Страница 112 из 150
С властями мы напрямую общались только на тему ограничений скорости (а здесь это 60 и 80 километров в час). Какой-то мизантроп продал туземцам радар, а я позабыл свой определитель в Америке, поэтому полицейские заработали благословение и несколько долларов. Когда мне перестали нравиться их манеры и я сказал «нет», они написали длинные письма и велели нам показать их на границе. Мало того что они не могли разогнаться до нашей скорости – им еще явно недоставало воображения. Кто-то провел приблизительные подсчеты и обнаружил, что в 30-е и 40-е годы ХХ века советское правительство убило почти пятьдесят миллионов своих же людей. Даже в России трудно было найти такие широкие плечи, которые могли бы это вынести.
Какой-то мизантроп продал туземцам радар, а я позабыл свой определитель в Америке, поэтому полицейские заработали благословение и несколько долларов.
На выезде случилась драма. Все пленки с записями и книги мы оставили у друзей в Ленинграде, и теперь заполняли таможенные декларации – как вдруг Ханна побледнела. Наши паспорта пропали. В последний раз мы вынимали их в Таллине, в отеле, где обслуживающий персонал вел себя настолько злобно, что мы ушли, не сказав ни слова. По-видимому, паспорта и другие документы все еще находились там. Мы ничуть не удивились, когда человек, предусмотрительно стоящий в стороне, оказался разведчиком, да еще и компетентным. Он позвонил в контору в Выборге. Там на нас успели завести досье и сообщили, что паспорта уже прибыли в Ленинград. Возвращение казалось невозможным: мы вернулись бы к полуночи, когда граница закрыта. Но если не покинем Россию сегодня, то никак не сможем попасть в Данию к приезду Далай-ламы. И тогда мы поверили в мощь русского народа. Группа рабочих просто подняла заднюю часть нашей тяжелой машины и поставила на асфальт. Я слишком быстро пытался сдать назад и потерял управление.
Аэропорт, где лежали паспорта, находился на дальней окраине города. Должно быть, он составлял государственную тайну: на шоссе не было никаких указателей, и никто из пешеходов не знал туда дорогу. Но все же нюх не подвел ни нас, ни «БМВ» – мы доехали. Одним из последних – и неизгладимых – впечатлений была реакция одного водителя на столкновение военного автобуса и полицейского фургона. Выскочив из своей машины, он прыгал от восторга.
Дания
Ночью мы миновали отель в Хельсинки, где остановился Далай-лама, и вскоре вкатились на паром из Швеции в Эльсинор, что к северу от Копенгагена. Было шесть утра – через три часа ожидалось прибытие Далай-ламы. Друзья в центре ждали всю ночь напролет. Они все идеально подготовили. Первое время датское правительство проявляло такую же трусость, как и остальные, не занимая четкой позиции в вопросе разрушения Китаем Тибета, но теперь что-то изменилось. Либо чиновники стали идеалистами, либо догадались, что в ближайшие десятилетия Китай будет экспортировать товары, а не импортировать. Как бы то ни было, они вплотную приблизились к тому, чтобы официально поддержать призывы к свободе Тибета. Публичная лекция Далай-ламы со звучным названием «Сходство между западной наукой и тибетским буддизмом» стала именно тем, в чем нуждались люди: мудрый и любящий учитель делился своим пониманием того, почему никогда нельзя злиться. Один сдержанный господин попросил тибетского лидера высказаться на заявленную тему, а тот обезоруживающе ответил: «Я об этом ничего не знаю».
Мои ученики, занимающиеся карате, охраняли центр и его гостей круглые сутки. Во время последней встречи количество слушателей в точности совпало с числом стоячих мест. Я поблагодарил Далай-ламу от имени Кармапы, ощущая непривычное волнение, и попросил его приезжать еще и оставаться дольше. Наше развитие набирало обороты, и лучшей помощью нам было то, что власти официально признали буддизм религией. Этого добился успешный датский монах по имени Тендар. Еще нам очень помог наш друг Йохан Огорд, директор христианского «Диалог-центра» в Орхусе – в его обязанности входило отслеживание сект. Мусульмане и индуисты не получили его одобрения. Меня же власти уполномочили проводить свадебные и похоронные обряды.
Я поблагодарил Далай-ламу от имени Кармапы, ощущая непривычное волнение, и попросил его приезжать еще и оставаться дольше.
Испания
В ноябре Ханна вернулась в Бодхгаю. Не то чтобы это доставляло ей удовольствие, но она пообещала Калу Ринпоче продолжать сотрудничество с его переводческой группой. Мы отпраздновали поразительный рост наших центров к востоку от Рейна, а затем встретили Рождество в Карма Гёне под Малагой, с Педро и его семьей. Здесь, в горах на юге Испании, мы постепенно строили небольшую, но добротную деревню. Несколько моих сильных учеников помогали в этой работе, и все развивалось в основном за счет труда и щедрости Педро. Мой брат Бьорн пообещал раздеться догола и сыграть на трубе из человечьей кости, если появятся праздные туристы или потенциальные покупатели остальных пустующих домиков, на которые у нас не хватало денег. Майя, сидя на солнце, работала над моими рукописями, а мы с Доном, орудуя не на шутку тяжелыми кувалдами, сокрушали ветхие строения. В том месте планировалось построить нашу первую ступу.
В один из последних дней декабря мы в третий раз за год полетели в Америку. Она опять стала первым пунктом в ежегодном кругосветном путешествии.
Карма Гён ночью
США