Доверься судьбе

Глава 11

Его Величество король Фридрих смотрел на меня так, что я начинала чувствовать себя жабой, и мне хотелось провалиться сквозь землю. Или хотя бы сбежать подальше. Но сбежать не давал Ульрих, который, поперек всякого протокола, крепко держал меня за руку.

Я не хотела идти к королю. Но выбора не было, Фридрих настоял на этом сам. Я не очень понимала, зачем я ему, ведь точно знала, что он не питал ко мне никаких добрых чувств. Я всегда была той женщиной, ради которой бросили его сестру – а это оскорбление короне. И пусть нанесла его не я, Фридрих все равно не мог забыть.

Мы уже две недели в столице.

За это время я успела проникнуться безмерным уважением к Патрику, как к профессионалу. Он точно знал, каких людей допросить, как правильно оформить и как это лучше представить королю для большего эффекта. Потому что Ульрих действовал с такой прямотой и бескомпромиссностью, что у меня иногда сводило зубы. «Ввязаться в бой, а там будет видно», идти напролом, не думая о последствиях. А вот Патрик действовал осторожно, вдумчиво, сначала готовя почву, а уж потом делая шаг.

Думаю, Ульриху с Патриком повезло, потому что без него Ульриху болтаться бы в петле сразу, как только против него выдвинули обвинения, а он наорал на короля. Потому что наорал, мне рассказали. Но Патрик сумел убедить, что Ульрих, конечно, олень еще тот, но никак не предатель. Просто без мозгов.

В целом, конечно, Фридрих и сам все понимал, но доказательства были нужны.

Нужны были показания свежеподнятого Алестера Дроя и людей, которые были с ним.

Показания Горана.

И, к счастью, Патрик позаботился о том, чтобы отдать приказ об аресте Колмана до того, как он сам выдвинулся Ульриху на помощь, и как только получил от Ульриха записку. До того, как поднялась шумиха. Только поэтому Колмана удалось задержать. И то, его взяли в порту, когда он уже почти садился на корабль в Героль. Успели.

А показания Патрик умел вытряхивать.

Потом и до привлечения к ответу Сайруса ван Мейгена дошло.

Исбел пытались тряхнуть, но она только плакала, что не желала ничего, кроме свободы от этого чудовища. А учитывая, что она принцесса, и за нее готова вступиться вся герольская родня – давить не стали.

Но хватило и так.

Одного бы Колмана хватило, если подойти к делу правильно.

Так что обвинения с Ульриха сняли.

Но Фридрих все равно остался недоволен им. Всей этой историей, скандалом, выяснением отношений с Геролем, которое так некстати.

Ульриха пригласили к королю, чтобы символично вернуть герцогскую печать и объявить, что никаких препятствий для возвращения домой больше нет, что виновные наказаны и справедливость восторжествовала.

- Но зачем там я? Какое отношение я к этому имею? – спросила, когда мне сказали, что король хочет меня видеть тоже.

Ведь не поздравить же с предстоящей свадьбой?

Мы особо не обсуждали это с Ульрихом, но я понимала, что тут мне уже никуда не деться.

- Фридрих хочет, чтобы я помирился с Исбел, - сказал Ульрих мрачно. - Героль давит на него. Раз не было предательства, то и повода для развода тоже.

Но ведь развод был?

От этих мыслей начинало болезненно ныть сердце.

- Развод был, - сказал Ульрих. – И у Патрика есть копия, он запасливая свинья. Да и само то, что у нас не было детей за десять лет, уже хорошее основание признать брак недействительным. Так что…

- Но зачем я?

Ульрих хмуро засопел.

- Фридрих хочет посмотреть на тебя. Хочет знать, ради кого я бросаю уже вторую принцессу.

Вот же репутация у меня! А я даже совсем ничего не сделала.

Значит, король хочет посмотреть на эту сучку своими глазами.

Впрочем, король добропорядочно держит лицо. Только уголки губ чуть брезгливо кривятся.

- Так это и есть твоя любовница, Ульрих?

Таким тоном, словно: «А получше никого не нашел?» Да, мне тридцать восемь, и я даже близко не похожа на изящных придворных кошечек, которые вечно вертятся рядом в надежде отхватить свой приз и жениха пожирнее.

Пальцы Ульриха чуть подрагивают.

- Моя будущая жена, ваше величество.

- А не слишком ли ты торопишься?

- Не слишком? Я и так ждал двадцать лет.

Верхняя губа Фридриха дергается, и крылья носа тоже. Я ему не нравлюсь. Даже не я сама, а обстоятельства, со мной связанные.

- Эта женщина не будет герцогиней Риверхилла, - холодно говорит он.

Ульрих делает вдох и бросает быстрый взгляд на меня.

- И что же этому помешает?

- Брака не будет, - говорит король. – Если хочешь, можешь ее как любовницу оставить, на это я еще закрою глаза. Но женой – нет. Это слишком.

- А если я не подчинюсь?

- Я не верну тебе печать, - пожимает плечами король и ухмыляется так, словно уже победил. – Мы найдем причины и законные основания для этого. Новые обстоятельства дела, если потребуется. Но либо она, либо титул.

Ульрих сглатывает и вытягивается.

- Что ж, - почти ровно говорит он. – Это простой выбор. Но тогда эта женщина станет просто леди ван Мейген, без титула.

- Ты готов отказаться от Риверхилла? – король удивляется.

- Разве это не очевидно?

- Без титула ты ей не нужен!

Чувствую, как Ульрих напрягается, у него даже краснеют уши.

Он не отступит.

Что ж…

- У меня есть поместье, доставшееся от отца, - говорю я. – Там не особо богато, но недавно удалось найти толкового управляющего, так что все не так плохо. Как раз думала уехать, когда Горан станет взрослым, чтобы не мешать. Мальчику нужна свобода, а не мамкина юбка. Уль, ты поедешь со мной?

Чувствую, как он улыбается. Плечи чуть расслабляются. Я стою за его спиной, а он смотрит на короля. Но его улыбку я чувствую. И еще то, как он осторожно и благодарно поглаживает мою руку.

- Постараюсь быть тебе полезным, дорогая.

Постарайся.

Фридриха натурально перекашивает от таких заявлений.

- Что ж, ты свой выбор сделал, - говорит он.

А благоразумный Патрик только страдальчески закатывает глаза.

* * *

Наша свадьба проходит тихо, только для своих.

Ульрих немного торопится, приготовления выходят очень быстрыми и суетливыми, но это не важно. То ли он боится, что я передумаю, то ли – что помешает что-то другое. Не важно. Совсем не важно, я даже думать не хочу.

Я тоже свой выбор сделала.