Страница 17 из 82
Глава 12
Сабина
Утро медленно окрашивает мою комнату в золотистые цвета. Жёлтые лучи неспешно ползут по щекам и касаются глаз. Я морщусь, зажмуриваю веки, но потом всё же поднимаюсь на постели и отбрасываю одеяло в сторону. Хихиканье и странный топот в коридоре всё равно не дадут мне снова уснуть.
Нет, ну они что там, серьёзно⁈
Подавляю в себе желание закатить глаза. И вот теперь мне это каждый день слушать или как?
Может, Игнатов был не так уж не прав, когда советовал съехать?
Стоп. Я не собираюсь опять думать об этом мужчине. Хватило ночи, за которую моя голова чуть не взорвалась. Вот и сейчас виски начинают болезненно гореть. Я в очередной раз вспоминаю, что он сказал о моей… моей…
— Хватит! — я спрыгиваю на пол, одеяло падает к моим ногам. Я раздраженно его отпихиваю и топаю в ванную.
Никаких Игнатовых в моей голове быть больше не должно!
За дверью, будто назло снова раздаётся хихиканье Ники.
Боже, как всё бесит.
Поджав губы, я включаю воду в душевой, и посильнее, чтобы перебить посторонние звуки. Слава богу, ночью, к тому моменту, как папа с Никой вернулись, я уже спала. Неизвестно, что я ещё могла услышать…
Меня аж передергивает…
Приняв душ и почистив зубы, я подсушиваю волосы, заплетаю их в косу, после чего надеваю лёгкий зелёный костюм из шифона, и выхожу из комнаты. Хихиканье переместилось вниз. Очевидно, папа с Никой сейчас на кухне.
Блеск.
Интересно, когда он вообще успел в неё влюбиться? Она ему уже давно нравится, или он прозрел, когда она к нам жить переехала?
— Перестань… Хватит! Ты слышишь, Сабина проснулась⁈ — раздаётся взволнованный шепоток за мгновение до того, как я захожу на кухню.
Как заботливо со стороны Ники ограничивать моего отца в его сюськаньях…
Я еле сдерживаюсь, чтобы не сунуть палец в рот и не изобразить тошнутские звуки.
— Доброе утро, — сухо бросаю, переступив порог кухни и мазнув взглядом по отцу и Нике, которые стоят возле кофеварки на достаточном расстоянии друг от друга, но я же понимаю, что они только что разошлись в стороны. До этого наверняка как липучки стояли приклеенные.
Ника тут же краснеет.
— Привет, Саби. Будешь кофе и гранолу? Завтрак уже готов.
— Нет, спасибо. Я сама для себя всё сделаю.
Шагаю к холодильнику, кося на них взгляд. Они в свою очередь косятся на меня.
Так и смотрим друг на друга.
Жутко неловко.
Действительно, было бы гораздо легче, если бы я не жила здесь.
— Брось, зачем тебе что-то готовить, если всё есть? На тебя хватит. Просто садись за стол, — Ника начинает суетиться возле чашки с гранолой и фруктами, когда я достаю из холодильника бутылку молока и яйца.
— Сядь. — Кивает отец. — Я пока кофе налью. — Он буквально отнимает у меня молоко с яйцами, и фактически пихает на стул.
Я наблюдаю, как они с Никой ставят тарелки и бокалы на поднос. Без слов что-то подают друг другу. Иногда обмениваются взглядами.
Поразительно просто.
Самая настоящая парочка.
Отец ставит передо мной поднос, после чего они с Никой тоже садятся за стол. Они выглядят до тошноты счастливыми. И я, наверное, до сих пор не могу это принять, поэтому чувствую себя лишней. Хотя это ведь мой дом. Я всю жизнь здесь жила. Почему именно мне некомфортно?
Папа отпивает кофе, следом за ним Ника, потом я. Затем действие повторяется по кругу. Я и Ника по-очереди опускаем глаза, и только папа смотрит прямо. Он явно меньше всех испытывает неловкость. А может, вообще не испытывает.
— Я должна съехать, — выпаливаю я.
Это не какое-то принятое решение или то, чего я на самом деле хочу. Скорее, это вырывается непроизвольно, под воздействием эмоций, которые я не успеваю взять под контроль.
Папин бокал со звоном опускается на блюдце. Ника роняет ложку с гранолой, которую только успела взять.
— Нет. — Чеканит отец.
— Нет… Нет, Саби, только не из-за меня, — качает головой подруга, зажмурив глаза. — Уж лучше тогда я уеду.
— Никто никуда не съедет, — твёрдо произносит папа, сложив руки в замок и устремив внимательный взгляд на меня. — И точка.
— Давайте без истерик.
Почему-то в моей голове сейчас мелькает образ Игнатова, который на эту мою фразу наверняка иронично выгнул бы бровь и сказал бы что-нибудь вроде «кто бы говорил?».
— Вот именно, детка. Истерики и истеричные решения сейчас ни к чему.
— Это не истеричное решение. Я просто подумала, что кто-то из нас тут явно лишний. Нам всем будет проще, если мы не будем жить вместе.
— Ты говоришь только за себя, — цедит отец.
— Нике тоже неловко! — вспыхиваю я, мазнув взглядом по подруге, которая уже похожа на вареного рака. — Но если тебе так будет удобнее думать, то, да, я точно испытаю облегчение, если не буду жить вместе с вами, пап!
— Саби, ну какая глупость… Пожалуйста, я не собираюсь становиться яблоком раздора между тобой и отцом.
— Что за мания — убегать от сложных ситуаций в жизни? Вчера ты сбежала. Сегодня заявляешь, что хочешь убежать. Да, всё не всегда будет так, как угодно тебе, но это не значит, что надо сразу сверкать пятками.
— Я смотрю, все считают, что лучше меня знают, как я должна поступать, что чувствовать, и чего не должна делать! Прям, куда не плюнь, одни духовно-моральные учителя! Знатоки жизни! — меня взрывает, потому что, честно говоря, нравоучений Игнатова хватило, а тут ещё и папа!