Два плюс два. Или дети решили все за нас

Глава 17

Полина

Странный мужчина...

Ну как вот можно оставить своего ребёнка с совершенно незнакомой женщиной? Он ведь даже не спросил мой номер телефона, чтобы позвонить и спросить, как у Мити дела.

Наверное, я никогда не смогу понять таких родителей.

Такие мысли не покидают мою голову с того самого момента, когда пришёл Митя. Я злюсь и всё активнее начинаю махать лопатой, спина болит с непривычки, но я упрямо продолжаю чистить снег.

Дети резвятся рядом, они сначала строили свой замок, ну или что-то более или менее похожее на него, а потом просто начали играть в снежки. Их заливистый смех звучит на всю округу и если бы я так не была погружена в свои мысли, тоже смеялась. Но не могу никак отпустить эту ситуацию.

— Ох, как же у вас весело. Маша, ты себе смотрю, дружка завела?

Вот никак не могу привыкнуть к тому, что во двор может зайти кто угодно, конечно, я рада видеть тётю Валю, но как-то странно, когда входят во двор без моего разрешения.

Несколько минут тётя Валя занята тем, что обнимает мою кроху, я как раз успеваю вернуть лопату на прежнее место и подойти к ним.

— Добрый день.

— Здравствуй, Полина.

Дети возвращаются к своему занятию, снова спорят, как правильно строить замок, но я замечаю, как настороженно смотрит Митя в нашу сторону.

— А что это у тебя делает Вовкин сын?

Человеческое любопытство невозможно победить, я уверена, о том, что Митя сегодня был у меня во дворе, к вечеру будет знать вся деревня. И тётя Валя это сделает не со зла, просто она привыкла так жить, не умеет по-другому.

— Дедушку Мити положили в больницу, и я согласилась присмотреть за ним это время.

А мне просто нечего скрывать, вот и отвечаю правду.

— Смело. Только ты, Полина, будь осторожна с этим мальчиком, он всех женщин извёл, Машку так вообще до истерики довёл, она теперь дом Солдатова стороной обходит.

Тётя Валя ещё что-то говорит, но я не слушаю, а смотрю на мальчика и вижу, что он понимает, о чём сейчас мне говорят. Его взгляд становится потерянным, и он даже дёргается в сторону, готовый сбежать в любую секунду. В этот момент мне так становится обидно за этого мальчишку. Митя — очень хороший мальчик, добрый, отзывчивый, только есть у него какая-то душевная рана, которая никак не заживёт. Наверное, такая есть в любом из нас, кто-то так и живёт с ней всю жизнь, а кто-то находит лекарство и забывает о боли. Мне очень хочется помочь этому мальчику и залечить его раны.

— Тётя Валя, давайте вы мне не будете об этом больше никогда говорить. Митя не хулиган, он ведёт себя прекрасно, а то, что какая та там Мария до сих пор боится шестилетнего ребёнка, то это только её проблема.

Отвечаю спокойно, вежливо, мне не хочется обижать эту женщину, но в то же время добавляю в голос твёрдости, чтобы она поняла, эта тема закрыта.

Поворачиваю голову, смотрю теперь не на Митю, а на соседку и в её глазах не замечаю обиды на мои слова в них одобрение.

— Ты молодец, Полина, я уверена, Владимир это оценит.

Хочется фыркнуть, сказать, что его одобрение мне и даром не нужно. Но какой в этом смысл? Тётя Валя уже что-то себе придумала, и её не переубедить.

— Чаю не хотите? Мне пора обед готовить.

Я долго думала сегодня, чем кормить Митю, ведь я вообще не знаю его предпочтений, а потом решила не париться по этому поводу, если не захочет есть суп, то всегда можно по-быстрому пожарить картошку или сварить макароны.

— Нет, Полина, я пойду, зашла просто посмотреть, как у тебя дела и если что предложить Маше у нас побыть, пока ты тут делами занимаешься, но вижу, ты со всем справляешься и я теперь спокойна. Если что-то нужно, ты заходи, не стесняйся.

Благодарно улыбаюсь соседке.

— Спасибо.

Как только тётя Валя уходит, я подхожу к детям и с улыбкой говорю.

— Кто будет мне помогать, готовить обед?

И в ответ раздаётся дружное.

— Я!

— Тогда быстро в дом, раздевайтесь, мойте руки и на кухню.

Приготовление обеда превращается в самую настоящую игру. Я доверяю Маше достать из ящика овощи, чищу их и потом уже Митя, как мужчина делает самую трудную работу, трёт морковь.

Дети счастливы им нравится, что их не гонят из кухни, а дают быть наравне со взрослыми, помогать, может, поэтому суп становится ещё вкуснее.

После обеда Маша привыкла спать, хотя сейчас, бывает, начинает капризничать и отказывается. А мне, как матери жалко терять дневной сон, всё-таки это время родительского отдыха, возможность выдохнуть и просто посидеть в тишине. Но пока мне это точно не грозит. Если Машу ещё можно хоть как-то уложить, то Митя уже совсем взрослый и смотрит на меня так, будто я сказала какую-то невероятную глупость.

— Ладно. После еды мне нужно навести порядок на кухне, а вы пока можете посмотреть мультики, или почитать книжки.

Понимаю, что Мите неинтересны девчачьи игрушки куклы и детская посуда, но выбора у меня нет. Надо напомнить мальчику, чтобы он взял что-нибудь с собой завтра.

Дети убегают в спальню Маши, и я могу спокойно навести порядок, проходит минут двадцать, может, чуть больше, когда я замечаю странную тишину. Все родители сейчас меня понимают. Вот вроде ещё пять минут назад был слышен смех и возня из комнаты, а потом раз и тишина, мысли сразу посещают не самые хорошие, и вот ты уже бежишь проверять не сделали там дети дыру в стене, ну или ещё что-то в этом роде.

Слегка приоткрыв дверь, вглядываюсь в небольшую щель и не могу сдержать улыбки. Маша уснула с куклой, а Митя с книгой, они вырубились прямо на полу, всё-таки свежий воздух и еда творят чудеса. Не решаюсь перекладывать детей в кровать, аккуратно на цыпочках прохожу в спальню и, взяв одеяло, накрываю сорванцов. Как минимум час тишины мне обеспечен. Это время я решила потратить, чтобы узнать, как там в больнице дела. Номера Анатолия Васильевича у меня нет, но есть другой, его я сразу и набираю.

Длинные гудки раздаются в динамике один за другим, я уже не питаю надежды, что мне ответят и когда уже решаюсь сбросить вызов, в трубке раздаётся бодрый голос.

— Привет, Полина. Ты по делу или просто поболтать?

Малютин Константин Олегович — кардиолог городской больницы, где я работаю, заведующий отделением. С ним мы часто общались, особенно по рабочим вопросам, ведь бо́льшая часть пациентов скорой помощи — это как раз по его профилю.

— Если бы просто поболтать захотела, то позвонила бы твоей жене.