Страница 11 из 177
4
Джулианна
У меня сложные отношения с воскресеньями. Я обожаю их, потому что каждую неделю встречаюсь с самой удивительной группой детей и учу их играть на инструментах в общественном центре. Это занятие стало частью моей жизни с первого курса, когда устроилась на работу в Художественный музей. Прошло почти четыре года, и я совершенно потерялась в этой любви.
Но преподаю детям только по утрам, а иногда и по субботам.
Причина, по которой я ненавижу воскресенья, — это обязательные еженедельные собрания с сестрой по братству — «Альфа Дельта Пи», в которой сейчас состою.
Раньше я не испытывала страха перед этими встречами и искренне наслаждалась жизнью в братстве. Друзья, вечеринки, предматчевые сборища перед футбольными играми — это было волшебно. Первый курс был наполнен радостью, но на втором все изменилось из-за Сиенны Форбс.
Она стоит в передней части гостиной дома братства, с зеленым смузи в одной руке и телефоном в другой. Внешне она не изменилась: идеально прямые блондинистые волосы, очаровательная улыбка, наряд безупречен, как и всегда.
Мы познакомились на первом курсе во время набора, сидели рядом и мгновенно нашли общий язык. В день открытия конвертов, когда узнали, что попали в одно и то же братство, мы стали еще ближе. Не было ни одного дня, когда бы мы не были вместе или не общались.
Но однажды она изменилась, и теперь мы едва ли разговариваем, если это не касается братства.
Я отгоняю мысли о дружбе и пытаюсь сосредоточиться, но собрание затягивается. Обычно оно длится от тридцати минут до часа, но теперь, когда Сиенна — президент, оно может растянуться до двух часов. Сколько можно говорить на одну и ту же тему? Благотворительность, проблемы, которые нужно обсудить, предстоящие мероприятия.
Она увлечена, это я признаю.
Я приподнимаюсь, понимая, что Сенна заканчивает, но снова опускаюсь в кресло, когда она произносит:
— Итак, как вы все знаете, вечеринка пройдет в декабре, и в связи с этим я хотела бы рассказать новичкам о двух простых правилах.
Хотя вечеринка через три месяца, мы всегда собираемся в сентябре и обсуждаем, с кем пойдем. Это не обязательно, ведь многое может измениться, но правило существует с тех пор, как я пришла сюда.
И поскольку это братство, и они любят делать все с размахом, мы не просто называем, с кем идем. Все зависит от должности и старшинства. Сиенна говорит первой, потому что она президент, затем рекрутеры и так далее.
Второе правило — делиться нарядами в групповом чате. Просто чтобы убедиться, что никто не придет в одинаковом платье.
— В этом году я приду с Лэндоном Тейлором, — объявляет Сиенна.
Я почти смеюсь, но успеваю сдержаться. Остальные же девушки выглядят шокированными.
— Лэндоном Тейлором, тем самым баскетболистом? — с недоумением спрашивает Грейс.
— Да, с ним, — отвечает она.
— Сиенна, ты действительно думаешь, что он придет? — осторожно спрашивает Брианна. — Он никогда не приходит на подобные мероприятия.
Она складывает руки на груди.
— Конечно, придет. Только потому, что не разговаривает с вами, не значит, что он не общается со мной.
Никто не делает замечаний и не сомневается в ней, потому что, когда Сиенна что-то задумала, она настойчива и добивается своего. Я не удивлюсь, если Тейлор в итоге пойдет с ней.
Остальные девочки поочередно начинают называть, с кем собираются пойти на вечеринку, и, как всегда, большинство из них выбирают спортсменов или ребят из братств. Я не исключение, ведь у меня есть свой выбор — Финник Каминьский. Он футболист, и, хотя я обычно держусь подальше от таких, он — единственное исключение. Мы знакомы, поскольку учимся вместе на нескольких курсах, да и в прошлом году я уже ходила с ним на вечеринку. Он оказался просто потрясающим.
Я отключаюсь от разговоров, позволяя мыслям унести меня далеко, когда вскоре раздается фраза:
— На этом собрание закончено.
Я встаю и выхожу из дома. Как только собираюсь открыть дверь машины, слышу, как Сиенна зовет меня по имени.
— Джули, подожди.
Я закатываю глаза и представляю, как она улыбается, произнося это глупое прозвище. Сиенне известно, как я его ненавижу.
Я заставляю себя улыбнуться и поворачиваюсь к ней.
— Да?
— Я знаю, ты выбрала спутника на вечеринку, но, если что-то пойдет не так с Финником, Коул Остин сказал, что он заинтересован.
На мгновение сердце перестает биться, а тело болезненно реагирует на воспоминание о той ночи.
— Ты серьезно? — голос срывается на шепот. — После всего того, что..
— Джули, — перебивает она, положив руку мне на плечо. — Ничего не произошло. Почему ты просто не можешь оставить все в прошлом?
Сердце словно разрывается, а горечь поднимается к горлу. Я сбрасываю ее руку, открываю дверь и смотрю Сиенне в глаза.
— Потому что что-то все-такипроизошло.
— Ты просто драматизируешь, — тяжело вздыхает она. — Но, если так настаиваешь, помни, ты была такой же пьяной, как и он. Я же говорила не напиваться, но ты все равно это сделала. Будь благодарна, что никто не узнал о произошедшем, иначе бы тебя выгнали из братства.
— Забудь, — бросаю я, забираясь в машину, хлопая дверью и уезжая как можно быстрее, оставляя ее позади.
Прикусив дрожащую губу, я с трудом сдерживаю слезы, которые вот-вот вырвутся, когда воспоминания о той ночи заполняют мысли.
* * *
Вдох. Выдох.
Закрыв глаза, я крепко сжимаю телефон в потной ладони, шагая по комнате.
Мантра оказывается бесполезной, ибо, когда телефон начинает вибрировать в руке, сердцебиение резко учащается. По телу пробегает дрожь, а дыхание становится неровным.
Не понимаю, почему так реагирую. Я должна была привыкнуть к этому. Каждую неделю, каждое воскресенье, ровно в 19:00, я получаю звонок от мамы или папы.
Эти звонки поступают с первого курса, и вот я на последнем.
Но мозг и тело отказываются это принимать, нервное возбуждение, словно иглами, колет кожу. Несмотря на все противоречивые чувства, в глубине души теплеет надежда, что сегодня разговор пройдет не так уж плохо.
С трудом выдыхая, я прислоняю телефон к уху, прижимая потные ладони к бедрам.
— Привет, мама.
— Привет, как ты?
Энергия в ее голосе немного успокаивает, но я жду неизбежного. В отличие от папы, который всегда хмур и краток, мама любит быть пассивно-агрессивной.
— У меня.. все хорошо. Я только что пришла с учебы. А как ты?