Дочь друга. Трогать нельзя

Глава 70

Андрей

— Ты охуел? — бросает Рашит, как только шаги Сабины стихают за занавесом беседки.

Сунув руки в карманы брюк, я устремляю на друга тяжёлый взгляд. Не сказать, что я понимаю его чувства — у меня нет дочери, во-первых, а во-вторых — не вижу ничего страшного в том, что взрослый человек спит с другим взрослым человеком. Но я пытаюсь понять. В конце концов, у меня к Сабине тоже маниакальная потребность в защите, просто другого характера.

— Охуел. — Отвечаю спокойно.

У Рашита от злости краснеет лицо.

— Не находишь правильной мысль, что в качестве друга ты поступил как полное дерьмо? — цедит он сквозь зубы. — Когда я часы тебе возвращал, ты же сказал, что между вами ничего нет.

— Потому что она так хотела, — киваю я.

— Она хотела⁈ И с каких пор ты потакаешь желаниям моей дочери? С тех самых, как начал её трахать?

— Нет. Раньше.

Мои спокойные ответы явно только сильнее его заводят. Я вижу, как его ноздри раздуваются от тяжёлого дыхания.

— Ты не будешь с ней спать.

— Буду.

— Не беси лучше, Игнат.

— А то, что? Ты же понимаешь, что не можешь ничего сделать? Запрешь её дома на всю жизнь?

— А ты собираешься всю жизнь её пасти⁈ — рявкает Рашит.

— Как минимум.

Он сощуривается.

— Нахрена тебе это всё? Мы же оба знаем, Игнат, что тебе есть, кого трахать? И ты никогда не горел желанием связать себя узами брака. Тебе баб мало? Зачем калечить мою дочь?

— Я не собираюсь её калечить.

— А че ты собираешься?

— Она мне нужна.

— Да ты что?

Я бросаю на Рашита взгляд исподлобья.

— Была бы не нужна, я бы вообще к ней не подошёл. Уж будь уверен.

— И с чего бы мне верить твоим словам? На мой взгляд, в рамках всей ситуации, ты как раз доверия не заслуживаешь.

— Время тебя убедит.

— Хрена с два я буду наблюдать, как ты трахаешь мою дочь, не давая ей никаких гарантий! Она не похожа на многих женщин. Она не приучена использовать людей, а потом, отряхнувшись, идти дальше!

— Я и без тебя знаю, какая она. Было время изучить.

От моего ответа у Рашита кривит лицо.

— Ты слишком опасен для неё. О твоём образе жизни говорить вряд ли стоит, как и упоминать, кто ты.

— Без меня ей будет гораздо хуже. Она в людях разбирается не лучше младенца. И не думаю, что скоро научится.

— Тут я согласен. Разбиралась бы в людях — не повелась бы на тебя.

— Ты смиришься с нашими отношениями, Рашит.

— Нихрена, — он качает головой, сжимает кулаки и делает шаг в мою сторону.

Несмотря на данное Сабине обещание не бить друг другу рожи, я уверен, Рашит не отказался бы помять кулаки об моё лицо. И это наверняка помогло бы ему выпустить пар.

Ширма беседки неожиданно открывается и на пороге появляется Ника с вытаращенными глазами.

— Что здесь происходит⁈ — смотрит она то на меня, то на своего будущего мужа.

— Ничего, детка. У нас взрослый разговор, — отвечает Рашит.

— Врозслый разговор? — она выгибает бровь и недовольно складывает руки на груди. — А я ребёнок? Напоминаю, что у нас сегодня помолвка.

— Прости, — он притягивает Нику к себе и целует в макушку. — Тебя Сабина подослала? Мы с Игнатом пока не сошлись во мнении, так что…

— Саби уехала, — перебивает она Рашита.

— Что⁈ — мы оба упираем в неё взгляды.

Она нервно сглатывает и тянется к карману белых брюк.

— Да… Я поэтому пришла… Её нигде нет… Она оставила записку. Для Андрея.

Ника достаёт сложенный листок, и я замечаю, как желваки ходят на скулах Рашита, когда она протягивает его мне.

Я беру записку, чувствуя, как внутри закипает тревога. Какого хрена⁈ Ей что, на месте не сиделось⁈

Открываю листок и смачно выругиваюсь под нос.

«Я не хочу, чтобы ты был со мной в отношениях лишь потому, что отец настоял. И не хочу с тобой расставаться. Но если наши отношения никуда не ведут, то лучше порвать сейчас, пока мне не станет слишком больно».