в поиск слово и найти информацию по нему. Это просто бумага и чтобы понять суть, приходилось выцарапывать её из букв, из мыслей, написавшего последовательность своих странствий, Хаббала.
Настя с Жёлудем отправились на поиски Ваньки.
– Может он переместился. Как ты тогда, – предположил Жёлудь. – Нас всё равно тут никто не знает, а посёлок не маленький. Найдём, обязательно, найдём его.
Я кивнул и как заговорённый потянулся к записной книжке Хаббала. Надо отыскать там подсказки. Хрономир возможно, был и в руках странника? Или им всегда владели люди Дэвида. Вспомнились солдаты в коллекторе Оружейника. Интересно, что же стало с этим измерением?
__________________________________________________________
Мир Теней остался позади. Я радовался, что метаморфозы коварной аномалии не повлияли на нас. У меня нет путеводителя, лишь неясные образы и маршруты. Решил, что пора нарисовать карту и отмечать маршрут, чтобы не запутаться. Место, где мы оказались, не похоже на негостеприимную пустошь Теней. Тут лес, пахнущий весной и почками. Тропинка привела нас к хижине. Помню, что тогда Леон сказал, что именно в таких избах раньше жили ведьмы. Говорил это серьёзным тоном, а мне вдруг стало смешно. Я смело направился вперёд. Митран трусил рядом, и когда в доме открылась дверь и к нам выбежала собака, мой пёс напрягся. За рыжей псиной, похожей на волкодава появилась девушка с ружьём. Выглядела она явно обеспокоенно, что и понятно. Для этого места одежда у нас странная. Как подозрительно, наверное, мы выглядели в джинсах и кожаных куртках. Потому что так нам удобно. На хозяйке дома сарафан из светлой ткани, вышивка не особо изысканная на груди и на рукавах голубой рубахи. Стояла эта девчонка босая. Пёс лаял, Митран уселся глядя на хозяйскую дворнягу, а мы с Леоном смотрели в дуло винтовки, раздумывая, как быть.
Верта, так звали девушку, потом с удивлением разглядывала наши вещи, наблюдала, как я пишу в своей записной книжке. Рассказывали ей, откуда мы, а она говорила, что теперь живёт в лесу совершенно одна. Родители и соседи умерли несколько лет назад из-за неизвестной болезни, поэтому ей тяжело стало добывать пропитание. Отец научил охотиться и ловить рыбу. Так она и выжила. В город идти побоялась, здесь больше никого не встречала и поэтому испугалась, увидев нас. Никакой ценной информации мы не получили от Верты. Однако обследовали лес и, выйдя на пригорок, увидели у подножья холмов город. Решили не рассказывать пока ей ничего. Он мёртв, руины выгорели, и выжившие наверняка ютились в полуразрушенных зданиях. Знали, что люди часто становились жестокими, попав в тиски обстоятельств. Поэтому ни к чему Верте искать приключений в этом месте.
Мы спустились в Старый город, так его называла девушка, любопытство оказалось сильнее страха за свои жизни. Леон вспомнил о болезни. Да, о ней говорила Верта. Но я не видел могил и крестов, или у них иные традиции погребения? Поделился мыслями с Леоном, и он, кивая, говорил, что всё это подозрительно.